Матч спартак хаарлем 1982 год – Черная тайна Лужников (20 октября 1982 год)20 октября 1982 года случилась трагедия, которая унесжизни множество болельщиков. После игры Спартак Хаарлем началась давка в резльтате которой погибли

Новости

Содержание

35 лет трагедии на матче «Спартак» — «Харлем» в Лужниках – фото, видео

…В тот день в Москве пошёл первый снег, а температура ночью упала до «-10». Неудивительно, что на матч в «Лужниках» было продано так мало билетов – чуть больше 16 тысяч из 85 доступных. К началу игры расчищены были только две трибуны – А и С, – на них и распределили болельщиков. Большую часть отправили именно на Восточную трибуну: там оказалось около 14 тысяч людей. После гола Эдгара Гесса спартаковские болельщики не стали скрывать своей радости, и милиция тут же включилась в работу — с трибуны начали вытаскивать самых активных и загонять их внутрь. В ответ на это в защитников правопорядка полетели снежки. Но сильнее милиционеров разозлила кричалка: «Раз-два-три, все легавые козлы!». По словам некоторых болельщиков, их заводили под трибуну и били – в основном по почкам.

На 85-й минуте матча народ потянулся к выходу: тут и неугомонная милиция, и мерзкая погода, а «Спартак» и так ведёт 1:0. Но из четырёх лестниц, ведущих на улицу, была открыта лишь одна. Болельщики неспешно двигались вниз, как вдруг услышали рёв трибун — за 20 секунд до финального свистка

Сергей Швецов забил гол. Началась ужасная неразбериха, потому что некоторые решили рвануть обратно и узнать, кто же всё-таки забил, а кто-то остановился в проходе. Сошлись две волны, и люди начали падать, как домино. Такова полуофициальная версия. Но что произошло на самом деле?

Известный спартаковский фанат Амир Хуслютдинов был на том матче, но вышел со стадиона раньше, чем началась давка, потому что его, как и других болельщиков, пыталась забрать милиция. Тогда ему только исполнилось 17. На матч он пошёл с друзьями и своей девушкой Викой – его первой любовью. Больше Амир её никогда не видел.

— Милиция подталкивала выходящих людей в спину, — рассказал он. — Мы же в них снежки кидали во время матча, поэтому они злые были. Я не хочу лить грязь на милицию, потому что мы, наверное, тоже в чём-то виноваты. Правоохранительные органы указывают на то, что якобы два потока встретились, когда Швецов гол забил. Но всё это чушь. Как и то, что на ступеньках упала девушка, и из-за этого началась давка. Понимаете, любая трагедия и любая ситуация, которая случается на стадионе, — это недоработка сил правопорядка. Кто-то недоглядел, а кто-то просто недодумал. Проблема всегда в мозгах.

Болельщик «Спартака» Владимир Кубасов попал в давку, но выжил. Рассказал он страшное – никому не пожелаешь.

— Самая правдивая версия – это та, которую рассказывает Амир. Один в один всё так и было. Правда в спину толкали… У меня долго детей не было, а тут сын родился, я счастливый на матч пошёл. Мне повезло – я на самом верху этой давки лежал, мне только ноги придавило. Вокруг меня трупы, покалеченные, ноги-руки переплетены… Меня когда нашли, посадили к бетонному столбу, потому что я ног не чувствовал. Но я быстро поправился, на следующий день на работу пошёл.

А вот болельщице Светлане повезло меньше: она долгое время находилась под огромной грудой тел. На тот момент ей было всего 18 лет.

— Мы прекрасно понимали, что при выходе немного «подавимся». Но я шла и думала, что давка не рассасывается. И в один момент я осознала, что уже не иду, а лежу. Встать я уже не смогла. Шок… Начала крутить головой по сторонам – это было жуткое зрелище. Повезло, что я лежала около перил, поэтому весь основной груз был сосредоточен на них. Дышать было очень тяжело…

На следующий день после трагедии о произошедшем написало лишь одно издание. В выпуске «Вечерней Москвы» от 21 октября 1982 года в уголке газетной страницы была маленькая заметка: «20 октября 1982 г. после футбольного матча на Большой спортивной арене Центрального стадиона имени В.И. Ленина при выходе зрителей в результате нарушения порядка движения людей произошёл несчастный случай. Имеются пострадавшие. Проводится расследование обстоятельств происшедшего». И всё. Ни слова больше – ни о погибших, ни о пострадавших. Зато в Европе об этом, как оказалось, знали.

— На следующий год мы играли с «Астон Виллой» на выезде, в программке к этому матчу был разворот, где представляли «Спартак», — рассказал Амир. — И там был такой абзац, очень ёмкий, вот так звучал почти дословно: «По неофициальным сообщениям из Москвы, в прошлом году на матче «Спартак» — «Харлем» случилась трагедия, было убито свыше 70 болельщиков и больше 150 были ранены». А дальше фраза, которая описывает, почему это произошло: «Если бы болельщики были более организованно распределены по трибуне, то трагедии могло бы и не произойти».

Впервые вся страна узнала о трагедии в «Лужниках» в 1989 году. В целом понятно, почему о таком умалчивали: как подобное могло произойти в стране со светлым будущим? Погибших даже запретили хоронить в одном месте. А когда через год люди приехали на кладбище, у каждого дерева стояло по оперативному сотруднику.
По официальным данным, погибло 66 человек. Ещё 61 получили тяжёлые травмы. Но, как рассказал Амир, на самом деле жертв было гораздо больше.

— Был там такой мужик, который отштамповывал документы, чтобы без очереди организовать похоронные принадлежности, могилу, автобус. Так вот он сказал, что в его руках было 102 документа. У нас официальная статистика-то лукавая. Если я умер до 12 часов, я попадаю, а если через две недели в больнице – уже нет.

***

Холодным пятничным утром к памятнику у стадиона «Лужники» подтягивался народ. Причина проста — 35 лет со дня той страшной трагедии. Стояла какая-то звенящая тишина: не было слышно даже птиц. Где-то поодаль с ноги на ногу переминались болельщики, теребя в руках гвоздики, а около памятника общались ветераны и игроки «Спартака».

В Лужники, несмотря на вечернюю тренировку в Тарасовке, приехали Денис Глушаков, Андрей Ещенко, Дмитрий Комбаров, Артем Ребров и Массимо Каррера. Были Сергей Родионов и Ринат Дасаев, игравшие в том злополучном матче, а также «Спартак-2» в полном составе.

После минуты молчания руководство клуба вместе с футболистами возложили к мемориалу цветы: все красно-белые, как на подбор. Кто-то крестился, кто-то просто молча стоял и читал фамилии, выгравированные на памятнике.

— «Спартак» играет для болельщиков, потому что у великого клуба они такие же великие. У нас все знают об этой трагедии. И хорошо, что об этом помнят. Можно посвятить наш матч с «Севильей» погибшим тогда болельщикам, — сказал напоследок Глушаков.

…Когда все представители «Спартака» разошлись, к памятнику один за другим потянулись болельщики. Некоторые из них помнят всё, что происходило на стадионе. Потому что были там, в той давке.

www.championat.com

Трагедия на футбольном матче «Спартак» — «Харлем» (1982). Справка | Футбол

МОСКВА, 20 окт — РИА Новости. Тридцать лет назад в конце футбольного матча на кубок УЕФА между «Спартаком» и голландским «Харлемом» произошла трагедия — из-за давки погибло большое число болельщиков.

Ниже приводится справочная информация.

20 октября 1982 года на стадионе «Лужники» (в то время — Центральный стадион имени В.И. Ленина) произошла трагедия в конце футбольного матча 1/16 финала розыгрыша кубка УЕФА между клубами «Спартак» Москва (СССР) и «Харлем» (Нидерланды). Из-за давки, возникшей в одном из выходов со стадиона, погибли 66 болельщиков, пришедших поддержать российскую команду, пострадал 61 человек.

Накануне матча в Москве выпал первый снег. А сам день игры выдался морозным для середины октября (-10 градусов). Из 82 тысяч билетов было продано лишь около 16,5 тысяч.

Стадион еще не был оборудован крышей над трибунами, и к началу игры успели очистить от снега и открыть для болельщиков только две трибуны: «А» (западную) и «С» (восточную). Обе трибуны вмещали по 23 тысячи зрителей.

Во время матча на трибуне «А» находилось лишь около 4 тысяч зрителей, большинство болельщиков (около 12 тысяч) предпочло трибуну «С», которая расположена ближе к метро. Большинство болельщиков пришло поддержать «Спартак», голландских фанатов было всего около сотни.

До самой последней минуты матча счет был 1:0 в пользу «Спартака», и многие замерзшие зрители потянулись к выходу. По одним данным, милиция направляла людей вниз по ступеням, по другим — был открыт только один выход с трибуны.

Трагедия случилась на последней минуте матча. За 20 секунд до финального свистка Сергей Швецов забил второй мяч в ворота гостей. Услышав радостный рев фанатов «Спартака», успевшие покинуть трибуны зрители повернули назад и столкнулись с потоком людей, идущих вниз. В узком пространстве, на обледеневших ступенях, возникла давка. Тех, кто спотыкался и падал, тут же затаптывала толпа. Не выдерживали нагрузки и металлические перила, из-за чего люди с большой высоты падали на голый бетон.

По официальной версии следствия, в результате трагедии погибли 66 человек. По неофициальной же информации, которая долгие годы не раскрывалась, в тот день лишились жизни около 340 человек.

Советские власти пытались скрыть информацию о трагедии. На следующий день единственное сообщение появилось в газете «Вечерняя Москва» — небольшая заметка на последней полосе: «20 октября после футбольного матча на большой спортивной арене Центрального стадиона имени В. И. Ленина при выходе зрителей в результате нарушения порядка движения людей произошел несчастный случай. Имеются пострадавшие. Проводится расследование обстоятельств происшедшего».

Правду о том, что случилось на матче, власти сообщили лишь в 1989 году.

В ходе расследования трагедии было установлено, что во время давки на лестнице находились только болельщики — среди погибших сотрудников милиции не было.

Как показала судебно-медицинская экспертиза, все 66 человек скончались от компрессионной асфиксии в результате сдавления грудной клетки и живота. В больнице или в каретах «скорой помощи» ни один из пострадавших не умер. 61 человек получил ранения и увечья, в том числе 21 — тяжелые.

Официально главными виновниками трагедии были названы директор стадиона Виктор Кокрышев, его заместитель Лыжин и комендант стадиона Юрий Панчихин, проработавший в этой должности два с половиной месяца. В отношении этих лиц было возбуждено уголовное дело по статье 172 УК РСФСР (халатное исполнение служебных полномочий). Суд приговорил каждого из них к трем годам заключения. Однако в это время вышла амнистия в связи с 60-летием образования СССР, под которую попали Кокрышев и Лыжин. Панчихину срок заключения был сокращен наполовину. Он был отправлен на принудительные работы.

К уголовной ответственности был также привлечен командир подразделения милиции, обеспечивавшего охрану общественного порядка на трибуне «С», майор Семен Корягин. Но в связи с ранением, полученным в давке на стадионе, дело против него было выделено в отдельное производство, и позже он попал под амнистию.

В 1992 году на территории спорткомплекса «Лужники» был установлен памятник «Погибшим на стадионах мира» (архитектор — Георгий Луначарский, скульптор — Михаил Сковородин). Табличка у мемориала гласит: «Этот памятник установлен детям, погибшим 20 октября 1982 года после футбольного матча между московским «Спартаком» и «Хаарлемом» из Голландии. Помните о них».

