20 октября 1982 года на стадионе – Черная тайна Лужников (20 октября 1982 год)20 октября 1982 года случилась трагедия, которая унесжизни множество болельщиков. После игры Спартак Хаарлем началась давка в резльтате которой погибли

Новости

Трагедия на футбольном матче «Спартак» ‑ «Харлем» (1982)

30 лет назад, 20 октября 1982 года, на стадионе «Лужники» (в то время ‑ Центральный стадион имени В. И. Ленина) произошла трагедия в конце футбольного матча 1/16 финала розыгрыша Кубка УЕФА между клубами «Спартак» Москва (СССР) и «Харлем» (Нидерланды). Из‑за давки, возникшей в одном из выходов со стадиона, погибли 66 болельщиков, пришедших поддержать российскую команду, пострадал 61 человек.

Накануне матча в Москве выпал первый снег. А сам день игры выдался морозным для середины октября (‑10°С).

Из 82 тысяч билетов было продано лишь около 16,5 тысяч.

Стадион еще не был оборудован крышей над трибунами, и к началу игры успели очистить от снега и открыть для болельщиков только две трибуны: «А» (западную) и «С» (восточную). Обе трибуны вмещали по 23 тысячи зрителей.

Во время матча на трибуне «А» находилось лишь около четырех тысяч зрителей, большинство болельщиков (около 12 тысяч) предпочло трибуну «С», которая расположена ближе к метро. Большинство болельщиков пришло поддержать «Спартак», голландских фанатов было всего около сотни.

До самой последней минуты матча счет был 1:0 в пользу «Спартака», и многие замерзшие зрители потянулись к выходу. По одним данным, милиция направляла людей вниз по ступеням, по другим ‑ был открыт только один выход с трибуны.

Трагедия случилась на последней минуте матча. За двадцать секунд до финального свистка Сергей Швецов забил второй мяч в ворота гостей. Услышав радостный рев фанатов «Спартака», успевшие покинуть трибуны зрители повернули назад и столкнулись с потоком людей, идущих вниз. В узком пространстве, на обледеневших ступенях, возникла давка. Тех, кто спотыкался и падал, тут же затаптывала толпа. Не выдерживали нагрузки и металлические перила, из‑за чего люди с большой высоты падали на голый бетон.

По официальной версии следствия, в результате трагедии погибли 66 человек. По неофициальной же информации, которая долгие годы не раскрывалась, в тот день лишились жизни около 340 человек.

Советские власти пытались скрыть информацию о трагедии. На следующий день единственное сообщение появилось в газете «Вечерняя Москва» ‑ небольшая заметка на последней полосе: «20 октября после футбольного матча на Большой спортивной арене Центрального стадиона имени В.И.Ленина при выходе зрителей в результате нарушения порядка движения людей произошел несчастный случай. Имеются пострадавшие. Проводится расследование обстоятельств происшедшего».

Правду о том, что случилось на матче, власти сообщили лишь в 1989 году.

В ходе расследования трагедии было установлено, что во время давки на лестнице находились только болельщики ‑ среди погибших сотрудников милиции не было.

Как показала судебно‑медицинская экспертиза, все 66 человек скончались от компрессионной асфиксии в результате сдавления грудной клетки и живота. В больнице или в каретах «скорой помощи» ни один из пострадавших не умер. 61 человек получил ранения и увечья, в том числе 21 ‑ тяжелые.

Официально главными виновниками трагедии были названы директор стадиона Виктор Кокрышев, его заместитель Лыжин и комендант стадиона Юрий Панчихин, проработавший в этой должности два с половиной месяца. В отношении этих лиц было возбуждено уголовное дело по статье 172 УК РСФСР (халатное исполнение служебных полномочий). Суд приговорил каждого из них к трем годам заключения. Однако в это время вышла амнистия в связи с 60‑летием образования СССР, под которую попали Кокрышев и Лыжин. Панчихину срок заключения был сокращен наполовину. Он был отправлен на принудительные работы.

К уголовной ответственности был также привлечен командир подразделения милиции, обеспечивавшего охрану общественного порядка на трибуне «С», майор Семен Корягин. Но в связи с ранением, полученным в давке на стадионе, дело против него было выделено в отдельное производство, и позже он попал под амнистию.

В 1992 году на территории спорткомплекса «Лужники» был установлен памятник «Погибшим на стадионах мира» (архитектор ‑ Георгий Луначарский, скульптор ‑ Михаил Сковородин). Табличка у мемориала гласит: «Этот памятник установлен детям, погибшим 20 октября 1982 года после футбольного матча между московским «Спартаком» и «Харлемом» из Голландии. Помните о них».

20 октября 2007 года на стадионе «Лужники» состоялся матч памяти, приуроченный к 25‑й годовщине трагедии. В матче встретились ветераны «Спартака» и «Харлема», в том числе участники игры 1982 года: Ринат Дасаев, Сергей Родионов, Федор Черенков, Сергей Швецов, голландцы Эдуард Метгуд, Кейт Мейсфилд, Франк ван Леен, Питер Кер и другие.

Материал подготовлен на основе информации РИА Новости и открытых источников

ria.ru

«Это была самая настоящая мясорубка». Детали трагедии в Лужниках | Футбол | Спорт

В самой концовке матча 1/16 розыгрыша Кубка УЕФА между «Спартаком» и голландским «Хаарлемом» на трибунах возникла давка, в которой, по официальным данным, погибли 66 человек. По неофициальным данным, сбором которых занимались в основном родственники погибших, — значительно больше 300.

21 октября 2017 года в матче 14 тура чемпионата РФПЛ «Спартак» принимает «Амкар». В память о страшной трагедии, случившейся 35 лет назад, на стадионе «Открытие Арена» будет установлена мемориальная доска, а встреча начнется с минуты молчания…

Как это было?

20 октября 1982 года в Москве было не просто холодно, а очень холодно. Для середины осени — экстремально холодно. Еще накануне город накрыло снегом, к вечеру температура упала ниже «минус 10». Многим стало как-то не до футбола. Матч, который в хороший день мог собрать аншлаг (плей-офф европейского клубного турнира как-никак!), утратил изначальную привлекательность, и трибуны 82-тысячной «Лужи» в итоге не заполнились даже на четверть. Что в итоге, как ни кощунственно это звучит, сказалось на масштабах трагедии.

