Кантона ударил болельщика – «Я никогда не бил фаната, я ударил грёбаного идиота». Вечер с Кантона » МАНЧЕСТЕР ЮНАЙТЕД в России и СНГ — русскоязычный сайт болельщиков

Новости

Содержание

«Это была драма, а я был в ней актером». 20 лет удару Кантона - Coffee & TV - Блоги

Иван Калашников объясняет, почему кунг-фу Эрика Кантона навсегда оставило след в английском футболе.

Что произошло

25 января 1995 года «Манчестер Юнайтед» играл на выезде с «Кристал Пэласом». В случае победы «Юнайтед» мог выйти на первое место (хотя у «Блэкберна» была игра в запасе), но матч складывался не в пользу действующих чемпионов – «Пэлас» строго играл в обороне, и защитники хозяев отчаянно лупили по ногам Эрика Кантона и Энди Коула, только что перешедшего в «МЮ» из «Ньюкасла». Француза персонально опекал Ричард Шоу, и после одного особенно жесткого единоборства в середине второго тайма Кантона откровенно пнул Шоу ногой прямо на глазах у линейного арбитра. Тот замахал флажком, потом указал им на Кантона – и подбежавший судья Алан Уилки достал красную карточку. Кантона опустил поднятый воротник и побрел в сторону тоннеля по кромке поля.

Сначала никто не понял, что случилось дальше. Кантона резко бросился к трибунам и ударил кого-то ногой, поскользнулся на ограждении, поднялся и снова ударил, на этот раз рукой. Через секунду его уже оттаскивали завхоз «Юнайтед» Норман Дэвис и подбежавший Петер Шмейхель. Получивший удар болельщик стоял в первом ряду и разводил руками. Стадион сходил с ума.

Как это стало сенсацией

Во время матча (он закончился со счетом 1:1) не все поняли, что произошло, и уж тем более не представляли масштаб последствий – во многом потому, что повтор эпизода не показали в прямом эфире. Но на противоположной бровке сидел фотограф Стив Линдселл, который успел снять несколько самых важных кадров в своей жизни, побежал в стоящий у стадиона фургон-фотолабораторию, проявил там снимки и отправил их сначала в Daily Mirror, а потом и в остальные газеты. Наутро снимок с летящим Кантона и уклоняющимся болельщиком был на всех первых полосах. Эта фотография была пугающей (посмотрите на реакцию болельщиков), эффектной (Кантона потом объяснял, что бил ногой из-за мешавшего дотянуться рукой барьера) и в каком-то смысле пророческой – увидев ее, люди понимали, что футбольный мир уже не будет прежним.

Какой была реакция общества

На следующий день высказались все, кроме непосредственных участников эпизода. Футбольная ассоциация назвала поступок Кантона «пятном на репутации футбола». Некоторые журналисты и бывшие футболисты, включая экс-игроков «МЮ», призывали навсегда запретить французу играть в футбол. Нефутбольный мир тоже отреагировал: на биржевых торгах 26 января акции «Юнайтед» резко упали в цене и стоимость клуба понизилась на 3 млн фунтов. Первые впечатления были откровенно негативными – и поэтому Алекс Фергюсон, посмотревший повтор эпизода только глубокой ночью после матча, провел весь день в совещаниях с юристами.

27 января клуб объявил, что отстраняет Кантона от игр до конца сезона и штрафует на 12 тысяч фунтов. Быстрые действия «МЮ» (Рой Кин вспоминал, что Фергюсон разобрался в той ситуации с максимальным профессионализмом) повлияли на настроения общества – поняв, что Кантона уже как-то наказан, многие стали обвинять болельщика. Еще не было известно, что именно он сказал Эрику, но ответ ударом на оскорбление показался многим логичным. «Возможно, у Кантона не все в порядке с головой, но я бы тоже не удержался», – заявил великий тренер Брайан Клаф.

Кого ударил Кантона

Жертвой гнева француза оказался англичанин Мэттью Симмонс – 20-летний белый стекольщик из пригорода Лондона. Его версия событий была изложена, что характерно, в The Sun: якобы Симмонс сказал Кантона что-то в духе «вали отсюда, тебя уже ждет душ в раздевалке». Но через день в газетах уже были результаты расследования полиции, и очевидцы услышали совсем другие слова: «Fuck off back to France, you dirty French bastard» («У***вай в свою Францию, грязный французский ублюдок»). Кроме того, большую часть матча Симмонс провел на 11-м ряду – и сбежал вниз по ступенькам специально для того, чтобы Кантона его услышал.

В общем, жертве так и не удалось побыть жертвой – выяснилось, что Симмонс не так давно получил два года условно за попытку ограбить магазин на заправке. Его адрес и телефон опубликовали в фанзине «МЮ», он потерял работу, друзей и был оштрафован судом на 500 фунтов за оскорбления. Следующие пять лет Симмонс прожил в подсобке у родителей. В некоторых пабах ему отказывались наливать пиво. «Мне кажется, я заплатил за это более высокую цену, чем Кантона», – признался он спустя годы.

Чем все закончилось

Несмотря на отсутствие общественной жалости к пострадавшему, Кантона предстояло серьезное разбирательство. Местный суд сначала приговорил его к двум неделям тюрьмы. После апелляции заключение заменили на 120 часов общественных работ – их Эрик провел, тренируя детей в футбольных школах Манчестера. Футбольная ассоциация продлила его бан до 1 октября, оштрафовав еще на 10 тысяч фунтов, а ФИФА запретила играть в футбол и за пределами Англии – во многом благодаря этому сорвался переход Кантона в «Интер», о котором мечтал Массимо Моратти. «Юнайтед» так и не догнал «Блэкберн» и упустил чемпионство.

Ближе к осени стало ясно, что поступок Кантона принес ему больше славы, чем позора. Вскоре после вердикта Nike подтвердил, что солидный личный контракт с французом остается в силе, а на обложке Daily Record появилась бутса Кантона с логотипом компании и надписью «Смертельное оружие» – пожалуй, лучшая из возможных реклам. Фергюсону удалось уговорить Эрика остаться в клубе, и с ним «Юнайтед» в том сезоне выиграл чемпионат и кубок. В конце концов, сам Кантона во время дисквалификации преимущественно сидел в манчестерском кинотеатре и смотрел артхаусные фильмы.

Кроме того, после оглашения приговора он устроил знаменитую пресс-конференцию длиной в одну фразу. Юрист «МЮ» Морис Уоткинс вспоминал, что перед началом мероприятия Эрик подошел к ниму и спросил: «Как по-английски называется корабль, с которого ловят рыбу? – Траулер. – А большие птицы, что летают над морем? – Чайки». Кантона написал несколько слов на бумажке, а потом подарил журналистам лучшую цитату в истории футбола.

«Когда чайки летят за траулером, они думают, что сардины будут брошены в море».

Пожалуй, так он сыграл свою первую большую роль в кино.

Удар Кантона в поп-культуре

Пока Кантона отбывал свою дисквалификацию, болельщики «Юнайтед» выпустили в его поддержку диск. Вот, например, песня проекта Louis Philippe – за ним стоит известный французский журналист Филипп Оклер, написавший о Кантона отличную книгу.