20 октября 2007 года на стадионе «Лужники» состоялся матч памяти, приуроченный к 25-й годовщине трагедии. В матче встретились ветераны «Спартака» и «Харлема», в том числе участники игры 1982 года: Ринат Дасаев, Сергей Родионов, Федор Черенков, Сергей Швецов, голландцы Эдуард Метгуд, Кейт Мейсфилд, Франк ван Леен, Питер Кер и другие.

rsport.ria.ru

Засекреченная трагедия в Лужниках: tverdyi_znak

В самой прекрасной стране мира СССР априори не могло случиться ничего плохого, в ней не дули ветры, не гремели грозы, не бушевали штормы, не извергались вулканы, не сходили с рельс поезда, не тонули корабли, не падали самолёты, круглый год было слышно пение птиц и никогда не заходило солнце. Вот и этой трагедии на стадионе не было. Вернее, много лет она существовала только для спецслужб и родственников погибших.
35 лет тому назад, 20 октября 1982 года в Лужниках произошла трагедия, вошедшая в список самых кошмарных катастроф на стадионах мира. В ужасной давке после матча Кубка УЕФА «Спартак» – «Харлем» погибли, по официальным данным, 66 человек, по неофициальным — несколько сотен.

Предыстория
Первый матч 1/16 розыгрыша УЕФА 1982 года «Спартак» должен был играть с голландским «Харлемом». В предыдущем раунде бело-красные одержали победу над лондонским «Арсеналом», и теперь этот успех планировали закрепить.
Накануне игры в Москве ударил 10-градусный мороз и выпал первый за осень снег, засыпавший трибуны «Лужников», крышу над которыми тогда еще не построили. Далеко не все болельщики готовы были мерзнуть на трибунах, на матч были проданы только 16 тысяч билетов. Так как стадион должен был заполниться на 1/5, администрация распорядилась расчистить только две трибуны — «А» и «С».

Матч начался в 19:00. Уже на 16-й минуте игры Эдгар Гесс забил со штрафного первый гол в ворота «Хаарлема». Ближе к концу матча, не ожидая больше голов, значительная часть к тому времени довольно замёрзших болельщиков стала покидать свои места на трибунах и направилась к выходам. Большинство болельщиков трибуны «С» двинулось к лестнице № 1, которая находилась ближе к метро. Всего за 20 секунд до финального свистка арбитра Сергей Швецов забил в ворота «Хаарлема» второй гол. Именно в эти минуты на выходе с трибуны «С» происходила самая страшная трагедия за всю историю отечественного спорта.

Давка
Большая часть болельщиков — порядка 14 тысяч человек, расположились на ближайшей к метро трибуне «С». За игру все сильно замерзли, и многие стали уходить с трибун еще до ее окончания. По воспоминаниям очевидцев, давка началась, когда на нижних ступеньках лестницы, ведущей к выходу, упала девушка. Те, кто шел впереди, остановились, чтобы поднять ее, но плотный поток спускавшихся продолжал напирать.
Люди на нижних ступенях оказались сбиты и подмяты. Внизу лестницы стала образовываться гора из человеческих тел, цепная реакция падений пошла наверх, а ничего не подозревающие болельщики продолжали выходить с трибун, давя тех, кто уже был на лестнице. Перила не выдержали: погнулись и местами отвалились, с верхних ярусов лестницы люди стали падать вниз на бетонный пол.
Выжившие участники событий, оказавшиеся подмятыми под толпу, вспоминают, что теряли сознание оттого, что нечем было дышать: вес напирающих тел настолько сдавливал грудную клетку. Живые люди и уже безжизненные тела лежали в 8-10 слоев.

Тем временем футболисты, иностранные болельщики и журналисты покидали стадион через другой выход. Первые машины скорой помощи прибыли к стадиону через час после начала трагедии. К тому времени сотрудники милиции уже вывели большинство болельщиков с арены. Тела 64 погибших сложили у памятника Ленину, трупы накрывали флагами.

Последствия
Публикации в спортивных изданиях на следующий день были посвящены деталям игры и победе «Спартака». Информация о трагедии в прессе не появилась. Только в «Вечерней Москве» на последней полосе в рубрике «Происшествия» вышла короткая заметка о случившемся, в которой ни слова не говорилось о жертвах. Вот текст той публикации:
«20 октября 1982 г. после футбольного матча на Большой спортивной арене Центрального стадиона имени В.И. Ленина при выходе зрителей в результате нарушения порядка движения людей произошел несчастный случай. Имеются пострадавшие. Проводится расследование обстоятельств происшедшего».

Расследование дела попало под особый контроль Юрия Андропова, возглавлявшего тогда КГБ. Уже через три месяца материалы дела передали в суд. Было установлено, что на выходе с трибуны «С» «Лужников» погибли 66 человек, в большинстве своем подростки. Самой распространенной причиной смерти была компрессионная асфиксия — люди задыхались под весом тел, сдавливавших и ломавших грудные клетки.

Причиной трагедии был назван несчастный случай. На скамье подсудимых оказались директор Большой спортивной арены стадиона им. Ленина В.А. Кокрышев и главный комендант Ю.Л. Панчихин. 26 ноября им было предъявлено обвинительное заключение и на оставшееся время расследования они были заключены под стражу в Бутырскую тюрьму. Юрий Панчихин был назначен комендантом БСА всего лишь за два с половиной месяца до трагедии. Виктор Кокрышев уже через два дня после трагедии был исключён из рядов членов КПСС. Кокрышев и Панчихин оба были приговорены судом к 3 годам лишения свободы, что являлось максимальным наказанием по статье 172 УК РСФСР об ответственности за халатное исполнение своих служебных обязанностей. Однако в это время вышла амнистия в связи с 60-летием образования СССР. Кокрышев попал под амнистию, как лицо, имеющее правительственные награды, и был освобождён от наказания. Панчихину, в связи с амнистией, срок заключения был сокращен наполовину. Он был отправлен на принудительные работы в Подмосковье, а затем — в Калинин.
Также привлечению к уголовной ответственности подлежали заместитель директора БСА К.В. Лыжин и командир подразделения милиции, обеспечивавшего охрану общественного порядка на трибуне «С», майор С.М. Корягин. Но в связи с болезнью обоих (первый, ветеран ВОВ, лег в больницу с инфарктом; а второй был тяжело ранен — толпа швырнула его на бетон, когда он попытался остановить завал) материалы в отношении их были выделены в отдельное производство. Позже оба также попали под амнистию как лица, имеющие правительственные награды

Подробно говорить о трагедии стали только в перестройку. В июле 1989 года в «Советском спорте» вышла статья «Черная тайна Лужников», в которой, в частности, утверждалось, что 20 октября 1982 года на выходе с трибуны «С» погибли 340 человек. Никаких доказательств такой статистики в ней не приводилось. Информацию перепечатали ведущие западные СМИ, и именно из этих публикаций о трагедии узнали футболисты «Харлема».

Воспоминания журналиста Александра Просветова:
СНЕЖКИ КАК ОРУДИЕ ПРОТЕСТА
Мы вполне могли бы быть на их месте. Мы – это трое 26-летних друзей, которые пошли 20 октября 1982 года на матч «Спартак» – «Харлем». 1 ноября автор этих строк улетал на работу корреспондентом ТАСС в Бенин, и это был прощальный для меня поход на футбол вместе с Артемом и Михаилом. Человеческая память хранит не все детали. Но многое из того вечера запало в нее навсегда.
Почти всех зрителей разместили на Восточной трибуне, которая впоследствии стала трибуной С. Сидеть было тесновато, зато милиции не надо было распылять силы. Раздвижные решетки при входе на сектор вдруг закрыли, оставив небольшой проем размером с калитку. Это «рационализаторство» облегчало блюстителям порядка проверку паспортов у молодых людей. Несовершеннолетних без сопровождения взрослых тогда на вечерние мероприятия не допускали, а в такую щель разве что мышь проскочит. Кричать на стадионе возбранялось. С трибуны за всякие возгласы выводили то одного, то другого. В ответ, благо как раз выпал мокрый снег, в милиционеров полетели снежки. Сначала были робкие одиночные попытки, но постепенно обстрел усилился. Милиция еще не перешла на зимнюю форму одежды, так что ее служащие были в фуражках. После метких бросков с разных сторон они слетали с голов под радостный смех.
– Милиция по-настоящему растерялась – и произошло немыслимое: она ретировалась с трибуны, – уточнил Артем Петров, работающий в Америке ученый. – Народ принялся праздновать победу над тиранами. Но главное, помню, что после финального свистка я убеждал вас с Мишей: «Не надо спешить, пусть толпа рассосется». Когда мы в конце концов спустились в подтрибунный коридор, ты возмутился, что милиционер схватил за шарф подростка. Он в ответ: «Да вы посмотрите, что там творится!» А пацана почему-то отпустил.
Этого я, честно говоря, не помню. Зато не забыл, как два милиционера несли солдата, который безжизненно провис в шинели, как в гамаке.
– Нас вернули на трибуну, где мы просидели еще четверть часа, а потом вышли на улицу через другой сектор, – продолжил Артем. – Издали увидели, что на поручнях лестницы лежали, перегнувшись телами, люди. И мы поняли: они мертвы. В газетах на следующий день ничего не сообщалось. Узнали потом, что произошло, по «вражеским голосам», от разных знакомых.
– Погода была мерзкой, а игра в целом понурой, – сказал Михаил Снятковский, бизнесмен. – Все замерзли. Некоторые зрители тайком выпивали – тогда пронести с собой было гораздо проще, чем теперь. В милиционеров швыряли даже ледышками. Второй гол в ворота «Харлема», забитый на последней минуте Швецовым, вызвал неимоверное ликование. Всех охватила эйфория. Люди, уже покинувшие сектор, кинулись назад, чтобы узнать, что произошло, а, может быть, если повезет, то и посмотреть повтор на световом табло.

Сергей Швецов рассказал, что узнал о трагедии на следующий день после матча от Николая Петровича Старостина. Вместе с тем автор знаменитой фразы: «Лучше бы я тот гол не забивал», – признался, что возвращаться мысленно к тому дню ему неприятно.
– Почему не спрашивают, как я четыре гола «Нефтчи» забил? Нет, всех интересует «роковой гол». У меня такая работа была – голы забивать. А осадок тем не менее на всю жизнь остался.

По данным следствия, гол Швецова не усугубил положение, а, возможно, даже облегчил его, так как некоторые из зрителей — кто только выходил из многочисленных «люков» верхнего этажа стадиона на галерею к лестнице — кинулись назад и, тем самым, ослабили напор на уже идущих по лестничному маршу. Внизу, в спрессованной массе людей, при давке, развернуться и, тем более, создать встречный поток, было абсолютно невозможно.

– Выйдя со стадиона, мы увидели кошмарное зрелище: на перилах висели бездыханные тела, а рядом была только одна карета «Скорой помощи», – уточнил Снятковский.
– Потом по дороге к «Спортивной» мы встретили целую колонну медицинских машин…
– Вот этого я не помню. Но мы точно были потрясены. Ехали в метро молча – про матч вообще забыли. А приехав домой, стали созваниваться и спрашивать: «Ну ты как, отошел?» Состояние было жуткое. До сих пор страшно вспоминать. А ведь мы, собственно, и не попали в тот ад.
Я изложил наши впечатления, право, не из хвастовства. Это не заслуга – оказаться в эпицентре землетрясения и уцелеть, потому что тяжелые балки и плиты свалились не на тебя. Но перед глазами до сих пор стоит картина: на лестнице лежит груда тел, головами вниз. Некоторые люди с огромным трудом поднимаются и ковыляют, прихрамывая, подальше от этого ужаса…

КОМЕНДАНТ В РОЛИ СТРЕЛОЧНИКА
…Михаила Зазуленко после матча «Спартак» – «Харлем» ждал дома накрытый стол – парню исполнилось восемнадцать.
– В гибели наших детей однозначно повинна милиция, – сказал мне его отец Юрий Леонидович Зазуленко. – Я тогда сам работал в КГБ и имел возможность очень подробно ознакомиться с обстоятельствами дела, видел фотографии с места события. Ключ от решетчатых ворот был у майора, который их запер и ушел. Остался маленький проем. А толпа напирала, да так, что перила толщиной 20 миллиметров под давлением развернулись. Люди буквально спрессовывались. У всех же одинаковый диагноз – асфиксия, то есть удушье. Конечно, в цифре «66 погибших» я сомневаюсь.
Столько трупов было в трех моргах, а возили их в четыре. Даже если в четвертый попал кто-то один, то уже 67. На суде нашли стрелочника, а милицию обелили. Еще в силе был министр внутренних дел Щелоков. Когда к власти пришел Андропов (ярый противник Щелокова, он был избран генеральным секретарем ЦК 12 ноября 1982 года), я надеялся, что он раскрутит это дело. Но Андропову было не до нас. С другой стороны, нам надо было написать ему, в этом случае он, может, и занялся бы вплотную нашим делом, но мы не сообразили.