«Спартак» в этой паре считался, конечно же, фаворитом, и уже в самом начале матча подтвердил свой статус: на 16 минуте Эдгар Гесс открыл счет. Казалось, так оно дальше и покатит, только успевай следить за табло, но не тут-то было. Матч неожиданно принял тягучий характер, и болельщикам, чтобы согреться, пришлось развлекать себя зимними забавами. Снежки летали по всему периметру, доставалось и милиции, которая реагировала на «агрессию» крайне отрицательно…

Сил и терпения дождаться финального свистка хватило далеко не у всех. Ближе к концу матча окоченевшие фанаты двинулись на выход, создав плотный поток у так называемой «первой» лестницы трибуны С, почему-то единственной, оставленной для прохода. По одной из версий, из-за халатности работников стадиона. По другой — из-за мести со стороны работников милиции за снежные обстрелы во время матча.

Как бы то ни было, в этой искусственно созданной «трубе» постепенно возникла глухая давка: слишком много желающих побыстрее нырнуть в метро и слишком узкий коридор, не оставляющий никакой возможности для маневра.

И надо же такому случиться, что за 20 секунд до окончания матча форварду «Спартака» Сергею Швецову удался еще один точный удар — 2:0! Реакция толпы была сколь предсказуемой, столь же и неожиданной: плотная людская масса, двигавшаяся в одном направлении, вдруг встала и качнулась назад. Передние ряды тормознули, задние по инерции продолжали движение…

— Когда я увидел странно, неестественно как-то запрокинутое лицо парня со струйкой крови из носа и понял, что он без сознания, мне стало страшно, — вспоминал позже один из очевидцев трагедии. — Самые слабые погибали уже здесь, в коридоре. Их обмякшие тела продолжали двигаться к выходу вместе с живыми. Но на лестнице произошло самое страшное. Кто-то споткнулся и упал. Те, кто остановился, пытаясь помочь, были немедленно смяты потоком, повалены и растоптаны. О них продолжали спотыкаться другие, гора тел росла. Лестничные перила не выдержали.

Это была самая настоящая мясорубка. Жуткая, нереальная картина…

Совершенно секретно

В наше время, когда у каждого болельщика в кармане собственное СМИ, и подумать нельзя, что информацию о страшной лужниковской трагедии власти максимально засекретили. 21 октября «Вечерняя Москва» опубликовала мелким шрифтом такую вот информацию: «Вчера в „Лужниках“ после окончания футбольного матча произошел несчастный случай. Среди болельщиков имеются пострадавшие». И долгое время она была единственным упоминанием о «лужниковской» трагедии в советской прессе.

О том, что случилось в Москве 20 октября 1982 года, страна узнала только через 7 лет, когда расследованием занялись журналисты «Советского спорта». Да и им очень быстро, буквально после первой же публикации, закрыли рот.

Кто виноват?

С работниками стадиона и очевидцами проводили «работу» спецслужбы, официальных лиц тщательно инструктировали, расследование максимально засекретили. Оттого и непонятно до сих пор, как, почему и по чьей вине стала возможной ужасная трагедия.

— Я был в числе милиционеров, обеспечивавших общественный порядок в тот трагический вечер, — вспоминает полковник милиции Вячеслав Бондарев. — Многие по прошествии времени обвинили в трагедии милиционеров, но, на мой взгляд, именно администрация Большой спортивной арены виновна в происшедшем. Так получилось, что основная масса зрителей скопилась на Восточной и Западной трибунах, каждая из которых вмещала в те времена порядка 22 тысяч. Северная и Южная трибуны оказались вообще незаполненными. Когда игра подходила к своему завершению, народ постепенно стал покидать свои места и направляться к выходу. И вдруг «Спартак» забивает второй гол. Началось всеобщее ликование, и болельщики, собравшиеся было домой, двинулись в противоположном направлении. Неразбериха, давка. Вот тут бы пустить людей на Южную трибуну, да еще бы открыть там выходы… Тогда бы людской поток проходил через выходы с четырех трибун. Увы, этого не было сделано.

Дальше все происходило как в страшном сне. Я видел, как прибыли машины скорой помощи, как началась эвакуация пострадавших. Крови не было. Люди получили так называемые немеханические повреждения. В безумном потоке некоторые болельщики падали на землю, на них сразу обрушивались другие. Те, кто оказывался в самом низу образовавшейся груды тел, по всей видимости, погибали от давки, некоторые попросту задыхались. Лестницы, ведущие к выходу, были покрыты льдом и снегом, работники стадиона даже не удосужились посыпать их песком. Люди скользили и падали, в лучшем случае получали травмы…

— Это все ментовские байки, — парирует знаменитый «Профессор» — Амир Хуслютдинов, один из самых уважаемых спартаковских болельщиков, оказавшийся в эпицентре событий 35-летней давности. — Сколько раз так было. Люди выходят с трибуны, и тут «Спартак» забивает гол. Все кричат, радуются, но продолжают движение. Никто никогда не возвращался. Эта версия была придумана милицией, чтобы никто не смог увидеть в случившемся их вины. Мол, два потока столкнулись, и они ничего не смогли с этим сделать.

У меня был билет на трибуну B, но, так как соперник был не очень значимый, да и людей на матч пришло немного, тысячу зрителей разместили на трибуне А, остальных отправили на трибуну С. Остальные — это 14 тысяч 200 человек. Две маршевые лестницы с верхних секторов вели на один так называемый общий балкончик. И из четырех выходов с него был открыт только один. Сыграли свою роль и снежки. Люди, которые должны были следить за порядком на стадионе и соблюдать закон, здорово разозлились на нас из-за этого снежного обстрела. Были свидетельства, что болельщиков подталкивали к выходу. Плотным потоком болельщики двигались к воротам, напирая друг на друга. Один резкий толчок, другой, и вот уже кто-то, кто послабее, упал, о него споткнулся сзади идущий и тоже оказался под ногами… Но люди продолжали движение, затаптывая слабых. Инстинкт самосохранения — это такая штука, которая порой напрочь отключает совесть и сострадание. Люди, со всех сторон окруженные толпой, задыхались, теряли сознание, падали… Нарастала паника, никто не смог взять ситуацию под контроль.