А вот трек диджея Phil B с сэмплами из оригинального радиокомментария матча с «Кристал Пэласом» – с экспрессивным выражением «Oh my goodness me!», которое нет смысла переводить.

Через полтора месяца после событий на «Селхерст Парке» североирландская группа Ash записала песню «Kung Fu» – в ней не было ни слова про Кантона или футбол, зато на обложке была та самая фотография Стива Линдселла. Песня добралась до 57-го места в британских чартах.

Почему все это важно

Оценить значимость поступка Кантона для футбола невозможно – в первую очередь потому, что он выходит за пределы футбола. При этом полностью отделить его от игры тоже нельзя. «Это была драма, а я был в ней актером», – говорит сам Кантона. Еще он шутит (хотя в этом нельзя быть полностью уверенным), что должен был ударить Симмонса еще сильнее, заявляет, что сделал это ради других людей, которые хотят, но не могут решиться на подобное. Его поступок порождает мириады вопросов и толкований; обсуждая его, можно прийти к спорам о политике, праве или искусстве и легко забыть о том, с чего все начиналось. Попробуйте сами.

Можно ли бить болельщиков ногами? Конечно, нет. Сможете ли вы оправдать именно этот удар Кантона? Не исключено. Являются ли футболисты ролевыми моделями и примером для подражания? Безусловно. Кажется ли вам, что их гениальность часто несовместима с социальными нормами? Похоже на то. Где провести черту между необходимостью артистического самовыражения и правилами игры, а также чувствами других людей? Да черт его знает. У вас могут быть совершенно другие ответы на эти вопросы, но помните, что Эрик Кантона вообще не собирался на них отвечать. Он просто сделал то, что сделал.

Фото: actionimages/Steve Lindsell; REUTERS/Russell Boyce, Dylan Martinez

www.sports.ru

Кантона и его удар кунг-фу. Двадцать лет спустя

«В Эрике был скрытый запал, несомненно. Неудивительно, что однажды он взорвался…» (бывший защитник «МЮ» Гари Паллистер)

«Люди говорили, что это самое известное дело о нападении во всей истории английской юриспруденции» (бывший директор «Юнайтед» и адвокат Морис Уоткинс)

Удар кунг-фу, который нанес нападающий «Манчестер Юнайтед» Эрик Кантона болельщику «Кристал Пэлас» Мэттью Симмонсу через мгновения после того, как был удален с поля «Селхерст Парк», все еще остается одним из самых противоречивых происшествий в спорте, даже по стандартам захватывающих футбольных мелодрам.

Француз уже стал легендой на «Олд Траффорд», приведя команду к нескольким чемпионским титулам подряд, первый из которых прервал затяжной период без чемпионства длиной в 26 лет. Он перешел из «Лидса» в ноябре 1992. Неожиданный акт насилия, который он сам никогда не пытался оправдать, только добавил ему легендарности.

BBC Radio 5 live разобрали один из самых шокирующих эпизодов в истории Премьер-Лиги.

Игроки «Юнайтед» Гари Паллистер и Дэвид Мэй, бывший директор и юрист клуба Морис Уоткинс, бывший глава безопасности «Юнайтед» Нед Келли, бывший тренер «Пэлас» Алан Смит и болельщик «Пэлас» Кэти Черчмэн вспомнили историю знаменитого происшествия, последовавшего за ним судебного разбирательства и цитату Кантона о «чайках».

Объект ненависти… в черном

25 января 1995. Действующие чемпионы «Юнайтед» отправляются в юго-восточный Лондон, занимая вторую строчку, позади лидирующего «Блэкберна», который они дома обыграли 1-0 тремя днями ранее (Кантона забил победный гол). Победа над аутсайдерами «Пэлас» вернула бы «Юнайтед» на верхнюю строчку таблицы.  

Паллистер: Эрик всегда был целью номер один для футбольных фанатов по всей стране. Его пытались задеть не только игроки соперника, болельщикам тоже казалось, что они могут это делать. Иногда его просто ужасно третировали. Естественно, это давило на него, и тем вечером все накопившиеся в нем эмоции нашли выход. Он был объектом столь сильной ненависти, потому что был хорошим футболистом.

Смит: Что меня действительно потрясло в тот день, это то, что они играли во всем черном. Они все были небритыми и заросшими и выглядели довольно свирепо. Я подумал «это будет долгий вечер».

Центральный защитник «Пэлас» Ричард Шоу получил персональное задание – опекать Кантона.

Смит: У Шоузи были такие вьющиеся, кудрявые волосы. Он покрывал их лаком и пользовался смягчающей мазью для лица. Ричард был самым очаровательным и аккуратным парнем, которого вы могли встретить, но на поле был довольно свиреп. Я думаю, что он был самым подходящим кандидатом на роль опекуна Кантона.

Кантона становится жертвой нескольких жестких подкатов, в частности от Шоу.

Смит: Если вы говорили ему: "Сделай это", Шоузи шел и бросался за мячом. Я не испытываю большого сочувствия к Кантона. Он сильный игрок, который в состоянии о себе позаботиться, и он это делал. Шоузи подумал: "мяч в центре поля, подстраховка есть – я пойду за ним".

Тренер «Юнайтед» сэр Алекс Фергюсон (в своей автобиографии «Руководя своей жизнью»): «Алан Уилкс [судья] оказался неспособен должным образом отреагировать на недопустимые нарушения со стороны двух центральных защитников "Кристал Пэлас", и это сделало последующий конфликт неизбежным».

«Он смотрел так… Его взгляд буквально прожигал»

На 48 минуте Шоу вступил в борьбу с Кантона за мяч, выбитый голкипером Шмейхелем, и француз ответил раздраженным ударом. Он получил красную карточку и направился вдоль линии поля, сопровождаемый китменом «Юнайтед» Норманом Дэвисом, в сторону раздевалок.

Черчмэн: Внезапно он обернулся и посмотрел назад. Мне показалось, что он смотрит на меня. Понятия не имею, откуда вдруг появился этот другой парень [Симмонс]. На лице Кантона появился этот взгляд. Стало понятно, что он собирается сделать что-то глупое.

Келли: Этот юнец спустился по проходу и начал выкрикивать оскорбления в адрес Эрика. Он сохранял спокойствие, пока на него «факали» и «джекали», но, я думаю, что когда он назвал его мать «французской шлюхой», это стало последней каплей. Следующее, что я увидел: Эрик перепрыгивает через ограждение и наносит ему удар кунг-фу, начинается суматоха.

Черчмэн: Все пошло кувырком, когда он перепрыгнул через ограждение. Я помню, как упала на своего 15-летнего сына, и бутса Эрика пролетела надо мной. Все смотрели друг на друга и повторяли: "Господи, что только что произошло!" Все случилось за считанные секунды.

Мэй: Я стоял в середине поля, и вдруг раздался шум толпы. Я повернулся и подумал "что за чертовщина?". Мы побежали, чтобы выяснить, что происходит. Это был случай из серии "один за всех и все за одного". Все направились туда.