Вопросы остались. Одни говорят о двух столкнувшихся людских потоках, а Владимир Алешин, например, возглавивший споткомплекс «Лужники» в декабре 1982-го, на встрече с журналистами «СЭ» сказал, что милиция хотела вытащить из толпы злоумышленников, швырявшихся снежками, но болельщики крепко взялись за руки. Кто-то на обледеневшей лестнице поскользнулся… Показательно между тем, что все сегодня винят правоохранительные органы, те же остались как бы и ни при чем.

На скамье подсудимых оказались руководители стадиона: директор, его заместитель и комендант. Первые двое приговора избежали (по словам Алешина, заму, ветерану Великой Отечественной, помогли, в частности, боевые награды). За всех отдувался комендант, осужденный на три года, но в связи с амнистией отбывший половину срока.
Этого человека я встретил на приеме в посольстве Нидерландов. Мы побеседовали, хотя он и заметил, что с журналистами-соотечественниками вот уже 25 лет не общался. В разговор решительно вмешалась супруга: «Не хочу, чтобы внуки это читали. Мы и без того настрадались. С отметкой о судимости в паспорте ни на одну ответственную работу не брали». Я обещал фамилию в газете не называть.
– Когда произошла трагедия, милиции на месте не было: ее направили к автобусу голландцев, – сказала жена экс-коменданта. – А козлом отпущения сделали моего мужа, как самого молодого – ему тогда немного за тридцать было.
– Мне предъявили смехотворные обвинения, – подчеркнул бывший комендант. – Один из пунктов гласил, что я не смог установить правильных отношений с правоохранительными органами. На самом деле беда случилась из-за того, что милиция с самого начала нагнетала обстановку, ее сотрудники вели себя нетактично по отношению к болельщикам.
Трудовой коллектив был готов взять меня, как тогда было принято, на поруки, но Алешин отказался подписать письмо.

ЖИЗНЬ ЗА «СПАРТАК»
Примечательно, что родственники погибших не держат зла на коменданта. «Мы, родители, его не виним», – прямо заявила мне Раиса Михайловна Викторова, потерявшая в 1982-м единственного сына и возглавившая неформальный комитет отцов и матерей.
– Когда в первый раз в прокуратуру вызвали, у нас образовалось ядро активистов из пяти человек, – рассказала она. – Позже присоединились другие – стало человек двадцать. Среди пострадавших ведь не только москвичи были, но и жители Куйбышева, Тамбова, Рязани, подмосковных Чехова, Серпухова.
– После того матча я всю ночь искала своего Олега, студента 3-го курса Московского института радиотехники, электроники и автоматики. Ему в августе 20 лет исполнилось. Звонила в больницы, обратилась в милицию. «Да он с какой-нибудь девочкой, а вы волнуетесь», – сказали мне. В морг Олег поступил в шесть утра. Значит, всю ночь пролежал возле памятника Ленину, где трупы сложили штабелями. Я это из материалов дела узнала, с которыми следователь предложил ознакомиться.
– Моего Володю на футбол одного не пускали – он еще в 8-м классе учился, – поделилась воспоминаниями Светлана Григорьевна Аникина. – Так ему друзья посоветовали: попроси кого-нибудь из взрослых сказать при входе, что ты с ним. Утром я помчалась в «Склиф» и вдруг встретила там Андропова (к тому моменту он был секретарем ЦК КПСС, руководство КГБ Андропов оставил в мае 1982 года). Он в коридоре с главврачом беседовал. Спросил, что я здесь делаю. Ответила, что слышала, будто сюда привезли погибших детей. Андропов отдал указание помочь. И бросил фразу: «Там очень много трупов».
– Муж, уходя, сказал: «За «Спартак» я жизнь отдам», – поведала Гузель Талиповна Абдулина. – Кто бы мог подумать, что его слова окажутся пророческими. Я осталась с сыном четырех с половиной лет на руках.
– Олег особо футболом не интересовался, – заметила, в свою очередь, Нина Максимовна Борисова. – Он хоккеем занимался. Но в комитете комсомола техникума выдавали билеты на матч с напутствием: «Вы должны поддержать нашу советскую команду». И сын сказал, что не может не пойти. А после из наших детей стали сознательно делать хулиганов.
– Требовали принести характеристики с места учебы, у погибших брали анализ на содержание алкоголя, а мужьям, состоявшим в КПСС, говорили: «Уймите ваших жен», – грозили исключением из партии, придерживали при продвижении по службе, – до сих пор возмущается Нина Алексевна Новоструева, чей сын Михаил тоже был учащимся техникума.

Заседание суда, назначенное поначалу в центре Москвы, перенесли в район станции метро «Молодежная», в то время далекую окраину города. Женщины рассказали, что шли, как преступницы, сквозь длинный строй.
– Власти боялись не нас, а выступления спартаковских болельщиков, – заметила Раиса Викторова. – Меня на суд вообще не пускали, поскольку повестку прислали только на имя мужа. Я скандал закатила. Мне все равно в тот момент было. Времени еще мало прошло, и мы готовы были всю милицию растерзать. Дело состояло из 12 томов. Тем не менее суду хватило одного дня. Пришли к выводу, что произошел просто несчастный случай, и наказали одного коменданта. Много лет спустя следователь по фамилии Шпеер, который занимался нашим делом, тяжело заболел. Его замучила совесть, и он хотел извиниться перед нами, родителями, за то, что пошел на поводу у властей, да не успел. А мы с первого дня знали, что виновата милиция. Когда через год пришли к месту гибели наших ребят, чтобы почтить их память, кругом стояли кагэбэшники с непроницаемыми лицами в черных пиджаках и галстуках. Нам даже цветы не позволили возложить. Мы кидали их через заграждение. Всяческие препятствия чинили почти десять лет. К десятой годовщине в Лужниках был воздвигнут мемориал, и я низко кланяюсь людям, которые обратили на нас внимание, нашли спонсоров.

У Юрия Леонидовича Зазуленко вопрос о помощи вызвал бурные эмоции:
– Нам компенсировали только стоимость одежды, которая была на мертвых, а также оплатили похороны. О какой помощи могла идти речь? Алешин не давал нам десять лет поставить памятник. Лужкова ловили, пока он в футбол играл. Тоже отбрыкивался.

ПАМЯТНИК КРЕПКИЙ, КАК ДУБ
В 80-е годы Георгий Сергеевич Луначарский, по образованию архитектор, возглавлял клуб болельщиков «Спартака». Вместе со скульптором Михаилом Сковородиным они и стали авторами монумента в Лужниках.
– Решение о создании памятника приняло наше болельщицкое объединение, – рассказал Луначарский. – Когда я был у Лужкова, то сказал, что мы хотим сделать памятный знак. Тем самым мы усыпили бдительность властей: они подумали, что мы хотим прикрепить мемориальную доску. Подготовили два десятка вариантов. При этом стремились придать памятнику международное звучание. Потому надпись «Погибшим на стадионах мира» сделана на четырех языках.
В Лужники памятник привезли на двух «КАМАЗах», когда как раз отмечалась 10-я годовщина трагедии. Это же огромная конструкция – памятник на шесть метров уходит под землю, чтобы стоял крепко, как дуб, который нельзя вырвать. Устанавливали его два специалиста и пять-шесть членов клуба болельщиков целый день – с шести утра до шести вечера.

К дню десятилетия трагедии у западной трибуны «Лужников» открылся памятник «Погибшим на стадионах мира». Встречи участников тех событий у этого монумента стали ежегодными. Именно после событий 20 октября 1982 года к официальным цветам символики «Спартака» добавился черный.
Источники:
Трагедия в «Лужниках»
Засекреченная трагедия

tverdyi-znak.livejournal.com

Трагедия в Лужниках (1982)

Давка в Лужниках 20 октября 1982 года

Содержание статьи:

До недавнего времени мало кто знал о событиях, которые произошли в 1982 году на стадионе «Лужники».

1982 год, 20 октября — на стадионе «Лужники» (в те времена Центральный стадион имени В.И. Ленина) произошла трагедия в конце футбольного матча 1/16 финала розыгрыша Кубка УЕФА между клубами «Спартак» Москва (СССР) и «Харлем» (Нидерланды). Тем вечером в результате образовавшейся давки погибло, по различным данным, от 66 до 340 человек. Точное количество жертв неизвестно по сей день.

Предыстория

День, когда московский «Спартак» встречался в «Лужниках» с нидерландским «Харлемом», выдался холодным. Снег, ледяной ветер и 10-ти градусный мороз никак не способствовали аншлагу на футбольных трибунах. Однако болельщики «Спартака» не собирались пропускать игру: подумаешь, мороз, – будто бы нельзя согреться «изнутри»!

Потому на матч пришло 16 500 болельщиков (именно такую цифру назвал директор стадиона Виктор Кокрышев). Часть из них – болельщики из Голландии, но основное большинство – простая московская молодежь, к которой слово «фанаты» можно применить с очень большой натяжкой.

В те времена, когда произошла трагедия в Лужниках, в Советском Союзе еще полным ходом шло строительство коммунизма. Потому фанатское движение воспринималось как что-то совершенно чуждое самому духу советских людей.

Ход матча «Спартак»-«Харлем»

Милиция, поняв, что «подопечных» не так уж много, решили собрать их на одной трибуне – трибуне «С». Так проще было ситуацию держать под контролем. Кроме этого, к началу матча было очищено от снега только 2 трибуны, так что нет смысла искать в действиях правоохранительных органов какой-то особенный смысл.

Футбольный матч в целом проходил спокойно: «Спартак» забил гол в ворота гостей, и до последней минуты всем казалось, что счет так и останется 1:0 в пользу спартаковцев. Потому те, кому надо было добираться домой на электричках, стали постепенно пробираться к выходу. Милицейское оцепление было только радо возможности поскорей оказаться в тепле, потому отстающих даже стали поторапливать. Часть болельщиков уже успела выйти через единственные открытые ворота, когда Сергей Шевцов за 20 секунд до конца матча смог забить второй мяч. Позднее, узнав о трагедии, он с горечью скажет: «Эх, лучше бы я не забивал того гола…»

Трагедия

Все произошло в считанные минуты. Болельщики на трибунах взревели от восторга, и часть людей повернула назад – посмотреть, что произошло. Как результат два встречных потока столкнулись в узком проходе, на лестнице, которая вела в вестибюль с арены.

«Матч смерти» — футбольный матч, организованный немецко-фашистскими оккупантами в Киеве 9 августа 1942 г….

Остается лишь гадать, кто из спрессованных в единую массу людей споткнулся первым. Но их участь была предрешена: после секундной задержки задние «поднажали», и упавшие оказались затоптанными. Возникшую давку не выдержали перила лестницы. Люди, которые шли с краю, стали падать с высоты на бетонный пол…

В течении считанных минут погибло 66 (по другим данным – 67) человек, еще 61 получил ранения и увечья, из них 21 – тяжелые. Искалеченных болельщиков и трупы милиция сложила на промерзшую землю. Были вызваны машины «скорой помощи»… Тех, кто смог избежать чудовищной мясорубки, милиционеры провели по тому же выходу, не давая времени осмотреться. Но многим все же удалось увидеть последствия давки – раздавленных насмерть и искалеченных людей, которые всего несколько минут назад сидели рядом и радовались игре спартаковцев… Родители, обеспокоенные отсутствием детей, почувствовали неладное и приехали на стадион. Однако там стояло милицейское оцепление, никого не пускали… Тела погибших развезли по моргам.