На том самом балкончике, где соединялись два потока, были перила. Хорошо сваренные перила. Однако они не смогли выдержать давления большого количества людей. Те, кто упал с балкона, отделались переломами. Те, кто остался наверху, оказались под завалом…

Нашли крайнего

Расследование трагедии вела следственная бригада Московской прокуратуры, и по чисто внешним признакам — допросы 150 свидетелей, более 10 томов дела — к следствию вопросов вроде бы нет. Но понятно, что объективное расследование лужниковской трагедии в условиях того времени было совершенно невозможно. Виновных просто назначали.

Меч «правосудия» обрушился в итоге на коменданта Большой спортивной арены Панчихина, который к организации матча отношения, в сущности, не имел, да и вообще работал в этой должности пару месяцев. Известно, что Панчихину выписали 3 года исправительных работ, из которых он отработал полтора. Директор БСА Кокрышев, осужденный на те же 3 года, попал под амнистию. А о других наказаниях, даже если он и были, история умалчивает. 

— Власти боялись не нас, а выступления спартаковских болельщиков, — вспоминала в интервью «Спорт-Экспрессу» Раиса Викторова, мама погибшего в «Лужниках» 17-летнего Олега. — Меня на суд вообще не пускали, поскольку повестку прислали только на имя мужа. Я скандал закатила. Мне все равно в тот момент было. Времени еще мало прошло, и мы готовы были всю милицию растерзать. Дело состояло из 12 томов. Тем не менее суду хватило одного дня. Пришли к выводу, что произошел просто несчастный случай, и наказали одного коменданта. Много лет спустя следователь по фамилии Шпеер, который занимался нашим делом, тяжело заболел. Его замучила совесть, и он хотел извиниться перед нами, родителями, за то, что пошел на поводу у властей, да не успел. А мы с первого дня знали, что виновата милиция. Когда через год пришли к месту гибели наших ребят, чтобы почтить их память, кругом стояли кагэбэшники с непроницаемыми лицами в черных пиджаках и галстуках. Нам даже цветы не позволили возложить. Мы кидали их через заграждение. Всяческие препятствия чинили почти десять лет. К десятой годовщине в Лужниках был воздвигнут мемориал, и я низко кланяюсь людям, которые обратили на нас внимание…

А теперь о футболе

В ответном матче «Спартак» обыграл голландцев не менее уверенно — 3:1 — и пробился в 1/8 финала, где не справился с испанской «Валенсией» (0:0 и 0:2).

Да только кому это сейчас интересно?

www.aif.ru

Трагедия в Лужниках 20 октября 1982 года.