Паллистер: Думаю, я один из немногих игроков, кто не бросился выяснять, что происходит. Я просто стоял, ошеломленный. Я был в шоке от того, что только что увидел.

Келли: Я решил взять все в свои руки и спустился туда. Я отпихнул с дороги пару стюардов и зашел в раздевалку, и Эрик был там с Норманом. Я попросил Нормана выйти и сказал, что разберусь.

На стадионе, бушующем в состоянии напряжения, «Юнайтед» выходят вперед на 57 минуте.  

Мэй: Мы заработали угловой, я пошел на него, Ли Шарп отдал передачу и забил первый свой гол за «Юнайтед». Подумал: «Вот так-то». Я должен был получить хорошую критику в газетах на следующий день. Тогда я мог думать только об этом.

Кантона в это же время молча пытался осознать значение своих действий.

Келли: Он сидел на скамейке рядом с персоналом, очень тихий, думал о том, что произошло. Была мертвая тишина, напряжение можно было хоть ножом резать. Иногда я возвращаюсь в памяти к тому моменту и понимаю, что ничего не сказал.

Никакой взбучки для Эрика, Мэй потрясен

Ответный гол, забитый защитником «Пэлас» Гаретом Саутгейтом, помешал «Юнайтед» вдесятером отстоять победу. Раздевалка гостей бурлила от взаимных обвинений.

Мэй: Тренер был зол на всех… Большого Пита (Шмейхеля), Большого Полли, меня, Шарпи, Пола Инса. Он обвинил меня в их ответном голе. Он спросил: «Кто, черт возьми, должен был закрывать Саутгейта?». Я сказал: «Эрик». Он развернулся и сказал: «Эрик, ты меня разочаровал. Тебе нельзя было так поступать». Я подумал: «Что? Это все?!». Любой другой игрок получил бы взбучку за это. Я только что получил взбучку от тренера за то, что не закрыл кого-то, кого я вообще не должен был закрывать».

Паллистер: Эрик был очень подавлен. Он просто тихо сидел в углу. Он почти ничего не сказал. Думаю, он осознал значение того, что случилось. Все пытались понять, как мы будем с этим справляться.

Келли: Пришли все директора: Майк Эдельсен, Морис Уоткинс, Мартин Эдвардс. Они стояли в углу, обсуждая случившееся.

Смит: После я встретил Фергюсона, мы пожали руки, и он сказал мне: «Что, черт возьми, здесь было не так?». Я ответил: «Алекс, это обычное дело на Патни Хай Стрит». Из-за своего предвзятого отношения он пытался даже представить все так, будто Кантона здесь стал жертвой. Я сказал что-то вроде: «Нет, Алекс, ничего такого. Обычное дело».   

Келли: Мы дали всем остальным выйти к тренеру, а в конце вышли мы с Эриком. Там были фанаты, жаждущие крови, но я был уверен, что разберусь, да и не забывайте, что Эрик ростом 6 футов 2 дюйма и родом из тяжелого района в Марселе. Он мог за себя постоять.

«Мы получали сообщения о том, что Аэропорт Манчестера забит журналистами, поэтому связались с охраной, и они объяснили водителю, куда ехать. Мы посадили Эрика в машину на шоссе и его отвезли до стоянки, где он пересел на свою машину и уехал домой».

Последствия – преступление и наказание

Сэр Алекс Фергюсон, расстроенный потерей двух очков и «закрывшийся в собственном мире» после возвращения домой, только на следующее утро начинает осмыслять инцидент с Кантона.

Фергюсон: В 4 утра я уже проснулся и посмотрел запись. Это было довольно неприятно. За последовавшие годы я так и не смог добиться объяснений от Эрика, но мне самому кажется, что злость на себя за удаление и на судью за его бездействие ранее перемешались и заставили его перейти грань.

Черчмэн: В то время я работала в отеле. Начальник позвонил и сказал, что видел меня по телевизору. За час до начала моей смены на следующее утро мы были атакованы репортерами. Видеть свои фотографии во всех газетах… было какое-то ощущение нереальности происходящего. Затем появилась мысль, что мне необходима новая прическа и новая куртка.

Фергюсон и руководство «Юнайтед» - исполнительный директор Мартин Эдвардс, глава компании сэр Роланд Смит и Уоткинс – встретились в отеле тем вечером, чтобы обсудить, как следует повести себя клубу.

Фергюсон: Мы были единодушны в том, что реакция должна была быть достаточно сильной, чтобы защитить репутацию «Манчестер Юнайтед» и согласились, что должны наложить на Эрика четырехмесячную дисквалификацию, которая бы оставила его вне игры на оставшуюся часть сезона. 

«Юнайтед» также оштрафовали Кантона на 20 000 фунтов. ФА впоследствии вызвала его на дисциплинарное слушание и увеличила дисквалификацию до девяти месяцев, то есть до конца сентября, и оштрафовала его еще на 10 000 фунтов.   

Уоткинс: Думаю, клуб повел себя правильно. Эрик согласился с наказанием, которое мы решили ему вменить. Вы можете представить, были самые разные предложения, вплоть до того, что мы должны разорвать с ним контракт и так далее. Но в клубе чувствовали, что должны вступиться за своего игрока. Поэтому мы были разочарованы, когда в ФА решили увеличить наказание.

В доках… питаясь фастфудом в камере

23 марта 1995: Кантона предстает перед судом магистрата Восточного Кройдона по обвинению в нападении.

Келли: Пол Инс, также представший в тот день в суде по обвинению в нападении, посадил его в машину, и они поехали в город. Фотографы были там с тремя камерами и засняли, как они уезжают из «Браунс» (ночной клуб) примерно в 3 часа утра. Меня там не было, они были без меня. Я уехал тем вечером, а на следующий день Морис спросил меня, где был Эрик. Он знал, где они были, потому что видел газеты. Честно говоря, не думаю, что это помогло делу Эрика.

Мы покинули отель, который был в 60 или 70 метрах от здания суда, и должны были справиться с журналистами. Я просто схватил его за запястье и продирался сквозь толпу. Наконец-то, мы протолкнули его в здание, и он начал раздавать автографы.

Кантона признает себя виновным. Судья говорит ему: «Вы - публичный человек. Единственный подходящий вердикт – две недели тюремного заключения, вступает в силу незамедлительно».

Уоткинс: Когда огласили приговор, стало так тихо, что можно было услышать, как пролетала муха. А затем, как вы можете догадаться, началось безумие. Все были ошеломлены. Даже представитель обвинения был удивлен, потому что вердикт магистрата не совпадал ни с какими существующими принципами. В одну минуту Эрик превратился из свободного человека в заключенного. Его отвели в камеру, он провел там три с половиной часа.

Келли: Думаю, Эрик был потрясен. Как и все мы. Я последовал за ним вниз по лестнице в сопровождении приставов, и мы сели вместе в камере. Один из старших офицеров сказал: «У нас здесь нет еды, давайте я схожу и принесу что-нибудь с улицы». Я дал ему денег, он сходил в «Мак Дональдс» и купил Биг Маков и картошки фри, так что мы поели и настроение улучшилось.