Последствия трагедии

21 октября — заведующие всех московских кладбищ получили телефонограммы с приказом явиться на экстренное совещание к управляющему спецтрестом тов. М.В. Попкову. Там, предупредив о неразглашении, им было сообщено, что на стадионе «Лужники» произошла трагедия, к полудню 21 октября умерло уже 102 человека.

Свидетельства очевидцев: 18 мая 1896 года на Ваганьковском кладбище было похоронено больше 6000 раздавленных людей…

В больницах в то время находилось еще много тяжелораненых, так что жуткая цифра должна была увеличиться. В связи с чем по тресту объявили чрезвычайное положение. Погибших во время трагедии в «Лужниках» должны были обслуживать вне очереди, родителям было предоставлено право выбрать место на любом кладбище города.

Погибших было разрешено хоронить только через 13 дней. Гробы с телами по пути на кладбище разрешили завезти домой – ровно на 40 мин. Потом, сопровождаемые милицейским эскортом, машины разъехались по разным кладбищам… Митинги запретили. Казалось, власть волнуется лишь об одном: чтобы трагедия не получила огласки.

В прессу просочилось лишь короткое сообщение. В «Вечерней Москве» скупо было написано: «1982 год, 20 октября — после футбольного матча на Большой спортивной арене Центрального стадиона имени В.И. Ленина при выходе людей в результате нарушения порядка движения зрителей произошел несчастный случай. Есть пострадавшие. Проводится расследование обстоятельств происшедшего». Реальные масштабы произошедшего и ход тут же начавшегося расследования тщательно замалчивали.

Следствие

Следствию надо было найти виновника трагедии. Была на рассмотрении, по сути, лишь одна версия: давка произошла потому, что пьяные болельщики поскользнулись на покрытых льдом и занесенных снегом ступеньках лестницы. Откуда мог взяться лед во внутреннем закрытом переходе, никого не интересовало. Суд представил основными виновниками трагедии в Лужниках директора Большой спортивной арены Виктора Кокрышева и коменданта Юрия Панчихина.

В скором времени после происшествия их арестовали и осудили. Кокрышев после суда попал под амнистию, а Панчихин провел в тюрьме полтора года. К ответственности попытались привлечь и командира роты патрульно-постовой службы майора милиции Карягина. Того самого человека, который во время давки кинулся в толпу и смог вытащить из завала несколько человек. Когда разбирали тела пострадавших, он был обнаружен в тяжелейшем состоянии. В госпитале он в течении долгого времени был в реанимации и только потому смог избежать тюремного заключения. Но на всю жизнь остался инвалидом…

Давка была до такой степени сильной, что людей попросту вдавливали в стены домов…

Подследственные были обвинены в том, что контролерами на стадионе работали люди предпенсионного возраста, которые не имели возможности обеспечить соблюдение инструкций безопасности… Заявление более чем странное, в особенности если учесть два факта: во-первых, трагедия разыгралась вовсе не на входе в «Лужники», а на выходе, когда все было под контролем милиции. Во-вторых, контролеры получали такие мизерные деньги (36 копеек в час), что соглашались на эту работу лишь те, кто не мог заработать где-то еще.

Куда более серьезно выглядит другое обвинение: почему тем вечером оказались открытыми лишь одни ворота, ведущие из галереи на улицу? В действительности было открыто двое ворот. Через одни выпускали наших болельщиков, через другие выходили голландцы. Что, на самом-то деле, – вовсе не преступление. Иностранные подданные по сути в любой стране мира находятся под особой опекой. А произошедшее у «наших» ворот можно было бы считать роковой случайностью, если бы не два обстоятельства.

Это не случайность (два свидетельства)

• В. Кокрышев упомянул о том, что в ходе матча между болельщиками и милиционерами из оцепления произошла словесная стычка. Кто-то из особо ретивых начал забрасывать милицию снежками и кусками льда. Ответные действия милиционеры приберегли до конца матча. Они завернули людской поток к одним из двух раздвижных ворот, чтобы выдернуть из толпы обидчиков. В ответ болельщики сцепились локтями. Тогда милиция решила слегка сдвинуть створки ворот, чтобы легче было фильтровать толпу. Что и стало настоящей причиной давки…

• Второе свидетельство было предоставленно Леонидом Петровичем Чичериным, в то время занимавшим должность старшего научного сотрудника одного из медицинских институтов Москвы. 20 октября 1982 г. он находился на стадионе «Лужники». Увидав раздавленных и искалеченных людей, Чичерин сразу же предложил свою помощь, сказал, что он врач. То, что он увидал, было по-настоящему страшно:

«Вся лестница была завалена людьми. Там метра полтора точно были уже мертвые (минут 20 уже прошло), выше – стонущие, а еще дальше – масса стоящих людей. Нас начали пытаться вновь направить в другую сторону, я опять сказал, что я врач. Меня пропустили. Там были несколько офицеров войск и милиции. Я у них спросил, вызвали ли „скорую помощь“. Они ничего не знали». Водитель единственной прибывшей «скорой» сказал, что больше машин не вызывали. Тогда Леонид Петрович сам позвонил в «скорую» и заказал 70 машин, объяснив, что произошла трагедия. Машины приехали на стадион, когда с момента трагедии прошло около часа… А тем временем у «Лужников» стояли десятки военных грузовиков, которые, не дожидаясь приезда «скорых», могли бы доставить пострадавших в находящиеся неподалеку клиники 1-го и 2-го медицинских институтов. Тогда жертв могло бы быть меньше…

Память

Футболисты были первыми, кто увековечил память о погибших на стадионе. 1990 год — был проведен первый турнир, посвященный спартаковским болельщикам. А вечер памяти погибших состоялся с опозданием почти на два десятка лет – 20 октября 2000 г. Сейчас на трибуне «В» установлен памятник «Погибшим на стадионах мира». Но те, чьи близкие не вернулись со стадиона после матча «Спартак» – «Харлем», воспринимают его как мемориал на месте трагедии в Лужниках.

 

 


 

ред. shtorm777.ru

ПОХОЖИЕ ЗАПИСИ

shtorm777.ru

Трагедия в Лужниках (1982) — это… Что такое Трагедия в Лужниках (1982)?

Координаты: 55°42′57″ с. ш. 37°33′13″ в. д. / 55.715833° с. ш. 37.553611° в. д. (G) (O)55.715833, 37.553611

Трагедия в Лужниках — массовая давка с человеческими жертвами, произошедшая на Большой спортивной арене (БСА) Центрального стадиона им. В. И. Ленина (сейчас — стадион «Лужники») в Москве в конце первого матча 1/16 розыгрыша Кубка УЕФА между футбольными клубами «Спартак» Москва (СССР) и «Хаарлем» (Нидерланды) 20 октября 1982 года.

В давке погибли 66 болельщиков «Спартака»[1], многие из которых были ещё подростками. Это давка стала самым трагическим случаем в истории советского и российского спорта[2].

Информация о количестве жертв этой трагедии появилась в советской печати лишь семь лет спустя, в 1989 году.

События

Накануне матча в Москве выпал первый снег. А сам день игры, среда, 20 октября 1982 года, выдался на редкость морозным (-10°С)[3] для середины октября. Поэтому из 82,000 билетов на матч[1] удалось распродать лишь около 16,500[4] (по некоторым данным −16 643 билета). В 1982 году стадион ещё не был оборудован крышей над трибунами. К началу игры, успели очистить от снега и открыть для болельщиков только две трибуны: «С» (восточную) и «А» (западную)[1][4]. Обе трибуны вмещали по 23,000 зрителей[1], что было значительно больше, чем количество проданных билетов. Во время матча на трибуне «А» находилось лишь около 4 тысяч зрителей[4][1], большинство болельщиков (около 12 тысяч) предпочло трибуну «С»[4][1], которая расположена ближе к метро[1]. Подавляющее большинство болельщиков пришло поддержать «Спартак», голландских болельщиков было всего около сотни[4][5]. От каждой трибуны к выходам со стадиона вели по две лестницы, находящиеся в разных концах подтрибунного коридора[6].

Матч начался в 19:00. Уже на 16-й минуте игры Эдгар Гесс забил со штрафного первый гол в ворота «Хаарлема»[7]. Ближе к концу матча, не ожидая больше голов, значительная часть (к тому времени довольно замёрзших) болельщиков стала покидать свои места на трибунах и направилась к выходам. Большинство болельщиков трибуны «С» двинулось к лестнице № 1, которая находилась ближе к метро[1]. Всего за 20 секунд до финального свистка Сергей Швецов забил в ворота «Хаарлема» второй гол[8]. Приблизительно в это же время на Лестнице № 1 трибуны «С» в подтрибунном пространстве стадиона началась давка, которая привела к гибели 66 болельщиков[1][9].

Пострадавших в давке увезли на машинах «Скорой помощи» в приёмный покой Института скорой помощи им. Склифосовского[10][6]. На следующий день секретарь ЦК КПСС Ю. В. Андропов побывал в институте, где встретился с некоторыми врачами и родственниками пострадавших[11]. Тела погибших сначала были перенесены к памятнику Ленину у стадиона[6], а затем были развезены по московских моргам и, после проведения судебно-медицинской экспертизы[9] и опознания, возвращены родственникам для захоронения.

Единственное сообщение о трагедии было напечатано на следующий день на последней полосе газеты «Вечерняя Москва» под заголовком «Происшествие»:

«20 октября 1982 г. после футбольного матча на Большой спортивной арене Центрального стадиона имени В. И. Ленина при выходе зрителей в результате нарушения порядка движения людей произошел несчастный случай. Имеются пострадавшие. Проводится расследование обстоятельств происшедшего[12]»

Газета «Советский спорт» и еженедельник «Футбол-Хоккей» после трагедии опубликовали (21 и 24 октября) подробные статьи об этом матче (под названиями «Холодная погода — горячая игра»[3] и «Счёт на секунды»[7]), однако умолчали в них о каком-либо несчастье, произошедшем с болельщиками.

Футболисты «Спартака» узнали о трагедии от начальника своей команды, Николая Старостина, на следующий день после матча. Согласно некоторым воспоминаниям, радиостанция «Голос Америки», возможно, уже вечером 20 октября сообщила о произошедшем[5]. Однако футболисты «Хаарлема» утверждают, что они впервые узнали о том, что случилось, лишь через семь лет после трагедии[13].

После расследования трагедии следователями Московской городской прокуратуры дело было передано в суд. Все представители потерпевших были ознакомлены с материалами дела. На открытом заседании Московского городского суда 8 февраля 1983 года под председательством судьи В. А. Никитина уголовное дело было заслушано[1]. Суд продолжался всего полтора дня[4][6].

К уголовной ответственности были привлечены директор Большой спортивной арены стадиона им. Ленина В. А. Кокрышев и главный комендант Ю. Л. Панчихин. 26 ноября им было предъявлено обвинительное заключение[4] и на оставшееся время расследования они были заключены под стражу[6] в Бутырскую тюрьму[4]. Юрий Панчихин был назначен комендантом БСА всего лишь за два с половиной месяца до трагедии. Виктор Кокрышев уже через два дня после трагедии был исключён из рядов членов КПСС[4]. Кокрышев и Панчихин оба были приговорены судом к 3 годам лишения свободы, что являлось максимальным наказанием по статье 172 УК РСФСР об ответственности за халатное исполнение своих служебных обязанностей. Однако в это время вышла амнистия в связи с 60-летием образования СССР. Кокрышев попал под амнистию, как лицо, имеющее правительственные награды, и был освобождён от наказания[4][1]. Панчихину, в связи с амнистией, срок заключения был сокращен наполовину[4][1]. Он был отправлен на принудительные работы в Подмосковье, а затем — в Калинин[4].

Также привлечению к уголовной ответственности подлежали заместитель директора БСА К. В. Лыжин и командир подразделения милиции, обеспечивавшего охрану общественного порядка на трибуне «С», майор С. М. Корягин. Но в связи с болезнью обоих (первый, ветеран ВОВ, лег в больницу с инфарктом; а второй был тяжело ранен — толпа швырнула его на бетон, когда он попытался остановить завал[1][6]) материалы в отношении их были выделены в отдельное производство. Позже оба также попали под амнистию как лица, имеющие правительственные награды[1].