Трагедия в Лужниках 20 октября 1982 года — массовая давка с человеческими жертвами, произошедшая на Большой спортивной арене (БСА) Центрального стадиона им. В. И. Ленина (сейчас — стадион «Лужники») в Москве в конце первого матча 1/16 розыгрыша Кубка УЕФА между футбольными клубами «Спартак» Москва (СССР) и «Хаарлем» (Нидерланды).
В давке погибли 66 болельщиков «Спартака», многие из которых были ещё подростками. Эта давка стала самым трагическим случаем в истории советского и российского спорта.
Информация о количестве жертв этой трагедии появилась в советской печати лишь семь лет спустя, в 1989 году.
Накануне матча в Москве выпал первый снег. А сам день игры, среда, 20 октября 1982 года, выдался на редкость морозным (-10°С) для середины октября. Поэтому из 82,000 билетов на матч удалось распродать лишь около 16,500 (по некоторым данным −16 643 билета). В 1982 году стадион ещё не был оборудован крышей над трибунами. К началу игры, успели очистить от снега и открыть для болельщиков только две трибуны: «С» (восточную) и «А» (западную). Обе трибуны вмещали по 23,000 зрителей, что было значительно больше, чем количество проданных билетов. Во время матча на трибуне «А» находилось лишь около 4 тысяч зрителей, большинство болельщиков (около 12 тысяч) предпочло трибуну «С», которая расположена ближе к метро. Подавляющее большинство болельщиков пришло поддержать «Спартак», голландских болельщиков было всего около сотни. От каждой трибуны к выходам со стадиона вели по две лестницы, находящиеся в разных концах подтрибунного коридора.
Матч начался в 19:00. Уже на 16-й минуте игры Эдгар Гесс забил со штрафного первый гол в ворота «Хаарлема». Ближе к концу матча, не ожидая больше голов, значительная часть (к тому времени довольно замёрзших) болельщиков стала покидать свои места на трибунах и направилась к выходам. Большинство болельщиков трибуны «С» двинулось к лестнице № 1, которая находилась ближе к метро. Всего за 20 секунд до финального свистка Сергей Швецов забил в ворота «Хаарлема» второй гол. Приблизительно в это же время на Лестнице № 1 трибуны «С» в подтрибунном пространстве стадиона началась давка, которая привела к гибели 66 болельщиков.
Пострадавших в давке увезли на машинах «Скорой помощи» в приёмный покой Института скорой помощи им. Склифосовского. На следующий день секретарь ЦК КПСС Ю. В. Андропов побывал в институте, где встретился с некоторыми врачами и родственниками пострадавших. Тела погибших сначала были перенесены к памятнику Ленину у стадиона, а затем были развезены по московским моргам и, после проведения судебно-медицинской экспертизы и опознания, возвращены родственникам для захоронения.
Единственное сообщение о трагедии было напечатано на следующий день на последней полосе газеты «Вечерняя Москва» под заголовком «Происшествие»:
«20 октября 1982 г. после футбольного матча на Большой спортивной арене Центрального стадиона имени В. И. Ленина при выходе зрителей в результате нарушения порядка движения людей произошел несчастный случай. Имеются пострадавшие. Проводится расследование обстоятельств происшедшего»
Газета «Советский спорт» и еженедельник «Футбол-Хоккей» после трагедии опубликовали (21 и 24 октября) подробные статьи об этом матче (под названиями «Холодная погода — горячая игра» и «Счёт на секунды»), однако умолчали в них о каком-либо несчастье, произошедшем с болельщиками.
Футболисты «Спартака» узнали о трагедии от начальника своей команды, Николая Старостина, на следующий день после матча. Согласно некоторым воспоминаниям, радиостанция «Голос Америки», возможно, уже вечером 20 октября сообщила о произошедшем. Однако футболисты «Хаарлема» утверждают, что они впервые узнали о том, что случилось, лишь через семь лет после трагедии.
После расследования трагедии следователями Московской городской прокуратуры дело было передано в суд. Все представители потерпевших были ознакомлены с материалами дела. На открытом заседании Московского городского суда 8 февраля 1983 года под председательством судьи В. А. Никитина уголовное дело было заслушано. Суд продолжался всего полтора дня.
К уголовной ответственности были привлечены директор Большой спортивной арены стадиона им. Ленина В. А. Кокрышев и главный комендант Ю. Л. Панчихин. 26 ноября им было предъявлено обвинительное заключение и на оставшееся время расследования они были заключены под стражу в Бутырскую тюрьму. Юрий Панчихин был назначен комендантом БСА всего лишь за два с половиной месяца до трагедии. Виктор Кокрышев уже через два дня после трагедии был исключён из рядов членов КПСС. Кокрышев и Панчихин оба были приговорены судом к 3 годам лишения свободы, что являлось максимальным наказанием по статье 172 УК РСФСР об ответственности за халатное исполнение своих служебных обязанностей. Однако в это время вышла амнистия в связи с 60-летием образования СССР. Кокрышев попал под амнистию, как лицо, имеющее правительственные награды, и был освобождён от наказания. Панчихину, в связи с амнистией, срок заключения был сокращен наполовину. Он был отправлен на принудительные работы в Подмосковье, а затем — в Калинин.
Также привлечению к уголовной ответственности подлежали заместитель директора БСА К. В. Лыжин и командир подразделения милиции, обеспечивавшего охрану общественного порядка на трибуне «С», майор С. М. Корягин. Но в связи с болезнью обоих (первый, ветеран ВОВ, лег в больницу с инфарктом; а второй был тяжело ранен — толпа швырнула его на бетон, когда он попытался остановить завал) материалы в отношении их были выделены в отдельное производство. Позже оба также попали под амнистию как лица, имеющие правительственные награды.
Суд проходил во Дворце культуры строителей в Кунцевском районе, возле станции метро «Молодежная». По окончании суда материалы уголовного дела поступили на хранение в архив Московского горсуда.
Хотя суд над виновниками произошедшего был открытым, однако, в прессе о нём не сообщалось. Первая публикация об обстоятельствах и жертвах этой трагедии появилась в прессе лишь шесть лет спустя, 8 июля 1989 года — с наступлением эпохи гласности.
В современной западной прессе трагедию в Лужниках нередко сравнивают с трагедией на стадионе «Айброкc» в Глазго (Великобритания), произошедшей 2 января 1971 г., из-за удивительной схожести в некоторых обстоятельствах этих катастроф. В обоих случаях трагедия произошла уже на последних минутах матча, когда сотни зрителей начали спускаться по лестнице и при этом один из них споткнулся и упал, вызвав цепную реакцию падений и последовавшую за ней давку. Также в обоих случаях в давке погибло одинаковое количество болельщиков — 66. И, наконец, оба несчастных случая совпали по времени с неожиданным голом, забитым на последних секундах матча.
Как установило следствие, для болельщиков были открыты две из четырёх трибун БСА: «С» и «А», вмещающие по 23 000 зрителей. Однако большинство болельщиков «Спартака» предпочло трибуну «С», так как она находилась ближе к станции метро. Поэтому на трибуне «А» во время матча находилось лишь 3-4 тысячи из приблизительно 16 тысяч зрителей на стадионе. Учитывая небольшое количество проданных билетов, а также необходимость в малые сроки перед матчем очистить трибуны от снега, и избыточное количество мест для болельщиков на двух открытых трибунах, решение администрации об использовании двух трибун из четырёх было признано следствием оправданным.
Обстановка на трибунах, по показаниям свидетелей, допрошенных следствием, была довольно напряженной: трибуны не успели полностью очистить и на многих местах ещё оставался снег и лёд, а многие болельщики, пытаясь согреться, приняли значительное количество спиртного. Милиционеров начали массово закидывать снежками и кусками льда, стремясь попасть им по голове, чтобы сбить фуражки. Иногда в милиционеров летели и бутылки. 150 хулиганов за время матча доставили в комнаты милиции, но это лишь раззадоривало других фанатов.
За несколько минут до окончания матча многие болельщики потянулись к выходу. Материалами дела было подтверждено, что были открыты все выходы с обеих работающих трибун, о чём годы спустя писали в газеты и сами болельщики. Но основная масса зрителей с трибуны «С» двинулась по Лестнице № 1. Так как люди замерзли, и многие были легко одеты, то все хотели побыстрее попасть в метро; по этой лестнице вниз двигался поток плотно прижатых друг к другу людей.
По показаниям очевидцев, на последних ступеньках лестницы упала девушка. Передние остановились и попытались помочь ей подняться, но народ сзади напирал и те, кто попытался помочь, были сразу смяты потоком, повалены и затоптаны. О них продолжали спотыкаться другие, и гора тел росла.
Когда произошел завал, давление толпы стало настолько большим, что металлические перила лестницы выгнулись под давлением человеческих тел и люди начали падать вниз на бетонный пол. Некоторых людей это спасло от гибели, а некоторые были раздавлены под грудой падающих тел.
По данным следствия, гол Швецова не усугубил положение, а, возможно, даже облегчил его, так как некоторые из зрителей — кто только выходил из многочисленных «люков» верхнего этажа стадиона на галерею к лестнице — кинулись назад и, тем самым, ослабили напор на уже идущих по лестничному маршу. Внизу, в спрессованной массе людей, при давке, развернуться и, тем более, создать встречный поток, было абсолютно невозможно.
Следствие установило, что во время давки на лестнице находились только болельщики, милиционеров не было, о чём свидетельствовал и тот факт, что среди погибших не было сотрудников милиции. Также было установлено, что лестница, где произошел завал, находилась под навесом и была совершенно сухой. Наледь и снег были на трибунах, но не на лестнице, где произошла трагедия. Каких-либо фактов того, что кто-то из сотрудников БСА или милиции подгонял болельщиков к выходу, также выявлено не было. Наоборот, следствие отметило, что решение администрации продолжить видеотрансляцию на стадионном табло, показав, после финального свистка, уход команд с поля и небольшой мультфильм, смогло удержать на трибунах часть болельщиков, что подтвердили и сами выжившие.
После проведения тщательного расследования (было допрошено 150 свидетелей, материалы уголовного дела занимают 10 томов) Московская прокуратура передала дело для рассмотрения в суд.
Согласно некоторым публикациям, следователь А. Л. Шпеер, в беседах с защитниками обвиняемых, признавал, что следствие не обнаружило каких-либо веских причин для предъявления обвинения их подзащитным, однако вынуждено было сделать это для того, чтобы «успокоить общественное мнение». По этой же причине, согласно этим публикациям, и для предотвращения возможности самосуда со стороны фанатов «Спартака», В. А. Кокрышев и Ю. Л. Панчихин на время расследования были заключены под стражу.