Я дал Эрику свой телефон, и он позвонил своей жене и семье в Марсель, чтобы рассказать о случившемся. Затем он сказал: «Мне не стоит зацикливаться на этом, лучше просто отсидеть эти 14 дней и покончить со всем этим». Я сказал: «Нет, не лучше, жди, пока вернется Морис».

Уоткинс и его команда юристов подали прошение об освобождении под залог, которое было отклонено магистратом.

Уоткинс: Теперь нам нужно было отправиться в Королевский Суд, который, к счастью, находился неподалеку. Мы обжаловали приговор и подали прошение о залоге.

Судья удовлетворил прошение о залоге и назначил слушание апелляции на следующую неделю.

Уоткинс: У нас не было много времени, чтобы отдышаться, но, по крайней мере, мы вытащили его из тюрьмы и отправили домой и теперь могли работать над апелляцией.

Келли: На обратном пути мы остановились там, где тогда была гостиница «Четыре сезона» в Аэропорту Манчестера, и я спросил его, не хочет ли он пропустить по пиву в «Маллиганс». Так что мы выпили по паре пинт, прежде, чем я отвез его домой.

Обжалование, чайки и пальцы в дверях

31 марта 1995. Кантона возвращается в Кройдон, на этот раз в Королевский Суд, для повторного слушания.

Уоткинс: У меня тогда были проблемы со спиной. Я просто не мог выбраться из кровати. Все меня искали. Я пытался кого-нибудь вызвать. Через какое-то время пришел врач отеля, сделал мне несколько уколов и поставил меня на ноги. 

Защитник Кантона говорит судье о том, что его тюремное заключение «неправильно и противоречит принципам, выраженным Парламентом». Вместо этого его приговаривают к 120 часам общественных работ. После «Юнайтед» созывают пресс-конференцию.

Уоткинс: Эрик не очень-то был этому рад, но сказал: «Хорошо, я бы тоже хотел кое-что сказать». И он начал обдумывать, что собирался сказать. Он царапал на клочке бумаге и спросил меня: «Как называется большой корабль, который ловит рыб?». Я сказал: «Это траулер, Эрик». «А большая птица, которая летает над морем?» - «Чайка». Он записал это, и так родилась знаменитая цитата.

Думаю, я догадывался, что он хочет сказать, как и много других людей поняли, когда поразмыслили об этом. Но он не хотел, чтобы я это объяснял. Он был непреклонен в этом. Он сказал: «Я собираюсь это сказать, но не хочу, чтобы ты объяснял, что я имею в виду». И он вышел к ним.

Келли: Мы были наверху, в одном из офисов отеля. Морис говорил там с юристами, а я смотрел в окно на всех собравшихся журналистов. Эрик был со своим агентом, Жан-Жаком Бертраном, и он посмотрел на меня и сказал: «Нед, как вы называете рыболовецкое судно в Англии?», и я сказал: «Траулер». Потом они начали говорить на французском, и я понятии не имел, о чем. Затем он сказал: «Как вы называете такую маленькую рыбку?», и я задумался, прежде, чем ответить: «сардина». Он спросил: «А как называются птицы, которые охотятся на них?». Я сказал: «Чайки». И так все это началось.

В комнате, забитой журналистами, загадочный француз произносит следующее, перед тем как встать и уйти: «Когда чайки летят за траулером, они делают это, потому что думают, что сардины выпустят обратно в море».

Уоткинс: (после конференции) меня привезли в мой отель, но к несчастью я прищемил пальцы дверью. Юрисконсульт хлопнул по ним дверью. Мой день начался с уколов от боли в спине, а закончился тем, что доктор вправлял мне пальцы.

Наказание – стрельба по фазанам в Хэрфорде

Келли: Первым делом мы увезли его оттуда, где он жил, на севере Манчестера. У Марка Хьюза был свободный дом в районе Престбери. Мы перевезли его, и он оставался там.

Я тоже был там, чтобы присматривать за ним. Оскорбления, которые он получал от болельщиков других клубов, были ужасны. Я узнал, что он любит стрельбу и охоту, и попросил пару друзей устроить это в Хэрфорде, и мы отправились туда в частный дом одного из этих ребят и поохотились там на фазанов.

Его отец тоже был активным человеком, так что он приехал, и я отвез их на день в Хэрфорд пострелять, а вечером мы отправились в Манчестер. К концу дня мы катались по разным местам в районе Чешира, и он явно был в настроении.

Кантона организовывал тренировки для детей на старой тренировочной площадке «Юнайтед» в Клиффе. Но по условиям его наказания он не мог принимать участия ни в каких официальных матчах. «Юнайтед» пытались организовать несколько товарищеских игр против местных клубов, чтобы Кантона смог поучаствовать, но как только о матчах стало известно, поступило письмо с запретом от ФА. Расстроенный Кантона уведомил «Юнайтед», что возвращается во Францию

Фергюсон: На следующее утро я связался с советником Эрика и сказал, что готов прилететь в Париж. Мы встретились в ресторане, где Эрик ждал нас со своим агентом Жан-Жаком Бертраном и секретарем. В ресторане больше никого не было, и владелец заведения повесил на дверь табличку «закрыто». Эрик был рад меня видеть и тому, что услышал от меня. Думаю, ему нужно было, чтобы я похлопал его по плечу и убедил, что все будет в порядке.

1 октября 1995: Кантона возвращается на поле в матче против «Ливерпуля», помогает забить Ники Батту, а затем забивает пенальти, устанавливающий окончательный счет в ничейном (2-2) поединке. Он забил еще 13 мячей в чемпионате, включая победные голы в пяти матчах, закончившихся со счетом 1-0, и «Юнайтед», обойдя «Ньюкасл» на 12 очков, возвращает себе чемпионский титул. Кантона также забивает пять голов за «Юнайтед» в Кубке Англии, включая победный гол в финале против «Ливерпуля», и помогает команде сделать дубль. 

Уоткинс: Естественно, для него это был непростой период, он долгое время находился вне игры. Но думаю, он вернулся сильнее, чем когда-либо. Он был очень важным игроком для клуба.

Паллистер: Он думал о том, чтобы уйти из английского футбола из-за того, что случилось. Он думал, что произошедшее стало несправедливостью. Но тренер убедил его остаться. Кантона вернулся таким же сильным игроком, таким же гением.


Источник: BBC

carrick.ru

«Это была драма, а я был в ней актером». 20 лет удару Кантона - Coffee & TV - Блоги

Иван Калашников объясняет, почему кунг-фу Эрика Кантона навсегда оставило след в английском футболе.

Что произошло

25 января 1995 года «Манчестер Юнайтед» играл на выезде с «Кристал Пэласом». В случае победы «Юнайтед» мог выйти на первое место (хотя у «Блэкберна» была игра в запасе), но матч складывался не в пользу действующих чемпионов – «Пэлас» строго играл в обороне, и защитники хозяев отчаянно лупили по ногам Эрика Кантона и Энди Коула, только что перешедшего в «МЮ» из «Ньюкасла». Француза персонально опекал Ричард Шоу, и после одного особенно жесткого единоборства в середине второго тайма Кантона откровенно пнул Шоу ногой прямо на глазах у линейного арбитра. Тот замахал флажком, потом указал им на Кантона – и подбежавший судья Алан Уилки достал красную карточку. Кантона опустил поднятый воротник и побрел в сторону тоннеля по кромке поля.