Суд проходил во Дворце культуры строителей в Кунцевском районе[1], возле станции метро «Молодежная»[6]. По окончании суда материалы уголовного дела поступили на хранение в архив Московского горсуда[1].

Хотя суд над виновниками произошедшего был открытым, однако, в прессе о нём не сообщалось. Первая публикация об обстоятельствах и жертвах этой трагедии появилась в прессе лишь шесть лет спустя, 8 июля 1989 года[8].

В современной западной прессе трагедию в Лужниках нередко сравнивают с трагедией на стадионе «Айброкc» в Глазго (Великобритания), произошедшей 2 января 1971 г., из-за удивительной схожести в некоторых обстоятельствах этих катастроф.[14][15] В обоих случаях трагедия произошла уже на последних минутах матча, когда сотни зрителей начали спускаться по лестнице и при этом один из них споткнулся и упал, вызвав цепную реакцию падений и последовавшую за ней давку. Также в обоих случаях в давке погибло одинаковое количество болельщиков — 66. И, наконец, оба несчастных случая совпали по времени с неожиданным голом, забитым на последних секундах матча.

Расследование

Официальное расследование

Стадион «Лужники» (фото сделано после 1997 г.)

Расследование трагедии было поручено следственной бригаде[6] под руководством следователя по особо важным делам Прокуратуры Москвы Александра Шпеера[1][6]. (А. Л. Шпеер известен также тем, что в 1966 году был консультантом съёмочной группы знаменитой комедии «Берегись автомобиля»[4].)

Следствие установило, что в результате трагедии погибли 66 человек[1][9]. Как показала судебно-медицинская экспертиза, все они скончались от компрессионной асфиксии в результате сдавления грудной клетки и живота[9]. В больнице или в машине «Скорой помощи» ни один из пострадавших не умер[9]. 61 человек получил ранения и увечья[1], в том числе 21 — тяжелые[4].

Как установило следствие, для болельщиков были открыты две из четырёх трибун БСА: «С» и «А», вмещающие по 23 000 зрителей[1]. Однако большинство болельщиков «Спартака» предпочло трибуну «С», так как она находилась ближе к станции метро[1]. Поэтому на трибуне «А» во время матча находилось лишь 3-4 тысячи из приблизительно 16 тысяч зрителей на стадионе[1]. Учитывая небольшое количество проданных билетов, а также необходимость в малые сроки перед матчем очистить трибуны от снега, и избыточное количество мест для болельщиков на двух открытых трибунах, решение администрации об использовании двух трибун из четырёх было признано следствием оправданным[1].

Обстановка на трибунах, по показаниям свидетелей, допрошенных следствием, была довольно напряженной: трибуны не успели полностью очистить и на многих местах ещё оставался снег и лёд[16], а многие болельщики, пытаясь согреться, приняли значительное количество спиртного[1][10]. Милиционеров начали массово закидывать снежками и кусками льда, стремясь попасть им по голове, чтобы сбить фуражки[6]. Иногда в милиционеров летели и бутылки[1]. 150 хулиганов за время матча доставили в комнаты милиции, но это лишь раззадоривало других фанатов[1].

За несколько минут до окончания матча многие болельщики потянулись к выходу. Материалами дела было подтверждено, что были открыты все выходы с обеих работающих трибун[1][4], о чём годы спустя писали в газеты и сами болельщики[10]. Но основная масса зрителей с трибуны «С» двинулась по Лестнице № 1[1][6]. Так как люди замерзли, и многие были легко одеты, то все хотели побыстрее попасть в метро; по этой лестнице вниз двигался поток плотно прижатых друг к другу людей[1].

По показаниям очевидцев, на последних ступеньках лестницы упала девушка[1][6]. Передние остановились и попытались помочь ей подняться, но народ сзади напирал и те, кто попытался помочь, были сразу смяты потоком, повалены и затоптаны[6][1]. О них продолжали спотыкаться другие, и гора тел росла[6].

Когда произошел завал, давление толпы стало настолько большим, что металлические перила лестницы выгнулись под давлением человеческих тел и люди начали падать вниз на бетонный пол[1][6]. Некоторых людей это спасло от гибели, а некоторые были раздавлены под грудой падающих тел[1][6].

По данным следствия, гол Швецова не усугубил положение, а, возможно, даже облегчил его, так как некоторые из зрителей — кто только выходил из многочисленных «люков» верхнего этажа стадиона на галерею к лестнице — кинулись назад и, тем самым, ослабили напор на уже идущих по лестничному маршу[1]. Внизу, в спрессованной массе людей, при давке, развернуться и, тем более, создать встречный поток, было абсолютно невозможно[1].

Следствие установило, что во время давки на лестнице находились только болельщики, милиционеров не было[16], о чём свидетельствовал и тот факт, что среди погибших не было сотрудников милиции[1]. Также было установлено, что лестница, где произошел завал, находилась под навесом и была совершенно сухой[1]. Наледь и снег были на трибунах, но не на лестнице, где произошла трагедия[1]. Каких-либо фактов того, что кто-то из сотрудников БСА или милиции подгонял болельщиков к выходу, также выявлено не было[1]. Наоборот, следствие отметило, что решение администрации продолжить видеотрансляцию на стадионном табло, показав, после финального свистка, уход команд с поля и небольшой мультфильм, смогло удержать на трибунах часть болельщиков[1], что подтвердили и сами выжившие[16][10].

После проведения тщательного расследования (было допрошено 150 свидетелей[4], материалы уголовного дела занимают 10 томов[1][4]) Московская прокуратура передала дело для рассмотрения в суд.

Согласно некоторым публикациям, следователь А. Л. Шпеер, в беседах с защитниками обвиняемых, признавал, что следствие не обнаружило каких-либо веских причин для предъявления обвинения их подзащитным, однако вынуждено было сделать это для того, чтобы «успокоить общественное мнение»[6]. По этой же причине, согласно этим публикациям, и для предотвращения возможности самосуда со стороны фанатов «Спартака», В. А. Кокрышев и Ю. Л. Панчихин на время расследования были заключены под стражу[4][6].

Неофициальные версии

Отсутствие освещения этой трагедии в советской прессе в первые годы после события, и склонность к сенсационности в публикациях появившихся с приходом гласности, способствовали появлению различных слухов, версий и преувеличений, окружающих обстоятельства трагедии в Лужниках.

В частности, большое распространение получила версия о том, что давка была вызвана вторым голом, забитым в самом конце матча Сергеем Швецовым. Согласно этой версии, болельщики, уже покидавшие стадион, услышав о только что забитом голе, повернули обратно и столкновение двух потоков болельщиков (уходящих и возвращающихся) привело к давке[8]. Большое распространение данной версии даже вынудило Швецова выразить сожаление, что он забил гол в этом матче[8].

Согласно другой популярной версии, для болельщиков якобы была открыта только одна трибуна на стадионе — «С»[8]. И на этой трибуне для выхода были открыты лишь одна лестница и ворота[8] (в других вариантах этой версии — и эти ворота были открыты лишь частично). Такие действия журналисты пытались объяснить либо желанием сотрудников стадиона «облегчить себе жизнь»[8]; либо намерением «обидевшихся» милиционеров «досадить» болельщикам за их хулиганское поведение во время матча; либо попыткой милиционеров задержать определённых футбольных хулиганов после матча; либо желанием милиционеров задержать болельщиков-подростков, пришедших на вечерний матч без сопровождения взрослых[2], либо другими причинами. Некоторые комментаторы высказывали мнение, что по Лестнице № 2 трибуны «С» милиционеры разрешали спускаться только болельщикам-голландцам, отправляя всех болельщиков «Спартака» к Лестнице № 1[6].

Некоторые журналисты стремились возложить всю ответственность за произошедшее на сотрудников милиции и лично на начальника ГУВД Москвы, генерал-лейтенанта В. П. Трушина[6].

Количество погибших

В 1982 году следствие установило, что в результате трагедии погибли 66 человек[1][9]. Однако эта информация не была тогда опубликована в прессе, как, впрочем, и какая-либо другая информация по уголовному делу.

Первая публикация о трагедии появилась только в годы перестройки. Ей стала статья «Чёрная тайна Лужников»[8] в газете «Советский спорт» от 8 июля 1989 года. В ней пара журналистов указала, что им неизвестно точное число погибших, так как оно является «чёрной тайной[8]», и при написании статьи у них не было доступа к материалам уголовного дела, из-за того, что архивы «закрыты и охраняются, пожалуй, крепче оборонных заводов. Поэтому мы имеем только непроверенную цифру — 340 человек[8]», — сообщили журналисты, ссылаясь на «родственников жертв».

Эта публикация имела огромный резонанс в СССР и, особенно, за границей. Крупнейшие газеты Голландии посвятили первые полосы своих газет сенсационным статьям о 340 погибших в трагедии на Лужниках[17]. Голландская национальная телекомпания NOS сделала специальный сюжет новостей о публикации «Советского спорта»[17]. Немецкие «Франкфуртер Альгемайне», «Франкфуртер рундшау», «Бильд» и другие западные СМИ перепечатывали информацию «Советского спорта»[17]. Цифра в 340 погибших была тут же подхвачена всеми СМИ. Только тогда футболисты «Хаарлема» узнали о том, что произошло во время их игры семь лет назад[13].

Через две недели газета «Известия» опубликовала интервью со следователем Шпеером под названием «Трагедия в Лужниках. Факты и вымысел»[1], в котором он рассказал о деталях трагедии, установленных следствием в 1982 году, и сообщил о 66 погибших. «Советский спорт» в редакционной статье[17], вышедшей на следующий день после публикации в «Известиях», признал, что, из-за отсутствия у их журналистов точных данных, в ход «пошли различные варианты, разные цифры, домыслы[17]», но при этом выразил радость такому большому международному резонансу, который смогла произвести их статья. Цифра в 340 погибших, озвученная парой журналистов «Советского спорта» двумя неделями раньше, или её вариации («более 300 человек», «около 350 человек»), по-прежнему иногда упоминается, особенно за рубежом, при описании трагедии в Лужниках[2][5].

При этом необходимо учитывать, что 66 погибших — это число умерших непосредственно на стадионе. По данным следствия ни один из пострадавших не скончался в больницах, что по мнению медиков маловероятно.[источник не указан 60 дней] Установлены факты изменения диагнозов пострадавшим в больницах — для того, чтобы травмы не были связаны со случившимся на стадионе.[источник не указан 60 дней] Архивы «Скорой помощи» были уничтожены.[источник не указан 60 дней] Таким образом, точное число погибших в результате трагедии в Лужниках установить сегодня практически невозможно.