Мемориалы и память
22 октября 1992 года, к десятилетию со дня трагедии, у западных трибун Лужников был установлен памятник «Погибшим на стадионах мира».
20 марта 2007 года телекомпанией НТВ был показан документальный фильм «Роковой гол» из цикла «Победившие смерть», рассказывающий о трагедии в Лужниках.
20 октября 2007 года, в день двадцатипятилетия трагедии, в Лужниках состоялся матч памяти погибших между ветеранами московского «Спартака» и голландского «Хаарлема».
В октябре 2007 года в Голландии была опубликована единственная книга об этой трагедии — «Drama in het Lenin-stadion».
К двадцатипятилетию трагедии Андрей Алексин, Сергей Фисун и Антон Хабибулин записали песню под названием «Двадцатое число».
В 2008 году телеканал ESPN Classic показал в Европе документальный фильм «Русская ночь, скрытая футбольная трагедия» (Russian Night, the hidden football disaster).

d-pankratov.ru

Тридцать лет трагедии на матче в «Лужниках»: никто не был виноват

Ровно 30 лет назад на матче Кубка УЕФА между московским «Спартаком» и голландским «Харлемом» на стадионе «Лужники» незадолго до окончания игры возникла давка, в которой, только по официальным данным, погибли 66 и пострадали сотни человек.

МОСКВА, 20 окт — РИА Новости, Антон Рассказов. Ровно 30 лет назад на матче Кубка УЕФА между московским «Спартаком» и голландским «Харлемом» на стадионе «Лужники» незадолго до окончания игры возникла давка, в которой, только по официальным данным, погибли 66 и пострадали сотни человек.

Согласно неофициальным источникам, количество погибших событий 20 октября 1982 года достигло 340 человек.

Об этой трагедии молчали почти семь лет. Лишь в 1989 появилась первая статья, в которой появилось описание событий в «Лужниках» и воспоминания участников событий. Десять лет спустя после трагедии, в 1992 году, в «Лужниках» был установлен памятник «Погибшим на стадионах мира», у которого каждый год проходят встречи участников событий, родственников погибших и болельщиков клуба. В 2007 году прошла игра ветеранов «Спартака» и «Харлема».

Обьчный матч

Участники событий Светлана и Олег рассказали агентству «Р-Спорт», что ничего в тот день не предвещало трагедии, все шло своим обычным чередом.

«Одни собирались на станции Кунцевская, подходили ребята с Кутузовского, одинцовские. Другие были на варшавском направлении, с Бирюлево ребята. Ездили на электричках до метро, а там уже пересаживались. Компания могла быть от пятидесяти до трехсот человек. Просто все жили в одном районе, встречались, ездили вместе», — рассказала Светлана.

 

Точное количество зрителей назвать участники событий затруднились. Но было их не меньше десяти тысяч.

«В тот день была очень холодная для такого времени года погода, выпал снег. Посадили нас на трибуну С, билеты у нас были на В. Была еще открыта трибуна А, но проще всем было сесть на С — метро-то ближе. На других трибунах лежал снег. Наверное, не захотели очищать другие трибуны, вот всех посадили на С, хотя некоторые сидели и на А. На трибунах — снег и ледышки. Милиционеры тогда выводили: увидели розу (клубный шарф), похлопал в ладошки, покричал — под руки и в участок. Мы их закидывали снежками и ледышками», — поделился Олег.

Лавина из людей

По их словам, оставалось не так много времени до окончания матча, когда часть зрителей потянулась на выход.

«Выходим в коридор. Льда там не было. Идем. Начинает тебя сдавливать. А мы тогда иногда забавлялись, когда так было: поджимали ноги, и толпа тебя несет. А тут — где мои ноги? Они уже уехал за спину. Тогда было уже не смешно. Начали орать: «Назад! Назад! Назад!». А масса людей начала буквально течь вниз по лестнице, как принцип домино. Орать невозможно, очень сильно сдавило грудную клетку, нечем было дышать. Видел только решетку и небольшой проход с двумя ментами-юнцами. Сколько времени прошло, не помню, 30, 20, 10 минут», — вспоминает Олег.

«Только кругом смотришь, — продолжает он. — Справа от меня у парня рука попала в решетку. Рука у него сломалась, а он потерял сознание. Я лежу — подо мной несколько рядов людей. И надо мной несколько. Кто-то впереди уже пробегает. Я ему кричу: «Тащи!». Он меня оттуда буквально выкрутил. Мне повезло».

По словам Светланы, милиционеров в тот день было немного, по краям узкого выхода стояли двое. Гол спартаковца Сергея Швецова на 90-й минуте игры, после которого счет стал 2:0 в пользу «Спартака», никак не повлиял на развитие событий.

«Гол Швецова был ни при чем. Это миф. Я читал потом, Швецов говорит, лучше бы он не забивал тот гол. Но это все ерунда. Когда он забивал, я уже был в толпе падающих», — рассказал Олег.

Под давлением толпы перила с одной стороны лестницы рухнули, что, по словам очевидцев, спасло многим жизнь. «Потом сами начали вытаскивать. Тела, дипломаты, шарфы. Все смешалось. Просто вытаскиваешь что-то», — добавляет Олег.