Сначала никто не понял, что случилось дальше. Кантона резко бросился к трибунам и ударил кого-то ногой, поскользнулся на ограждении, поднялся и снова ударил, на этот раз рукой. Через секунду его уже оттаскивали завхоз «Юнайтед» Норман Дэвис и подбежавший Петер Шмейхель. Получивший удар болельщик стоял в первом ряду и разводил руками. Стадион сходил с ума.

Как это стало сенсацией

Во время матча (он закончился со счетом 1:1) не все поняли, что произошло, и уж тем более не представляли масштаб последствий – во многом потому, что повтор эпизода не показали в прямом эфире. Но на противоположной бровке сидел фотограф Стив Линдселл, который успел снять несколько самых важных кадров в своей жизни, побежал в стоящий у стадиона фургон-фотолабораторию, проявил там снимки и отправил их сначала в Daily Mirror, а потом и в остальные газеты. Наутро снимок с летящим Кантона и уклоняющимся болельщиком был на всех первых полосах. Эта фотография была пугающей (посмотрите на реакцию болельщиков), эффектной (Кантона потом объяснял, что бил ногой из-за мешавшего дотянуться рукой барьера) и в каком-то смысле пророческой – увидев ее, люди понимали, что футбольный мир уже не будет прежним.

Какой была реакция общества

На следующий день высказались все, кроме непосредственных участников эпизода. Футбольная ассоциация назвала поступок Кантона «пятном на репутации футбола». Некоторые журналисты и бывшие футболисты, включая экс-игроков «МЮ», призывали навсегда запретить французу играть в футбол. Нефутбольный мир тоже отреагировал: на биржевых торгах 26 января акции «Юнайтед» резко упали в цене и стоимость клуба понизилась на 3 млн фунтов. Первые впечатления были откровенно негативными – и поэтому Алекс Фергюсон, посмотревший повтор эпизода только глубокой ночью после матча, провел ведь день в совещаниях с юристами.

27 января клуб объявил, что отстраняет Кантона от игр до конца сезона и штрафует на 12 тысяч фунтов. Быстрые действия «МЮ» (Рой Кин вспоминал, что Фергюсон разобрался в той ситуации с максимальным профессионализмом) повлияли на настроения общества – поняв, что Кантона уже как-то наказан, многие стали обвинять болельщика. Еще не было известно, что именно он сказал Эрику, но ответ ударом на оскорбление показался многим логичным. «Возможно, у Кантона не все в порядке с головой, но я бы тоже не удержался», – заявил великий тренер Брайан Клаф.

Кого ударил Кантона

Жертвой гнева француза оказался англичанин Мэттью Симмонс – 20-летний белый стекольщик из пригорода Лондона. Его версия событий была изложена, что характерно, в The Sun: якобы Симмонс сказал Кантона что-то в духе «вали отсюда, тебя уже ждет душ в раздевалке». Но через день в газетах уже были результаты расследования полиции, и очевидцы услышали совсем другие слова: «Fuck off back to France, you dirty French bastard» («У***вай в свою Францию, грязный французский ублюдок»). Кроме того, большую часть матча Симмонс провел на 11-м ряду – и сбежал вниз по ступенькам специально для того, чтобы Кантона его услышал.

В общем, жертве так и не удалось побыть жертвой – выяснилось, что Симмонс не так давно получил два года условно за попытку ограбить магазин на заправке. Его адрес и телефон опубликовали в фанзине «МЮ», он потерял работу, друзей и был оштрафован судом на 500 фунтов за оскорбления. Следующие пять лет Симмонс прожил в подсобке у родителей. В некоторых пабах ему отказывались наливать пиво. «Мне кажется, я заплатил за это более высокую цену, чем Кантона», – признался он спустя годы.

Чем все закончилось

Несмотря на отсутствие общественной жалости к пострадавшему, Кантона предстояло серьезное разбирательство. Местный суд сначала приговорил его к двум неделям тюрьмы. После апелляции заключение заменили на 120 часов общественных работ – их Эрик провел, тренируя детей в футбольных школах Манчестера. Футбольная ассоциация продлила его бан до 1 октября, оштрафовав еще на 10 тысяч фунтов, а ФИФА запретила играть в футбол и за пределами Англии – во многом благодаря этому сорвался переход Кантона в «Интер», о котором мечтал Массимо Моратти. «Юнайтед» так и не догнал «Блэкберн» и упустил чемпионство.

Ближе к осени стало ясно, что поступок Кантона принес ему больше славы, чем позора. Вскоре после вердикта Nike подтвердил, что солидный личный контракт с французом остается в силе, а на обложке Daily Record появилась бутса Кантона с логотипом компании и надписью «Смертельное оружие» – пожалуй, лучшая из возможных реклам. Фергюсону удалось уговорить Эрика остаться в клубе, и с ним «Юнайтед» в том сезоне выиграл чемпионат и кубок. В конце концов, сам Кантона во время дисквалификации преимущественно сидел в манчестерском кинотеатре и смотрел артхаусные фильмы.

Кроме того, после оглашения приговора он устроил знаменитую пресс-конференцию длиной в одну фразу. Юрист «МЮ» Морис Уоткинс вспоминал, что перед началом мероприятия Эрик подошел к ниму и спросил: «Как по-английски называется корабль, с которого ловят рыбу? – Траулер. – А большие птицы, что летают над морем? – Чайки». Кантона написал несколько слов на бумажке, а потом подарил журналистам лучшую цитату в истории футбола.

«Когда чайки летят за траулером, они думают, что сардины будут брошены в море».

Пожалуй, так он сыграл свою первую большую роль в кино.

Удар Кантона в поп-культуре

Пока Кантона отбывал свою дисквалификацию, болельщики «Юнайтед» выпустили в его поддержку диск. Вот, например, песня проекта Louis Philippe – за ним стоит известный французский журналист Филипп Оклер, написавший о Кантона отличную книгу.

А вот трек диджея Phil B с сэмплами из оригинального радиокомментария матча с «Кристал Пэласом» – с экспрессивным выражением «Oh my goodness me!», которое нет смысла переводить.

Через полтора месяца после событий на «Селхерст Парке» североирландская группа Ash записала песню «Kung Fu» – в ней не было ни слова про Кантона или футбол, зато на обложке была та самая фотография Стива Линдселла. Песня добралась до 57-го места в британских чартах.

Почему все это важно

Оценить значимость поступка Кантона для футбола невозможно – в первую очередь потому, что он выходит за пределы футбола. При этом полностью отделить его от игры тоже нельзя. «Это была драма, а я был в ней актером», – говорит сам Кантона. Еще он шутит (хотя в этом нельзя быть полностью уверенным), что должен был ударить Симмонса еще сильнее, заявляет, что сделал это ради других людей, которые хотят, но не могут решиться на подобное. Его поступок порождает мириады вопросов и толкований; обсуждая его, можно прийти к спорам о политике, праве или искусстве и легко забыть о том, с чего все начиналось. Попробуйте сами.