Список погибших

Имя Возраст
1 Абдулаев Эльдар 15 лет
2 Абдулин Анвер 29 лет
3 Аникин Володя 14 лет
4 Багаев Сергей 14 лет
5 Баранов Игорь 17 лет
6 Беженцева Виктория 17 лет
7 Березань Александр 15 лет
8 Бокутенкова Надежда 15 лет
9 Борисов Олег 16 лет
10 Буданов Михаил 17 лет
11 Викторов Олег 17 лет
12 Волков Дмитрий 16 лет
13 Воронов Николай 19 лет
14 Голубев Владимир 33 года
15 Гришаков Александр 15 лет
16 Дерюгин Игорь 17 лет
17 Евсеев Анатолий 16 лет
18 Егоров Владимир 16 лет
19 Ермаков Анатолий 43 года
20 Жидецкий Владимир 45 лет
21 Завертяев Владимир 23 лет
22 Заев Алексей 17 лет
23 Зарембо Владимир 28 лет
24 Зисман Евгений 16 лет
25 Зозуленко Вячеслав 18 лет
26 Калайджан Вартан ?
27 Калинин Николай ?
28 Карпасов Максим 17 лет
29 Кербс Эгберт 23 года
30 Киселёв Владимир 40 лет
31 Клименко Александр 18 лет
32 Королёва Елена 16 лет
33 Костылёв Алексей 18 лет
34 Кустиков Владислав 16 лет
35 Куцев Николай 27 лет
36 Ларионов Юрий 19 лет
37 Лебедь Сергей 16 лет
38 Лисаев Владимир 24 года
39 Личкун Николай 30 лет
40 Лузанова Светлана 15 лет
41 Мартынов Александр 22 года
42 Мильков Алексей 17 лет
43 Мосичкин Олег 17 лет
44 Муратов Александр 39 лет
45 Новоструев Михаил 15 лет
46 Панес Михаил 37 лет
47 Политико Сергей 14 лет
48 Попков Александр 15 лет
49 Пятницын Николай 23 года
50 Радионов Константин 16 лет
51 Родин Сергей 16 лет
52 Самоварова Елена 15 лет
53 Сергованцев Валерий 19 лет
54 Скотников Станислав 16 лет
55 Сударкина Зинаида 37 лет
56 Таманян Левон 19 лет
57 Уваров Михаил 14 лет
58 Усманов Дмитрий 17 лет
59 Усов Сергей 17 лет
60 Федин Константин 16 лет
61 Фунтиков Владимир 24 года
62 Хлевчук Игорь 18 лет
63 Чеботарёв Олег 20 лет
64 Чернышёв Виктор 42 года
65 Шабашов Игорь 19 лет
66 Шагин Игорь 18 лет

Источник: «Мемориал памяти погибших»[18] и «Официальный список жертв матча „Спартак“ — „Хаарлем“»[19].

Мемориалы и память

  • 22 октября 1992 года, к десятилетию со дня трагедии, у западных трибун Лужников был установлен памятник «Погибшим на стадионах мира».
  • 20 марта 2007 года телекомпанией НТВ был показан документальный фильм «Роковой гол» из цикла «Победившие смерть», рассказывающий о трагедии в Лужниках[20].
  • 20 октября 2007 года, в день двадцатипятилетия трагедии, в Лужниках состоялся матч памяти погибших между ветеранами московского «Спартака» и голландского «Хаарлема»[13].
  • В октябре 2007 года в Голландии была опубликована единственная книга об этой трагедии — «Drama in het Lenin-stadion»[21].
  • В 2008 году телеканал ESPN Classic показал в Европе документальный фильм «Русская ночь, скрытая футбольная трагедия» (Russian Night, the hidden football disaster).

См. также

Примечания

  1. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 Зайкин, В.. Трагедия в Лужниках. Факты и вымысел, Известия (20 июля 1989). Проверено 6 февраля 2012.
  2. 1 2 3 Wilson, Jonathan. After England, more tears fall on Moscow’s plastic pitch  (англ.), The Guardian (22 October 2007). Проверено 1 февраля 2012.
  3. 1 2 Кучеренко, О.. Холодная погода — горячая игра, Советский Спорт (21 октября 1982). Проверено 6 февраля 2012.
  4. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 Дзичковский, Евгений. Трагедия в Лужниках, СБ-Беларусь Сегодня (16 марта 2002). Проверено 10 февраля 2012.
  5. 1 2 3 Riordan, Jim. Moscow’s secret tragedy — hundreds of fans crushed to death  (англ.), The Observer (4 May 2008), стр. 4. Проверено 6 февраля 2012.
  6. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 Логунов, Виктор и Медведкин, Константин. Никто не хотел убивать. Лужники: по-прежнему «Черная тайна»?, Московский Комсомолец (21 июля 1990), стр. 2. Проверено 6 февраля 2012.
  7. 1 2 Есенин, Константин. Счёт на секунды, Футбол-Хоккей (24 октября 1982). Проверено 6 февраля 2012.
  8. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 Микулик, Сергей и Топоров, Сергей. Черная тайна Лужников, Советский Спорт (8 июля 1989), стр. 1, 4. Проверено 6 февраля 2012.
  9. 1 2 3 4 5 6 Зайкин, В.. Эхо трагедии, Известия (31 августа 1989). Проверено 6 февраля 2012.
  10. 1 2 3 4 У кого нет памяти, тот не живет, Советский Спорт (23 июля 1989). Проверено 6 февраля 2012.
  11. Просветов, Александр. Жизнь за «Спартак», Спорт-Экспресс (23 октября 2007), стр. 16. Проверено 6 февраля 2012.
  12. Трагическая дата, Газета.Ru (20 октября 2003). Проверено 2 февраля 2012.
  13. 1 2 3 В день скорби футболисты сыграли вничью, НТВ (20 октября 2010). Проверено 2 февраля 2012.
  14. Редактор Blues fans Luzhniki tribute  (англ.). The Official Site of Chelsea Football Club (19 October 2010). Архивировано из первоисточника 2 июня 2012. Проверено 12 февраля 2012.
  15. Collett, Mike. Analysis: Fans, not constructors responsible for Egypt deaths  (англ.), Рейтер (1 February 2012). Проверено 18 февраля 2012.
  16. 1 2 3 Микулик, Cергей. Свидетель, которого не хотели заметить, Советский Спорт (22 июля 1989). Проверено 6 февраля 2012.
  17. 1 2 3 4 5 Матч памяти — каким ему быть, Советский Спорт (21 июля 1989). Проверено 6 февраля 2012.
  18. Мемориал памяти погибших. Проект «Двадцатое число» (2007). Архивировано из первоисточника 2 июня 2012. Проверено 4 февраля 2012.
  19. Официальный список жертв матча «Спартак»-«Хаарлем», Газета.Ru (19 октября 2002). Проверено 8 февраля 2012.
  20. Победившие смерть. Список серий. Управление продажи лицензионных прав НТВ. Архивировано из первоисточника 2 июня 2012. Проверено 2 февраля 2012.
  21. Tol, Iwan Drama in het Lenin-stadion. — Амстердам: Nieuw Amsterdam, 2007. — 158 p. — ISBN 978-90-468-0286-1

Ссылки

  • Двадцатое число— проект памяти погибших в «Лужниках» 20 октября 1982 года. Содержит список погибших с фотографиями, архив прессы и видеоархив о трагедии.

dic.academic.ru

Трагедия в Лужниках (1982) Википедия

Трагедия в «Лужниках» — массовая давка с человеческими жертвами, произошедшая на Большой спортивной арене (БСА) Центрального стадиона им. В. И. Ленина (сейчас — стадион «Лужники») в Москве в конце первого матча 1/16 розыгрыша Кубка УЕФА между футбольными клубами «Спартак Москва» (СССР) и «Хаарлем» (Нидерланды) 20 октября 1982 года.

В давке погибли 66 болельщиков «Спартака»[1], многие из которых были ещё подростками. Эта давка стала самым трагическим случаем в истории советского и российского спорта[2].

Информация о количестве жертв этой трагедии появилась в советской печати лишь семь лет спустя, в 1989 году.

События

Накануне матча в Москве выпал первый снег. А сам день игры — среда, 20 октября 1982 года — выдался на редкость морозным (−10 °С)[3] для середины октября. Поэтому из 82 000 билетов на матч[1] удалось распродать лишь 16 643[4][5]. В 1982 году стадион ещё не был оборудован крышей над трибунами. К началу игры успели очистить от снега и открыть для болельщиков только две трибуны: «С» (восточную) и «А» (западную)[1][5]. Обе трибуны вмещали по 23 000 зрителей[1], что было значительно больше, чем количество проданных билетов. Во время матча на трибуне «А» находилось лишь около 4 тысяч зрителей[1][5], большинство болельщиков (около 12 тысяч) предпочло трибуну «С»[1][5], которая расположена ближе к метро[1]. Подавляющее большинство болельщиков пришло поддержать «Спартак», голландских болельщиков было всего около сотни[5][6]. От каждой трибуны к выходам со стадиона вели по две лестницы, находящиеся в разных концах подтрибунного коридора[7].

Матч начался в 19:00. Уже на 16-й минуте игры Эдгар Гесс забил со штрафного первый гол в ворота «Хаарлема»[8]. Ближе к концу матча, не ожидая больше голов, значительная часть к тому времени довольно замёрзших болельщиков стала покидать свои места на трибунах и направилась к выходам. Большинство болельщиков трибуны «С» двинулось к лестнице № 1, которая находилась ближе к метро[1]. Всего за 20 секунд до финального свистка Сергей Швецов забил в ворота «Хаарлема» второй гол[9]. Приблизительно в это же время на лестнице № 1 трибуны «С» в подтрибунном пространстве стадиона началась давка, которая привела к гибели 66 болельщиков[1][10].

Пострадавших в давке увезли на машинах «Скорой помощи» в приёмный покой Института скорой помощи им. Склифосовского[7][11]. Тела погибших сначала были перенесены к памятнику Ленину у стадиона[7], а затем были развезены по московским моргам и после проведения судебно-медицинской экспертизы[10] и опознания возвращены родственникам для захоронения. На следующий день секретарь ЦК КПСС Ю. В. Андропов побывал в институте, где встретился с некоторыми врачами и родственниками пострадавших[12].

Единственное сообщение о трагедии было напечатано на следующий день на последней полосе газеты «Вечерняя Москва» под заголовком «Происшествие»:

20 октября 1982 г. после футбольного матча на Большой спортивной арене Центрального стадиона имени В. И. Ленина при выходе зрителей в результате нарушения порядка движения людей произошел несчастный случай. Имеются пострадавшие. Проводится расследование обстоятельств происшедшего[13].

Газета «Советский спорт» и еженедельник «Футбол. Хоккей» после трагедии опубликовали (21 и 24 октября) подробные статьи об этом матче (под названиями «Холодная погода — горячая игра»[3] и «Счёт на секунды»[8]), однако умолчали в них о каком-либо несчастье, произошедшем с болельщиками.

Футболисты «Спартака» узнали о трагедии от начальника своей команды, Николая Старостина, на следующий день после матча. Согласно некоторым воспоминаниям, радиостанция «Голос Америки», возможно, уже вечером 20 октября сообщила о произошедшем[6]. Однако футболисты «Хаарлема» утверждают, что они впервые узнали о том, что случилось, лишь через семь лет после трагедии[14].

После расследования трагедии следователями Московской городской прокуратуры дело было передано в суд. Все представители потерпевших были ознакомлены с материалами дела. На открытом заседании Московского городского суда 8 февраля 1983 года под председательством судьи В. А. Никитина уголовное дело было заслушано[1]. Суд продолжался всего полтора дня[5][7].

К уголовной ответственности были привлечены директор Большой спортивной арены стадиона им. Ленина В. А. Кокрышев и главный комендант Ю. Л. Панчихин. 26 ноября им было предъявлено обвинительное заключение[5] и на оставшееся время расследования они были заключены под стражу[7] в Бутырскую тюрьму[5]. Юрий Панчихин был назначен комендантом БСА всего лишь за два с половиной месяца до трагедии. Виктор Кокрышев уже через два дня после трагедии был исключён из рядов членов КПСС[5]. Кокрышев и Панчихин оба были приговорены судом к 3 годам лишения свободы, что являлось максимальным наказанием по статье 172 УК РСФСР об ответственности за халатное исполнение своих служебных обязанностей. Однако в это время вышла амнистия в связи с 60-летием образования СССР. Кокрышев попал под амнистию, как лицо, имеющее правительственные награды, и был освобождён от наказания[1][5]. Панчихину, в связи с амнистией, срок заключения был сокращен наполовину[1][5]. Он был отправлен на принудительные работы в Подмосковье, а затем — в Калинин[5].

Также привлечению к уголовной ответственности подлежали заместитель директора БСА К. В. Лыжин и командир подразделения милиции, обеспечивавшего охрану общественного порядка на трибуне «С», майор С. М. Корягин. Но в связи с болезнью обоих (первый, ветеран ВОВ, лег в больницу с инфарктом; а второй был тяжело ранен — толпа швырнула его на бетон, когда он попытался остановить завал[1][7]) материалы в отношении их были выделены в отдельное производство. Позже оба также попали под амнистию как лица, имеющие правительственные награды[1].