«Когда шел обратно домой, ни о чем не думал. В метро встретил друга — сидит на лавке. Когда приехал, главная мысль была, как бы не узнали родители. Узнали они только лет через двадцать», — признался он.

По словам Олега, в последующие дни участники событий старались не обсуждать произошедшее. «Но по университетам ходили менты, искали участников событий. Мы писали: что, когда, какие травмы получил», — уточняет Светлана.

Случившееся в тот день, считает Олег, может произойти когда и где угодно. «В толпе нет разума. Ничего нет тупее, когда люди сами себя задавили. Ты виноват и нет одновременно. Просто так случилось», — полагает он.

Как вспоминают футболисты «Спартака» Сергей Шавло и Юрий Гаврилов, принимавшие участие в матче с «Харлемом», о произошедшем спортсмены узнали на следующий день.

«После игры мы помылись и, когда выезжали уже на автобусе со стадиона, видели, что в район «Лужников» одна за другой летят «Скорые помощи». Мы тогда и подумать не могли, что случилось. А потом на следующий день нам сказали, что такое случилось», — рассказал Сергей Шавло.
Информация о трагедии скрывалась, но спартаковцы все-равно были в курсе произошедшего и обсуждали между собой случившееся.

«Я уже не помню, кто сказал, но информация была, что погибли болельщики. В советское время информация, связанная с жертвами, особо не распространялась. Поэтому, конечно, информация была закрытая, но мы-то знали, потому что это были наши болельщики. Между собой об этом разговаривали. Болельщики приходили к нам, в том числе и на базу. В частных беседах обсуждали случившееся. У многих погибли и друзья, и знакомые. Сейчас встречаю до сих пор матерей, которые похоронили своих детей», — рассказал Шавло.

Памятник жертвам на футбольных стадионах, по мнению Шавло, служит напоминанием всем болельщикам. «Будьте толерантнее и поспокойнее в болении. Не дай бог, чтобы такое еще раз повторилось!» — сказал он, добавив, что в 2007 году «Спартак» сыграл с «Харлемом» в память о 25-летий этой даты и «все сборы от этой игры пожертвовали семьям погибших».

По словам Гаврилова, футболисты «Спартака», участвовавшие в том матче, узнали о трагедии на следующий день.

«Мы сначала и не поняли, что произошло. Мы видели, когда со стадиона уезжал наш автобус, что идут «скорые»… А что случилось, не знали. А на следующий день уже руководство — Николай Петрович Старостин, Константин Иванович (Бесков), другие руководители стали рассказывать нам, что случилось», — рассказал он.

«Но те, кто знал больше, чем мы, они постепенно рассказывали нам, — поясняет Гаврилов. — В основном информация шла от самих болельщиков. Мы уже потом, по прошествии долгого времени, вспоминали эту игру, трагедию. Даже, как я помню, где-то на Украине мы играли, то ли в Днепропетровске, то ли в Харькове, ребята-болельщики приезжали, рассказывали… Стали вспоминать — кто-то из их товарищей погиб. Такая, рассказывали, жуткая была картина. Один из болельщиков нам рассказывал, что сам чудом не погиб. Сказал: «Я освободился, вылез из-под кучи людей, и такое жуткое чувство было: задыхался, кислороду не хватало. Такие рассказы мы не раз от болельщиков слышали».

Крупное объединение болельщиков «красно-белых» «Фратрия» планирует 20 октября возложить цветы к памятнику в «Лужниках», встречу с участниками тех событий, родителями погибших и футболистами, принимавшими участие в том матче. Также «Фратрия» намеревается в пятый раз провести футбольный турнир с участием болельщиков — сперва 20 октября на стадионе имени Нетто, а затем, финальный — 28 октября на стадионах академии имени Черенкова. «Лужники», на полях которых первоначально планировалось провести турнир, ответил на просьбу организаторов отказом.

ria.ru

Памятник погибшим 20 октября 1982 года в Лужниках

Памятник погибшим 20 октября 1982 года в Лужниках — памятник в Москве на территории спорткомплекса «Лужники».

Памятник погибшим 20 октября 1982 года в Лужниках

Находится недалеко от трибуны «В», официальное название — «Погибшим на стадионах мира». Воздвигнут к десятилетию со дня трагедии в Лужниках[1]. Быстрее поставить памятник было невозможно: мешали советская политика замалчивания трагических событий и противодействие чиновников. Авторы — архитектор Георгий Луначарский и скульптор Михаил Сковородин. Инициатор создания памятника — клуб болельщиков «Спартака». Решение о создании памятника было утверждено мэром Ю. М. Лужковым.

Изготовлен Калужским скульптурным заводом на пожертвования болельщиков «Спартака», небольшую помощь оказали «Мосхлебпродукт» и «Мослес». Привезен на двух автомобилях «КАМАЗ». Установкой занимались два специалиста и несколько спартаковских болельщиков двенадцать часов (с шести утра до шести вечера) в день матча кубка кубков 22 октября 1992 года «Спартак» — «Ливерпуль»[2].

Доминанта памятника — лицо скорбящей женщины-матери на фоне трибун стадиона в их трагическом изломе и лестниц, где произошла трагедия, вид сверху. Фрагментами фона являются место и дата трагедии, имена погибших. Для придания международного значения памятнику надпись «Погибшим на стадионах мира» сделана на четырёх языках, на внешней поверхности приводятся названия городов мира, на стадионах которых погибли болельщики — Брюссель, Глазго, Афины и др[3].

Памятник на шесть метров уходит под землю и стоит очень прочно[источник не указан 467 дней].

Примечания

dic.academic.ru

Трагедия в «Лужниках» 20 октября 1982 года

20 октября 1982 года в результате трагедии на московском стадионе им. Ленина (ныне –«Лужники») на матче «Спартака» и голландского «Харлема» в рамках Кубка УЕФА погибли 66 болельщиков. Данные о количестве жертв были опубликованы только в 1989 году.

На матч было продано более 16 тысяч билетов. Он вызвал небольшой интерес из-за тяжелых погодных условий – в столице выпал первый снег и подморозило до -10 градусов. От снега до начала матча очистили две трибуны на 23 тысячи человек. В итоге на ближней к метро трибуне оказалось 12 тысяч болельщиков, а на противоположной всего 4 тысячи.