Можно ли бить болельщиков ногами? Конечно, нет. Сможете ли вы оправдать именно этот удар Кантона? Не исключено. Являются ли футболисты ролевыми моделями и примером для подражания? Безусловно. Кажется ли вам, что их гениальность часто несовместима с социальными нормами? Похоже на то. Где провести черту между необходимостью артистического самовыражения и правилами игры, а также чувствами других людей? Да черт его знает. У вас могут быть совершенно другие ответы на эти вопросы, но помните, что Эрик Кантона вообще не собирался на них отвечать. Он просто сделал то, что сделал.

Фото: actionimages; REUTERS/Russell Boyce, Dylan Martinez

by.tribuna.com

«Я никогда не бил фаната, я ударил грёбаного идиота». Вечер с Кантона » МАНЧЕСТЕР ЮНАЙТЕД в России и СНГ - русскоязычный сайт болельщиков

Мне посчастливилось быть одним из тех, кто слушал диалог Кантона и участвовал в нём. Мероприятие «Вечер с Кантона» было назначено на утро в связи с событиями в Борнмуте. Странное место для мероприятия, в рамках которого Эрик провел на сцене всего 45 минут, а все остальное время занимал аукцион, разбавленный выступлениями стэндап-комика.

В «Лоури» формат вечера изменили. Комик развлекал гостей до перерыва, а после него мы провели больше часа с Кантона. Большинство вопросов были заранее обговорены, но у болельщиков была возможность задавать и свои вопросы. Некоторые были хороши; например, спрашивали о том, не хотел бы он в какой-то момент оказаться игроком гостевой команды. Или: «Какая из команд, с которой Вы выигрывали дубль, была лучше?» Были и вопросы похуже. К примеру, интересовались, читал ли он когда-нибудь стихи, которые писал в его честь человек из зала.

Несколько раз публика прерывала нескончаемый поток вопросов, чтобы спеть песню в честь своего героя. После одной из таких песен Кантона произнес: «Могу я вас попросить сделать для меня кое-что? Никогда не останавливайтесь».

Привожу вам письменный вариант беседы с Эриком Кантона на вечере в его честь.

Когда Вы решили, что будете играть в Англии?

– Когда мне было 24. Во Франции я хотел закончить с футболом. Мишель Платини в то время был главным тренером сборной. Он сказал мне: «Ты просто не можешь повесить бутсы на гвоздь в 24 года». Но я просто не хотел больше играть во французском чемпионате. Он сказал: «Мне кажется, что есть на свете страна, в которой играют в настоящий футбол. Это Англия».

Я оказался в «Шеффилд Уэнсдей», где поиграл всего неделю. Потом задал им вопрос: «Когда подписываем контракт?» Их ответом было то, что я должен провести еще неделю на просмотре. Ну, я и ответил им: «Нет» [смех аудитории]. За ту неделю мы провели товарищеский матч, выиграли его со счетом 4 – что-то там, а я забил три мяча. Тренером «Шеффилда» в то время был Тревор Фрэнсис, отличный игрок своего поколения.

Но не настолько хороший тренер?

– [пожимает плечами и улыбается] Я этого не говорил. А потом я перешел в «Лидс» [публика неодобрительно гудит и запевает: «Все мы ненавидим ублюдков из «Лидса»]. А потом мы выиграли лигу [еще больше гула]. А потом я перешел в «Юнайтед», где провел лучшие годы своей карьеры. Я люблю «Манчестер Юнайтед» [одобрительные возгласы]. Спасибо большое. И спасибо Мишелю Платини и Алексу Фергюсону.

Алекс Фергюсон для Вас был самым подходящим тренером. У Вас была сильная связь друг с другом, не так ли?

– Он был фантастическим тренером потому, что он прекрасный человек. Он любит футбол. Очень скромный и гуманный человек. Каждый день нас мотивировал. Мы могли на семь очков опережать ближайших соперников, а он все равно находил способы мотивировать нас на новые победы. Мы любили и уважали его. Людям очень сложно добиться к себе такого отношения.

Кто вдохновлял Вас больше всего?

– Вы имеете в виду, кто привил любовь к футболу в детстве? Мой отец. Он очень любил эту игру. Он был вратарем, поэтому я свой футбольный путь тоже начал в воротах. Я играл за команду, и мы выигрывали каждый матч со счетом 6-0 или 7-0. Я никогда не касался мяча. Я думал, что если я буду в поле, то буду забивать голы. Ну, я и пошел играть в нападение. И стал забивать много мячей.

Мой отец всегда разговаривал, как Алекс Фергюсон. Он никогда не говорил, что я хорош, но всегда давал это понять. Но также он говорил, что мне нужно больше работать.

Я родился в 1966, и в моем детстве был хорош «Аякс». Мне нравился Йохан Кройф, который был лидером той команды. Он был великим игроком. Я помню, он как-то произнес то, что для меня стало важным и что вело меня. «Всегда нужно быть готовым». Нужно знать еще до того, как примешь мяч, что ты с ним сделаешь. В этом и весь секрет, я считаю.

Какой у Вас любимый гол или момент на поле?

– Мне очень нравится забивать голы, но мне также нравится отдавать классные передачи на партнеров. Это как дарить кому-то подарки. Мне нравится дарить подарки. Я никогда не забивал гол своей мечты. Для меня такой гол – это очень простой удар. Сначала мяч у вратаря, потом через каждого партнера мяч в касание приходит ко мне, и я забиваю гол. Я никогда не буду тренером, но если бы стал, то хотел бы тренировать команду, которая забивала бы такие мячи.

Конечно, есть один гол, который мне важен. Это гол в ворота «Ливерпуля». На последней минуте игры. В финале Кубка. «Ливерпулю». Атмосфера и заряд энергии от болельщиков были непередаваемы. Не знаю, ощущали ли вы когда-нибудь подобное? Непередаваемо.

После этого момента Ваша карьера в «Юнайтед» почти закончилась, а теперь все вспоминается с теплотой. Что Вы думаете о том кунг-фу ударе?

– Я думаю, это было круто. Такие моменты возникали тысячу раз, но среагировал я так впервые. Хороший был денек. Я слышал классную цитату, она мне нравится. «Ошибка – это скрытое желание». Для некоторых этот поступок – ошибка, для меня же это было скрытым желанием.

Нельзя называть подобных личностей болельщиками и фанатами. Я бы назвал его простым хулиганом. Я никогда не бил фаната, я ударил грёбаного идиота. Но меня за это дисквалифицировали на девять месяцев.

На пресс-конференции Вы не хотели говорить. Вы тогда вообще к ней готовились или нет?