Суд проходил во Дворце культуры строителей в Кунцевском районе[1], возле станции метро «Молодёжная»[7]. По окончании суда материалы уголовного дела поступили на хранение в архив Московского горсуда[1].

Хотя суд над виновниками произошедшего был открытым, однако в прессе о нём не сообщалось. Первая публикация об обстоятельствах и жертвах этой трагедии появилась в прессе лишь шесть лет спустя, 8 июля 1989 года[9] — с наступлением эпохи гласности.

В современной западной прессе трагедию в Лужниках нередко сравнивают с трагедией на стадионе «Айброкc» в Глазго в Шотландии, произошедшей 2 января 1971 года, из-за удивительной схожести в некоторых обстоятельствах этих катастроф[15][16]. В обоих случаях трагедия произошла уже на последних минутах матча, когда сотни зрителей спускались по лестнице и при этом один из них споткнулся и упал, вызвав цепную реакцию падений и последовавшую за ней давку. Также в обоих случаях в давке погибло одинаковое количество болельщиков — 66. Оба несчастных случая совпали по времени с неожиданным голом, забитым на последних секундах матча.

Отчёт о матче

Расследование

Официальное расследование

Стадион «Лужники» (фото сделано после 1997 г.)

Расследование трагедии было поручено следственной бригаде[7] под руководством следователя по особо важным делам Прокуратуры Москвы Александра Шпеера[1][7]. (А. Л. Шпеер известен также тем, что в 1966 году был консультантом съёмочной группы знаменитой комедии «Берегись автомобиля»[5].)

Следствие установило, что в результате трагедии погибли 66 человек[1][10]. Как показала судебно-медицинская экспертиза, все они скончались от компрессионной асфиксии в результате сдавления грудной клетки и живота[10]. В больнице или в машине «Скорой помощи» ни один из пострадавших не умер[10]. 61 человек получил ранения и увечья[1], в том числе 21 — тяжелые[5].

Как установило следствие, для болельщиков были открыты две из четырёх трибун БСА: «С» и «А», вмещающие по 23 000 зрителей[1]. Однако большинство болельщиков «Спартака» предпочло трибуну «С», так как она находилась ближе к станции метро[1]. Поэтому на трибуне «А» во время матча находилось лишь 3—4 тысячи из приблизительно 16 тысяч зрителей на стадионе[1]. Учитывая небольшое количество проданных билетов, а также необходимость в малые сроки перед матчем очистить трибуны от снега, и избыточное количество мест для болельщиков на двух открытых трибунах, решение администрации об использовании двух трибун из четырёх было признано следствием оправданным[1].

Обстановка на трибунах, по показаниям свидетелей, допрошенных следствием, была довольно напряженной: трибуны не успели полностью очистить, и на многих местах ещё оставался снег и лёд[17], а многие болельщики, пытаясь согреться, приняли значительное количество спиртного[1][11]. Милиционеров стали массово закидывать снежками и кусками льда, стремясь попасть им по голове, чтобы сбить фуражки[7]. Иногда в милиционеров летели и бутылки[1]. 150 хулиганов за время матча доставили в комнаты милиции, но это лишь раззадоривало других фанатов[1].

За несколько минут до окончания матча многие болельщики потянулись к выходу. Материалами дела было подтверждено, что были открыты все выходы с обеих работающих трибун[1][5], о чём годы спустя писали в газеты и сами болельщики[11]. Но основная масса зрителей с трибуны «С» двинулась по Лестнице № 1[1][7]. Так как люди замерзли, и многие были легко одеты, то все хотели побыстрее попасть в метро; по этой лестнице вниз двигался поток плотно прижатых друг к другу людей[1].

По показаниям очевидцев, на последних ступеньках лестницы упала девушка[1][7]. Передние остановились и попытались помочь ей подняться, но народ сзади напирал и те, кто попытался помочь, были сразу смяты потоком, повалены и затоптаны[1][7]. О них продолжали спотыкаться другие, и гора тел росла[7].

Когда произошёл завал, давление толпы стало настолько большим, что металлические перила лестницы выгнулись под давлением человеческих тел и люди стали падать вниз на бетонный пол[1][7]. Некоторых людей это спасло от гибели, а некоторые были раздавлены под грудой падающих тел[1][7].

По данным следствия, гол Швецова не усугубил положение, а, возможно, даже облегчил его, так как некоторые из зрителей — кто только выходил из многочисленных «люков» верхнего этажа стадиона на галерею к лестнице — кинулись назад и, тем самым, ослабили напор на уже идущих по лестничному маршу[1]. Внизу, в спрессованной массе людей, при давке, развернуться и, тем более, создать встречный поток, было абсолютно невозможно[1].

Следствие установило, что во время давки на лестнице находились только болельщики, милиционеров не было[17], о чём свидетельствовал и тот факт, что среди погибших не было сотрудников милиции[1]. Также было установлено, что лестница, где произошёл завал, находилась под навесом и была совершенно сухой[1]. Наледь и снег были на трибунах, но не на лестнице, где произошла трагедия[1]. Каких-либо фактов того, что кто-то из сотрудников БСА или милиции подгонял болельщиков к выходу, также выявлено не было[1]. Наоборот, следствие отметило, что решение администрации продолжить видеотрансляцию на стадионном табло, показав, после финального свистка, уход команд с поля и небольшой мультфильм, смогло удержать на трибунах часть болельщиков[1], что подтвердили и сами выжившие[11][17].

После проведения тщательного расследования (было допрошено 150 свидетелей[5], материалы уголовного дела занимают 10 томов[1][5]) Московская прокуратура передала дело для рассмотрения в суд.

Согласно некоторым публикациям, следователь А. Л. Шпеер, в беседах с защитниками обвиняемых, признавал, что следствие не обнаружило каких-либо веских причин для предъявления обвинения их подзащитным, однако вынуждено было сделать это для того, чтобы «успокоить общественное мнение»[7]. По этой же причине, согласно этим публикациям, и для предотвращения возможности самосуда со стороны фанатов «Спартака», В. А. Кокрышев и Ю. Л. Панчихин на время расследования были заключены под стражу[5][7].

По итогам официального расследования были осуждены директор «Лужников» Виктор Кокрышев, главный комендант Юрий Панчихин, заместитель Кокрышева по фамилии Лыжин и майор милиции Семен Корягин. Суд начался 8 февраля 1983 года и длился полтора дня. Кокрышев, Лыжин и Панчихин были осуждены за халатность и получили по три года тюрьмы, но первые двое попали под амнистию в честь 60-летия образования СССР, а Панчихин отсидел только полтора года. Корягин тоже был амнистирован.

Неофициальные версии

Отсутствие освещения этой трагедии в советской прессе в первые годы после события, и склонность к сенсационности в публикациях, появившихся с приходом гласности, способствовали появлению различных слухов, версий и преувеличений, окружающих обстоятельства трагедии в «Лужниках».

В частности, большое распространение получила версия о том, что давка была вызвана вторым голом, забитым в самом конце матча Сергеем Швецовым. Согласно этой версии, болельщики, уже покидавшие стадион, услышав о только что забитом голе, повернули обратно и столкновение двух потоков болельщиков (уходящих и возвращающихся) привело к давке[9]. Большое распространение данной версии даже вынудило Швецова выразить сожаление, что он забил гол в этом матче[9].

Согласно другой популярной версии, для болельщиков якобы была открыта только одна трибуна на стадионе — «С»[9]. И на этой трибуне для выхода были открыты лишь одна лестница и ворота[9] (в других вариантах этой версии — и эти ворота были открыты лишь частично). Такие действия журналисты пытались объяснить либо желанием сотрудников стадиона «облегчить себе жизнь»[9]; либо намерением «обидевшихся» милиционеров «досадить» болельщикам за их хулиганское поведение во время матча; либо попыткой милиционеров задержать определённых футбольных хулиганов после матча; либо желанием милиционеров задержать болельщиков-подростков, пришедших на вечерний матч без сопровождения взрослых[2], либо другими причинами. Некоторые комментаторы высказывали мнение, что по лестнице № 2 трибуны «С» милиционеры разрешали спускаться только болельщикам-голландцам, отправляя всех болельщиков «Спартака» к лестнице № 1[7].

Некоторые журналисты стремились возложить всю ответственность за произошедшее на сотрудников милиции и лично на начальника ГУВД Москвы, генерал-лейтенанта В. П. Трушина[7].

Количество погибших

В 1982 году следствие установило, что в результате трагедии погибли 66 человек[1][10]. Эта информация и какая-либо другая информация по уголовному делу не была тогда опубликована в прессе. Первая публикация о трагедии появилась в годы перестройки. Ей стала статья «Чёрная тайна „Лужников“»[9] в газете «Советский спорт» от 8 июля 1989 года. В ней пара журналистов указала, что им неизвестно точное число погибших, так как оно является «чёрной тайной[9]», и при написании статьи у них не было доступа к материалам уголовного дела, из-за того, что архивы «закрыты и охраняются, пожалуй, крепче оборонных заводов. Поэтому мы имеем только непроверенную цифру — 340 человек[9]», — сообщили журналисты, ссылаясь на «родственников жертв».

Эта публикация имела резонанс в СССР и, особенно, за границей. Крупнейшие газеты Голландии посвятили первые полосы своих газет статьям о 340 погибших в трагедии на «Лужниках»[18]. Голландская национальная телекомпания NOS сделала специальный сюжет новостей о публикации «Советского спорта»[18]. Немецкие «Франкфуртер Альгемайне», «Франкфуртер рундшау», «Бильд» и другие западные СМИ перепечатывали информацию «Советского спорта»[18]. Цифра в 340 погибших была тут же подхвачена всеми СМИ. Только тогда футболисты «Хаарлема» узнали о том, что произошло во время их игры семь лет назад[14].

Через две недели газета «Известия» опубликовала интервью со следователем Шпеером под названием «Трагедия в „Лужниках“. Факты и вымысел»[1], в котором он рассказал о деталях трагедии, установленных следствием в 1982 году, и сообщил о 66 погибших. «Советский спорт» в редакционной статье[18], вышедшей на следующий день после публикации в «Известиях», признал, что, из-за отсутствия у их журналистов точных данных, в ход «пошли различные варианты, разные цифры, домыслы[18]», но при этом выразил радость такому большому международному резонансу, который смогла произвести их статья. Цифра в 340 погибших, озвученная парой журналистов «Советского спорта» двумя неделями раньше, или её вариации («более 300 человек», «около 350 человек»), по-прежнему иногда упоминается, особенно за рубежом, при описании трагедии в «Лужниках»[2][6].

По воспоминаниям некоторых очевидцев погибших было больше чем называлось в официальной версии. Журналист Сергей Микулик утверждает, что происхождения цифры 66 следующее[19]:

… в «Лужники» приехал лично первый секретарь Московского горкома Гришин и сказал: «Сколько сейчас у вас погибших?». Ему сказали: «66». Он: «Это конечная цифра. Больше быть не должно».