Счет в игре открыл спартаковец Эдгар Гесс уже 16-й минуте. Ближе к концу матча болельщики стали покидать стадион, не дожидаясь финального свистка. Однако за 20 секунд до окончания игры второй гол в ворота голландцев забил Сергей Швецов. В этом время на лестнице ближней к метро трибуне С началась давка, которая усугубилась тем, что люди падали на льду. Пострадавших доставили в Институт им. Склифосовского, а тела погибших перенесли к памятнику Ленину.

Единственное сообщение в СМИ о трагедии вышло на следующий день в газете «Вечерняя Москва»: «20 октября 1982 г. после футбольного матча на Большой спортивной арене Центрального стадиона имени В. И. Ленина при выходе зрителей в результате нарушения порядка движения людей произошел несчастный случай. Имеются пострадавшие. Проводится расследование обстоятельств происшедшего». Газета «Советский спорт» и еженедельник «Футбол-Хоккей» после трагедии опубликовали подробные статьи об этом матче (под названиями «Холодная погода — горячая игра» и «Счёт на секунды»), однако умолчали в них о каком-либо несчастье, произошедшем с болельщиками.

Футболистам «Спартака» о трагедии на следующий день рассказал начальник команды Николай Старостин, футболисты «Харлема» узнали о трагедии лишь несколько лет спустя.

После расследования трагедии следователями Московской городской прокуратуры дело было передано в суд. Все представители потерпевших были ознакомлены с материалами дела. На открытом заседании Московского городского суда 8 февраля 1983 года под председательством судьи В. А. Никитина уголовное дело было заслушано. Суд продолжался всего полтора дня.

К уголовной ответственности были привлечены директор Большой спортивной арены стадиона им. Ленина Виктор Кокрышев и главный комендант Юрий Панчихин. 26 ноября им было предъявлено обвинительное заключение и на оставшееся время расследования они были заключены под стражу в Бутырскую тюрьму. Панчихин был назначен комендантом БСА всего лишь за два с половиной месяца до трагедии. Виктор Кокрышев уже через два дня после трагедии был исключён из рядов членов КПСС. Они были приговорены судом к 3 годам лишения свободы, что являлось максимальным наказанием по статье 172 УК РСФСР об ответственности за халатное исполнение своих служебных обязанностей. Однако в это время вышла амнистия в связи с 60-летием образования СССР. Кокрышев попал под амнистию, как лицо, имеющее правительственные награды, и был освобождён от наказания. Панчихину, в связи с амнистией, срок заключения был сокращен наполовину. Он был отправлен на принудительные работы в Подмосковье, а затем — в Калинин. Также привлечению к уголовной ответственности подлежали заместитель директора БСА Лыжин и командир подразделения милиции, обеспечивавшего охрану общественного порядка на трибуне С, майор Корягин. Но в связи с болезнью обоих материалы в отношении их были выделены в отдельное производство. Позже оба также попали под амнистию как лица, имеющие правительственные награды.

Расследование дела вел следователь по особо важным делам прокуратуры города Москвы Александр Шпеер, известный как консультант фильма «Берегись автомобиля». Одной из причин трагедии тогда было названо то, что многие болельщики пришли на стадион в состоянии алкогольного опьянения, а также то, что трибуны не были очищены должным образом ото льда и снега.

Известно, что болельщики стали кидать в милиционеров снежки, а иногда и бутылки, всего в ходе игры в отделения было доставлено 150 человек.

По данным следствия, гол Швецова не усугубил положение, а, возможно, даже облегчил его, так как некоторые из зрителей — кто только выходил из многочисленных «люков» верхнего этажа стадиона на галерею к лестнице — кинулись назад и, тем самым, ослабили напор на уже идущих по лестничному маршу. Внизу, в спрессованной массе людей, при давке, развернуться и, тем более, создать встречный поток, было абсолютно невозможно.

Однако болельщик, бывшие в тот день на стадионе, говорят, что причиной трагедии стало то, что после гола Швецова толпа двинулась обратно на стадион, а на трибуне при этом были открыты всего одни ворота.

22 октября 1992 года, к десятилетию со дня трагедии, у западных трибун Лужников был установлен памятник «Погибшим на стадионах мира».

history4u.livejournal.com

Трагедия на стадионе в Лужниках 20 октября 1982-го – История: Мифы и факты

Только в 1989 году, в период горбачевской гласности, страна узнала о трагедии, случившейся семью годами ранее на Центральном стадионе имени В.И. Ленина в Лужниках…

Первую половину 80-х годов прошлого века в народе метко окрестили пятилеткой пышных похорон: один за другим под траурные марши уходили в мир иной высшие руководители второй после США великой державы – СССР. А в остальном все было хорошо: в стране царил развитой социализм, планы выполнялись и перевыполнялись, страна верной дорогой шла к победе коммунизма. Энтузиазма советским людям добавляли яркие победы отечественных спортсменов на международных соревнованиях. И омрачать марш энтузиастов негативной информацией власти и сами не считали нужным, и другим не советовали. Чтобы трудящимся спалось спокойно после напряженного трудового дня.

От печали до радости

Во всем мире футбол является самым популярным игровым видом спорта. Только, пожалуй, в Северной Америке он уступил первенство другим командным противоборствам. Ежедневно на всех континентах футбольные стадионы собирают сотни тысяч болельщиков. Единовременная вместимость 12 российских стадионов, готовящихся к чемпионату мира-2018, составляет 575 тысяч человек. Один только реконструированный спорткомплекс «Лужники» в Москве готов сейчас принять 81 тысячу болельщиков.

Столь значительное скопление людей на очень ограниченном пространстве требует безукоризненной организации спортивных мероприятий. Любой сбой, любая оплошность чреваты трагическими последствиями. К сожалению, вся история мирового футбола сопровождается ими.

Первая трагедия случилась 5 апреля 1902 года, когда на матче сборных Англии и Шотландии в Глазго рухнула трибуна, унеся жизни 25 человек и покалечив более полутысячи болельщиков. Потом чрезвычайные происшествия с человеческими жертвами с печальной регулярностью происходили во всех концах света.