– Может, тогда была ошибка? Или скрытое желание? [улыбается] Было так много журналистов, они бы меня там просто заточили, как в тюрьме. Не хотел говорить с прессой, потому что мне на прессу, по большому счету, наплевать. Но в «Юнайтед» мне сказали, что нужно что-нибудь сказать, ну и я ответил, что что-нибудь скажу. Мог бы сказать что-то из разряда: «Тут так темно, тут есть свет». Вот что мне нравится, так это то, что даже сейчас журналисты пытаются найти причину и проанализировать это. Мне нравится сводить их с ума.

Я никогда не бил фаната, я ударил грёбаного идиота

После дисквалификации Вы вернулись в матче против «Ливерпуля», в котором забили гол и положили еще один с пенальти. Что Вы чувствовали?

– Конечно же, это было великолепное чувство. Девять месяцев – очень большой срок, и мне нужно было усердно тренироваться, гораздо больше остальных, потому что я не мог играть даже в товарищеских матчах. Можно тренироваться по 10 часов в день, но игра – это нечто особенное. Девять месяцев – огромный срок, поэтому я немного волновался. Эти голы меня раскрепостили. Для меня было важно, что, несмотря на то, что я играл не лучшим образом следующие несколько месяцев, Фергюсон держал меня в команде. Он знал, что мне нужно время, чтобы вернуться на свой уровень. Я вернулся на свой уровень, и мы совершили подвиг. Выиграли дубль [публика одобрительно восклицает].

Читайте также

«Меня вылепили Ферги и Рой Кин». Большое интервью Даррена Флетчера

Даррен Флетчер – о «Юнайтед», «Вест Броме» и болезни.

Какие эмоции Вы испытываете, вспоминая свои годы, проведенные в «Юнайтед»?

– Я провел в «Юнайтед» лучшее время в своей жизни. Когда я закончил карьеру, я собирался перевернуть новую страницу в жизни. Не хотел смотреть назад. У меня дома не развешаны медали или фото. Я не хотел быть заложником своего прошлого. Когда я прибыл в «Манчестер Юнайтед», я отдавал всего себя, а когда закончил карьеру, я захотел заняться чем-то другим. Футбол – это наркотик. Каждую неделю, а иногда и дважды в неделю ты ставишь себе волшебный укол. А когда заканчиваешь карьеру, сложно слезать с футбольной иглы.

Я хотел заниматься чем-то, чем бы я был так же одержим. Актерская деятельность не давала мне больший выброс адреналина, нежели футбол, но она меня оживляла. Большинство футболистов либо идут в эксперты, либо впадают в депрессию. Или и то, и другое [аудитория смеется]. Или вы становитесь тренером. Будучи великолепным игроком, вы проигрываете каждую игру со счетом 3-0. Я этого не хотел. Я всегда хотел быть по-хорошему взволнован. Мне кажется, что необходимо принимать какие-то меры, готовить игроков к завершению карьеры.

Футбол – это наркотик. Каждую неделю ты ставишь себе волшебный укол

Вы когда-нибудь выступали экспертом?

– Никогда не буду экспертом.

Вы когда-нибудь станете тренером «Манчестер Юнайтед»?

– Если однажды я стану тренером, то пойду на этот шаг только ради «Юнайтед». Но у команды уже есть классный тренер – Моуринью. Он – победитель. Выиграл очень много. Я уверен, что он принесет немало побед «Юнайтед».

– Вы скучаете по футболу?

– Не скучаю. Когда я закончил карьеру, мне хотелось заняться чем-то другим. Конечно, испытываешь сильные чувства, когда смотришь игры по ТВ и вспоминаешь прошлое. Ностальгия. Будто случайно уловил аромат духов девушки, которую последний раз видел, когда тебе было 15. Мне хотелось уйти и заняться чем-то еще. После я сыграл всего три игры по просьбе друзей. За команду Гиггза, за Марадону и за Зидана в Швейцарии. И все.

– Забивали в тех матчах?

– По-моему… Да, забивал.

– Затем Вы были тренером и сами играли в пляжный футбол. Пляжный футбол – это сложно?

– Люди думают, что пляжный футбол – это легко, но это совсем не так. Конечно, играешь на солнышке, на пляже, но тут можно провести параллель с плаванием. Плаванием в бассейне и в открытом море. И физически, и технически это очень тяжело. В лучших пляжных командах на первых ролях молодые игроки, а не бывшие футболисты. Очень классная игра, но я больше не играю.

Кадр из фильма «В поисках Эрика»

– Возвращаясь к Вашей актерской карьере. Все мы знаем «В поисках Эрика» как Вашу лучшую работу.

– Я приобрел бесценный опыт, работая с Кеном Лоучем. У нас была идея, которую мы воплотили в трехстраничном наброске сценария, и мы пошли к Кену. Нам повезло. Он был первый, к кому мы обратились, потому что хотели работать именно с ним. Написание сценария заняло два или три года. Актеры ему доверяли, даже не просили сценарий заранее, потому что хотели работать с ним, у него великолепная репутация.

Когда я прибыл на съемочную площадку, об этом никто не знал, я прятался. Стив Эветс вел диалог с плакатом, на котором был я. Я незаметно подошел, ничего не сказав. Обернувшись, он увидел меня, и его реакция была непередаваема. Операторы были наготове и сняли это. Настолько искренние эмоции невозможно сыграть. Этот фильм – дань уважения всем болельщикам «Манчестер Юнайтед».

Читайте также

Андер Эррера: большое интервью в формате «Вопрос-Ответ»

Андер Эррера отвечает на вопросы в твиттере.

– Вы много снимались в рекламе, Ваши фото много где использовались. Расскажите об этом.

– Мои фото используют, и за это мне платят. Мы живем в мире, в котором очень многие пытаются вам навязать, каким нужно быть, как следует одеваться. Что касается меня, я всегда говорю, зачем мне создавать свой образ, если я – это я. Это мой образ, хотите ли вы этого или нет. Раньше я выражал себя на футбольном поле, теперь я выражаю себя во многих других вещах. Будьте собой.

Я был в разных ситуациях и вел в них себя так, как хотел, как считал нужным. И всегда буду так себя вести. Естественно, как мужик, потому что я – мужик… Нет, не просто мужик, я – Эрик Кантона [толпа взрывается аплодисментами].

Больше всего я стараюсь оставаться самим собой. Пытаюсь. Я считаю, что быть таким, каким тебя хочет видеть общество, легче всего. Они используют мой образ, платят за это. Они используют меня, но и я использую их. Важен сценарий, важен режиссер. Я хочу делать рекламу, но именно хорошую рекламу. Никогда не соглашусь на то, что мне не нравится, сколько бы ни заплатили. Конечно, мне нужны деньги, но делать что-то стоящее и гордиться собой – гораздо важнее.

Я – мужик… Нет, не просто мужик, я – Эрик Кантона

– Все мы смотрели «Эрик Кантона – главный по футболу». 50 миллионов просмотров.

– Может, даже больше. Мне это нравится. Говорю о футболе и исполняю роль. Это не я. Это «будто бы» я. Смесь моих эмоций. Мне очень, очень нравится быть частью этого. Возможно, потому, что это нравится мне, это нравится и другим людям. Это как игра в футбол: если вы этим наслаждаетесь, то и другие люди наслаждаются, наблюдая за вашей игрой.