Список погибших

Имя Возраст
1 Абдулаев Эльдар 15 лет
2 Абдулин Анвер 29 лет
3 Аникин Володя 14 лет
4 Багаев Сергей 14 лет
5 Баранов Игорь 17 лет
6 Беженцева Виктория 17 лет
7 Березань Александр 15 лет
8 Бокутенкова Надежда 15 лет
9 Борисов Олег 16 лет
10 Буданов Михаил 17 лет
11 Викторов Олег 17 лет
12 Волков Дмитрий 16 лет
13 Воронов Николай 19 лет
14 Голубев Владимир 33 года
15 Гришаков Александр 15 лет
16 Дерюгин Игорь 17 лет
17 Евсеев Анатолий 16 лет
18 Егоров Владимир 16 лет
19 Ермаков Анатолий 43 года
20 Жидецкий Владимир 45 лет
21 Завертяев Владимир 23 лет
22 Заев Алексей 17 лет
Имя Возраст
23 Зарембо Владимир 28 лет
24 Зисман Евгений 16 лет
25 Зозуленко Вячеслав 18 лет
26 Калайджян Вартан ?
27 Калинин Николай ?
28 Карпасов Максим 17 лет
29 Кербс Эгберт 23 года
30 Киселёв Владимир 40 лет
31 Клименко Александр 18 лет
32 Королёва Елена 16 лет
33 Костылёв Алексей 18 лет
34 Кустиков Владислав 16 лет
35 Куцев Николай 27 лет
36 Ларионов Юрий 19 лет
37 Лебедь Сергей 16 лет
38 Лисаев Владимир 24 года
39 Личкун Николай 30 лет
40 Лузанова Светлана 15 лет
41 Мартынов Александр 22 года
42 Мильков Алексей 17 лет
43 Мосичкин Олег 17 лет
44 Муратов Александр 39 лет
Имя Возраст
45 Новоструев Михаил 15 лет
46 Панес Михаил 37 лет
47 Политико Сергей 14 лет
48 Попков Александр 15 лет
49 Пятницын Николай 23 года
50 Радионов Константин 16 лет
51 Родин Сергей 16 лет
52 Самоварова Елена 15 лет
53 Сергованцев Валерий 19 лет
54 Скотников Станислав 16 лет
55 Сударкина Зинаида 37 лет
56 Тамамян Левон 19 лет
57 Уваров Михаил 14 лет
58 Усманов Дмитрий 17 лет
59 Усов Сергей 17 лет
60 Федин Константин 16 лет
61 Фунтиков Владимир 24 года
62 Хлевчук Игорь 18 лет
63 Чеботарёв Олег 20 лет
64 Чернышёв Виктор 42 года
65 Шабашов Игорь 19 лет
66 Шагин Игорь 19 лет

Источник: «Мемориал памяти погибших»[20] и «Официальный список жертв матча „Спартак“ — „Хаарлем“»[21].

Мемориалы и память

  • Ещё до газетной полемики июля 1989 г., в № 1-3 журнала «Пионер» была опубликована повесть Лии Симоновой «Круг», с кратким упоминанием трагедии на стадионе: «…Сергей отправился с мальчишками-„фанатами“ на матч „Спартака“. „Спартак“ в тот день играл неудачно, но перед финальным свистком неожиданно забил гол. Все, кто уже устремился с трибун к выходу, задержались, остановились, образовалась давка. Мальчишки пытались прорваться к своей команде на поле и прыгали через ряды сидений, расталкивая возбужденных победой болельщиков. Кто-то отпихнул Сергея, кто-то наступил на его длинный, размотавшийся в толчее красно-белый шарф. Сергей не удержался, упал под ноги мечущихся людей…». Действие повести в журнальном варианте происходит осенью 1983 г. (в книжном издании 1990 г. дата снята), на время действия приходится годовщина гибели упомянутого Сергея Судакова. Ничего не говорится о других погибших, место трагедии перенесено на трибуну, приводится ходившая в слухах версия о давке из-за неожиданно забитого «спартаковцем» мяча.[источник не указан 693 дня]
  • 22 октября 1992 года, к десятилетию со дня трагедии, у западных трибун «Лужников» был установлен памятник «Погибшим на стадионах мира».
  • 20 марта 2007 года телекомпанией НТВ был показан документальный фильм «Роковой гол» из цикла «Победившие смерть», рассказывающий о трагедии в «Лужниках»[22].
  • 20 октября 2007 года, в день двадцатипятилетия трагедии, в «Лужниках» состоялся матч памяти погибших между ветеранами московского «Спартака» и голландского «Хаарлема»[14].
  • В октябре 2007 года в Голландии была опубликована единственная книга об этой трагедии — «Drama in het Lenin-stadion»[23].
  • К двадцатипятилетию трагедии Андрей Алексин, Сергей Фисун и Антон Хабибулин записали песню под названием «Двадцатое число»[24][25].
  • В 2008 году телеканал ESPN Classic показал в Европе документальный фильм «Русская ночь, скрытая футбольная трагедия» (Russian Night, the Hidden Football Disaster).
  • В 2017 году принято решение, что на домашнем стадионе «Спартака» — «Открытие Арена» — будет установлена мемориальная доска, посвященная трагедии 1982 года[26].
  • В 2017 году группа Clockwork Times записала песню «20 октября 1982»

См. также

Примечания

  1. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 Зайкин, В.. Трагедия в «Лужниках». Факты и вымысел, Известия (20 июля 1989). Проверено 6 февраля 2012.
  2. 1 2 3 Wilson, Jonathan. After England, more tears fall on Moscow’s plastic pitch (англ.), The Guardian (22 October 2007). Проверено 1 февраля 2012.
  3. 1 2 Кучеренко, О.. Холодная погода — горячая игра, Советский спорт (21 октября 1982). Проверено 6 февраля 2012.
  4. ↑ Долгое эхо (чёрной среды)
  5. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 Дзичковский, Евгений. Трагедия в Лужниках, СБ-Беларусь Сегодня (16 марта 2002). Проверено 10 февраля 2012.
  6. 1 2 3 Riordan, Jim. Moscow’s secret tragedy — hundreds of fans crushed to death (англ.), The Observer (4 May 2008), стр. 4. Проверено 6 февраля 2012.
  7. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 Логунов, Виктор и Медведкин, Константин. Никто не хотел убивать. Лужники: по-прежнему «Черная тайна»?, Московский комсомолец (21 июля 1990), стр. 2. Проверено 6 февраля 2012.
  8. 1 2 Есенин, Константин. Счёт на секунды, Футбол-Хоккей (24 октября 1982). Проверено 6 февраля 2012.
  9. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 Микулик, Сергей и Топоров, Сергей. Черная тайна Лужников, Советский спорт (8 июля 1989), стр. 1, 4. Проверено 6 февраля 2012.
  10. 1 2 3 4 5 6 Зайкин, В.. Эхо трагедии, Известия (31 августа 1989). Проверено 6 февраля 2012.
  11. 1 2 3 4 У кого нет памяти, тот не живет, Советский спорт (23 июля 1989). Проверено 6 февраля 2012.
  12. Просветов, Александр. Жизнь за «Спартак», Спорт-Экспресс (23 октября 2007), стр. 16. Проверено 6 февраля 2012.
  13. ↑ Трагическая дата, Газета.Ru (20 октября 2003). Проверено 2 февраля 2012.
  14. 1 2 3 В день скорби футболисты сыграли вничью, НТВ (20 октября 2010). Проверено 2 февраля 2012.
  15. Редактор. Blues fans Luzhniki tribute (англ.). The Official Site of Chelsea Football Club (19 October 2010). Проверено 12 февраля 2012. Архивировано 2 июня 2012 года.
  16. Collett, Mike. Analysis: Fans, not constructors responsible for Egypt deaths (англ.), Рейтер (1 February 2012). Проверено 18 февраля 2012.
  17. 1 2 3 Микулик, Сергей. Свидетель, которого не хотели заметить, Советский спорт (22 июля 1989). Проверено 6 февраля 2012.
  18. 1 2 3 4 5 Матч памяти — каким ему быть, Советский спорт (21 июля 1989). Проверено 6 февраля 2012.
  19. ↑ 35 лет страшной давке в «Лужниках»
  20. ↑ Мемориал памяти погибших. Проект «Двадцатое число» (2007). Проверено 4 февраля 2012. Архивировано 2 июня 2012 года.
  21. ↑ Официальный список жертв матча «Спартак»-«Хаарлем», Газета.Ru (19 октября 2002). Проверено 8 февраля 2012.
  22. ↑ Победившие смерть. Список серий. Управление продажи лицензионных прав НТВ. Проверено 2 февраля 2012. Архивировано 2 июня 2012 года.
  23. Tol, Iwan. Drama in het Lenin-stadion. — Амстердам: Nieuw Amsterdam, 2007. — 158 p. — ISBN 978-90-468-0286-1.
  24. ↑ Трагедия в «Лужниках» — Московский футбол
  25. ↑ Песня «20 число» — исп. А. Алексин
  26. ↑ На арене «Спартака» установят мемориальную доску в память о трагедии в «Лужниках»

Ссылки

  • Двадцатое число — проект памяти погибших в «Лужниках» 20 октября 1982 года. Содержит список погибших с фотографиями, архив прессы и видеоархив о трагедии.

wikiredia.ru

«Спартак» – «Харлем»: 25 лет назад матч закончился трагедией

10:4020.10.2007

(обновлено: 12:46 07.06.2008)

60800

В тот день «Спартак» играл в матче 1/16 финала розыгрыша кубка УЕФА. Из-за давки, возникшей в одном из выходов со стадиона, погибли болельщики, пришедшие поддержать российскую команду.

25 лет назад, 20 октября 1982 года, на стадионе «Лужники» произошла трагедия в конце футбольного матча между «Спартаком» и голландским «Харлемом».

Сегодня на стадионе пройдет матч в память о болельщиках, погибших в тот день. В Матче памяти встретятся ветераны «Спартака» и «Харлема». В составах команд будут участники игры 1982 года, в том числе спартаковцы Ринат Дасаев, Сергей Родионов, Федор Черенков, Сергей Швецов, голландцы Эдуард Метгуд, Кейт Мейсфилд, Франк ван Леен, Питер Кер и другие.

Из-за давки, возникшей в одном из выходов со стадиона, погибли болельщики, пришедшие поддержать российскую команду.

В тот день «Спартак» играл в матче 1/16 финала розыгрыша кубка УЕФА. На улице было холодно, минус 10 градусов, шел первый осенний снег. Но это не помешало болельщикам прийти на матч. Правда, распродано было всего 10 тысяч билетов.

Администрация «Лужников» решила, что всех болельщиков можно размесить на одной трибуне С. Молодежь собрали в отдельные секторы и оцепили их двойным милицейским кольцом.

До самой последней минуты матча ворота голландского клуба были взяты всего один раз. Болельщики перестали надеяться на удачу и потянулись к выходу. Как только первые зрители поднялись с мест, сотрудники милиции начали их очень активно поторапливать. Люди шли вниз, толкаясь и скользя по обледеневшим ступенькам.

Трагедия случилась на последней минуте матча. За двадцать секунд до финального свистка Сергей Швецов забивает второй мяч в ворота гостей. Уже позже у футболиста как-то вырвалось: » Эх, лучше бы я не забивал тот гол…»

Трибуны начали ликовать. Те, кто был на нижних ступеньках, захотели узнать, что произошло на поле, и повернули назад. И здесь восторг болельщиков сменился ужасом. Выход со стадиона был открыт только один, и милиция заталкивала в тоннель все больше и больше людей.

Тем, кто пытался остановиться, торопливо говорили: «Все, кончилось уже. Забили — радуйтесь на улице». А тем, кто и после этого не слишком спешил в давку, помогали, подталкивая в спину.

В результате, два неуправляемых потока встретились на узкой лестнице. Тех, кто спотыкался и падал, тут же затаптывала толпа.

Не выдерживали нагрузки и бетонные перила, из-за чего люди с большой высоты падали на голый бетон.

В машины «скорой помощи» штабелями укладывали по несколько человек, доставляли их в больницы и возвращались обратно, за новыми пострадавшими.

По официальной версии следствия, в тот день погибло 66 человек. По неофициальной же информации, которая долгие годы не раскрывалась, в тот день лишились жизни около 340 человек.

Главным виновником свершившегося суд назвал коменданта Большой спортивной арены Панчихина, проработавшего до этого дня в этой должности два с половиной месяца, и определил ему меру наказания в полтора года исправительных работ.

Дела руководителей стадиона — Лыжина, Кокрышева, Корягина — были выведены в отдельное судопроизводство, но обвинительным приговором они не закончились.

Вопрос о том, почему обеспечение безопасности выхода тысяч людей со стадиона было доверено столь неопытному работнику, остался на суде без ответа.

Материал подготовлен интернет-редакцией www.rian.ru на основе информации РИА Новости и открытых источников

ria.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.