Советские футболисты нередко показывали классную игру и входили в элиту мирового футбола. Сборная СССР в 1956 и 1988 годах завоевывала золото на олимпиадах в австралийском Мельбурне и южнокорейском Сеуле. В 1960 году она выиграла первый же чемпионат Европы, тогда называвшийся Кубком европейских наций.

Достигали вершин в международных турнирах и некоторые наши клубные команды. В европейских розыгрышах блистали «Зенит» и ЦСКА. «Спартаку» в 1982 году в 1/32 финала Кубка УЕФА достался легендарный лондонский «Арсенал». В первом матче в Москве англичане вели 2:6, и никто не сомневался в их заслуженной победе. Но с поля они уходили обескураженными, получив под занавес в свои ворота три безответных мяча. А в Лондоне москвичи и вовсе подвергли именитого соперника полному разгрому – 5:2.

Следующим оппонентом «Спартака» стал голландский клуб «Харлем». Первая встреча состоялась в Москве 20 октября 1982 года.

Трагедия осенью 1982-го в Лужниках

Октябрь в Центральной России – месяц капризный, и год на год не приходится. Выпадает снежок, но быстро тает: согласно многолетним наблюдениям устойчивый снежный покров ложится в Москве в среднем 26 ноября.

Но к приезду голландцев в Москву русская погода выкинула фортель: в ночь накануне матча выпал снег, поднялся леденящий ветер, температура упала до -10. В этих условиях посетить Большую спортивную арену Центрального стадиона имени В. И. Ленина отважились самые преданные болельщики красно-белых. Таковых набралось около 16 тысяч: в основном молодежь и подростки.

Известному впоследствии теннисисту Андрею Чеснокову в 1982 году было 16 лет. Когда он собирался ехать в Лужники, в квартиру залетел воробей.

«Ох, не к добру это! — всплеснула руками бабушка Андрея. — Быть покойнику».

Тогдашние бабушки родились еще в XIX веке и верили в народные приметы. «Не каркай, бабушка!» – рассмеялся молодой человек.

От снега к началу игры администрация стадиона успела расчистить только две трибуны, на них и разместили всех пришедших поболеть, причем подавляющая часть заполнила восточную трибуну. Компактное размещение людей упрощало милиции осуществление контроля за порядком.

Зрители разогревались кто как мог одни пританцовывали, другие прикладывались к бутылке, благо пронести спиртное на стадион в те времена было куда проще, чем ныне. Первый гол, забитый «Спартаком» в ворота «Харлема», вызвал в рядах зрителей взрыв эмоций. Наиболее темпераментных болельщиков милиционеры принялись выводить с трибун и отравлять внутрь спорткомплекса. В стражей порядка полетели снежки, а болельщики принялись скандировать оскорбительную для них кричалку: «Раз-два-три, все легавые – козлы!»

Футбол с летальным исходом

Игра на заснеженном поле шла ни шатко ни валко, ее обострения ждать не приходилось, и за несколько минут до финального свистка многие перемерзшие зрители стали покидать трибуны. Как вспоминают очевидцы, милиционеры открыли только один выход из четырех: то ли из мести за снежный обстрел и кричалку, то ли чтобы выуживать из толпы несовершеннолетних, которым без сопровождения взрослых запрещалось посещать вечерние мероприятия.

Дальше показания очевидцев разнятся. По первой версии, на одной из нижних ступеней лестницы поскользнулась и упала девушка, ей пытались помочь встать, но толпа сверху напирала. Спотыкаясь об упавших, падали все новые и новые люди, их затаптывали. Наконец внизу возникла мертвая пробка, а толпа все напирала и напирала. Люди своими телами выгнули металлические перила лестницы и падали вниз на бетонный пол.

По другой версии, всему виной стал второй гол в ворота «Харлема», забитый Сергеем Швецовым на последних секундах матча. Будто бы услышав победный рев на трибунах, те, кто поспешил покинуть трибуны, ринулись обратно и создали гибельную пробку.

Андрей Чесноков вспоминал много лет спустя: «Я угодил в самую толкучку. Давление на грудную клетку было адское. Я чувствовал безысходность и беспомощность перед лицом смерти. Толпа – бесконтрольная, животная – давила и давила. У меня вся дубленка была в крови. К счастью, вместе с каким-то военным мы оказались на своеобразном островке между перилами. Вокруг люди просили о помощи, смотрели на меня глазами, полными мольбы. Невозможное зрелище! Меня хватали за ногу, но я ничего не мог поделать.
Пришел домой – и две недели ничего никому не рассказывал…»

Ни футболисты, ни менее торопливые зрители понятия не имели о происходящей у них за плечами трагедии. Узнав о ней на следующий день от тренера, автор второго гола Сергей Швецов в сердцах воскликнул: «Лучше бы я не забивал этот гол!»

В неведении о произошедшем была и вся страна. Лишь одной газете – «Вечерней Москве» – было позволено напечатать на последней странице в правом нижнем углу коротенькое сообщение мелким шрифтом о «несчастном случае» на стадионе: «…имеются пострадавшие, проводится расследование».

А между тем даже по официальной версии погибло 66 человек, 61 человек получил тяжелые травмы. Те, кто выжил в этой мясорубке, считают цифры заниженными.

О масштабе трагедии говорит тот факт, что институт Склифосовского, куда свозились жертвы «Лужников», на следующий день посетил Юрий Андропов, бывший глава КГБ, а на тот момент секретарь ЦК КПСС. И когда знакомая объяснила ему, что ищет здесь своего сына, сказал: «Там очень много трупов». Всю ночь эти трупы лежали штабелями у подножия памятника Ленину перед стадионом.

Практически все свидетели винят в случившемся милицию. Но стрелочниками назначили директора стадиона, его заместителя и коменданта. Первые двое попали под амнистию в связи с 60-летием СССР. Коменданта, к моменту трагедии отработавшего в этой должности всего два с половиной месяца, приговорили к трем годам принудительных работ, но по амнистии и ему срок скостили вдвое.

И только через 10 лет после трагедии у западных трибун «Лужников» был установлен памятник «Погибшим на стадионах мира». Ежегодно 20 октября здесь бывает людно.

Леонид Бударин

xtorik.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о