– Насколько Вы были расстроены тем, что не выиграли Лигу чемпионов?

– Конечно, хотелось выиграть ее с «Юнайтед». У меня не получилось. Но мы пытались. Что-то выиграли, что-то проиграли.

– Похож ли на Вас Златан Ибрагимович?

– Он – великолепный игрок. Сильная личность. С таким классным игроком, надеюсь, мы многое выиграем. И, я уверен, он сыграет в этом огромную роль.

– Когда Вы говорили с сэром Алексом Фергюсоном в последний раз?

Мне не нравится говорить с людьми, когда я не вижу их глаз. Когда я пришел в «Юнайтед», мы разговаривали, но я не люблю говорить по телефону. То же самое относится и к моей семье, друзьям. Алекс Фергюсон – мой друг, но разговариваем мы нечасто.

manutd.one

Эрик Кантона

Если Манчестер Юнайтед это глыба мировой футбольной индустрии, то Эрику Кантона уготовлена в ней роль довольно приличного булыжника. Когда вспоминаешь выдающегося французского мастера, первое, что приходит на ум, его характер. Кантона не отличался ни мягкостью, ни способностью к адаптации. До появления в МЮ Эрик успел поиграть в Лидсе. Именно в его составе француз впервые покорил Британию, приведя не страдавший особой звездностью клуб к чемпионскому титулу в 1992 году. Потом пришла пора Манчестер Юнайтед. На добрые четыре с половиной сезона. С появлением француза МЮ вступил в золотую пору, выиграв четыре чемпионата из пяти. Эрик Кантона впервые появился в составе Манчестер Юнайтед в товарищеском матче против Бенфики, который проводился в честь 50-летия Эйсебио. Первую официальную встречу в майке Красных дьяволов в чемпионате Англии Кантона провел 6 декабря 1992 года, выйдя на замену в матче против Манчестер Сити. Свой первый гол за Манчестер Эрик забил 19 декабря 1992 года в матче против Челси на Стэмфорд Бридж Французский нападающий был признан лучшим игроком сезона Премьер лиги 1993-94 годов. Проблемы с дисциплиной продолжали преследовать француза за первый сезон он получил четыре красные карточки.

 

Следующий сезон был омрачен инцидентом, произошедшим 25 января 1995 года в гостевом матче против Кристал Пэлас. Во время матча игрок хозяев прихватил Кантона за футболку, на что француз ответил, ударив защитника Ричарда Шоу ногой, за что немедленно был удален с поля. Кантона был спровоцирован местным болельщиком, Эрик запрыгнул на трибуны и ударил болельщика ногой в стиле кун-фу, после чего добавил еще кулаками. Его приговорили к 120 часам исправительных работ за нападение на болельщика и дисквалифицировали на восемь месяцев от всех игр, выписав штраф в размере 10 тысяч фунтов. После этого случая многие говорили, что Кантона покинет Англию, но сэр Алекс Фергюсон убедил его остаться в клубе.

В финальном матче на Кубок Англии против Ливерпуля, Кантона забил победный гол. Француз стал первым иностранным футболистом, который поднял Кубок Англии в ранге капитана английского клуба. Кантона искупил свою вину за произошедший инцидент своей великолепной игрой. В конце сезона 1996/97, после поражения Манчестера от дортмундской Боруссии в полуфинале Лиги чемпионов, 30-летний Кантона объявил, что решил завершить футбольную карьеру. Эта новость шокировала болельщиков Юнайтед, для которых Эрик стал живой легендой. Последним официальным матчем француза за Манчестер Юнайтед стала встреча против Вест Хэма 11 мая 1997 года. Через пять дней, 16 мая, Кантона сыграл свой ​​прощальный матч, товарищескую встречу против Ковентри Сити, игра закончилась со счетом 2:2, Эрик забил все два мяча. Всего за свою карьеру в Манчестер Юнайтед Кантона забил 65 голов в Английской Премьер лиги, 11 голов в кубке Англии и 5 голов в лиге чемпионов. В Англии Кантона был возведен в ранг гения, во Франции же так и остался непонятым "плохим парнем"

sportoboi.ru

«Самое яркое воспоминание – когда я ударил ногой хулигана», сообщает Эрик Кантона - Футбол

Бывший нападающий «Манчестер Юнайтед» Эрик Кантона заявил, что самое яркое воспоминание о его карьере – это момент, когда он в 1995 году ударил ногой болельщика на трибуне, за что впоследствии был дисквалифицирован на несколько месяцев, и объяснил, почему он так считает.

«Какое воспоминание является для меня самым ярким? Когда я ударил ногой хулигана в матче с «Кристал Пэлас». Потому что такое люди не могут видеть каждый день. Думаю, что многие просто мечтают вот так взять и ударить кого-то из подобных людей. Так что я это сделал за них, пусть они будут довольны. Иногда люди ощущают слишком сильное давление. В своей работе, в делах... Они мечтают сделать что-то из ряда вон выходящее. Потому что это свобода.

Об этом эпизоде говорят, потому что люди, увидев этот момент, почувствовали что-то особенное. На физическом уровне. Это сильное чувство, но мне сложно объяснить, что я имею в виду.

Я видел много игроков, которые забивали голы. Болельщики знают, что это за чувство. Но вот это – когда футболист прыгает и бьет ногой кого-то... Точнее, не просто кого-то, а хулигана - такое не увидишь каждый день. Нет-нет, я не советую никому поступить так же. Это была ошибка. Но такова жизнь, таков я. У меня хватило сил вернуться после дисквалификации.

Я не люблю думать о прошлом, Предпочитаю отшучиваться. Я смотрю вперед. Поэтому я так ответил на вопрос о своем самом ярком воспоминании. Меня не волнует прошлое. Титулы, кубки – все это отличные воспоминания, но я предпочитаю не думать об этом. Я лучше буду думать о будущем, о новых амбициях, ставить перед собой новые цели, потому что лучше поступать именно так.

Понятия не имею, где мои медали. У меня дома нет ничего, даже футболок, в которых я играл. Я провел за сборную Франции 45 матчей. На каждую игру нам выдавали по две футболки. Получается 90 футболок. У меня не осталось ни одной. Я все раздал. Не хочу, чтобы у меня были вещи, которые заставляли бы меня думать о прошлом, чувствовать себя узником своих воспоминаний. Я предпочитаю быть свободным», – сказал Кантона в интервью ВВС.

www.sports.ru

«Я не ролевая модель и делаю то, что хочу». История одного удара Эрика Кантона

Футбол25 января 2015 00:49Источник: «Советский спорт»Автор: Шуваев Евгений

Ровно 20 лет назад в Лондоне нападающий «Манчестер Юнайтед» Эрик Кантона прямо по ходу игры ударил ногой оскорбившего его фаната «Кристал Пэлас». Sovsport.ru вспоминает тот нашумевший скандал во всех подробностях.

Ровно 20 лет назад в Лондоне нападающий «Манчестер Юнайтед»Эрик Кантона прямо по ходу игры ударил ногой оскорбившего его фаната «КристалПэлас». Sovsport.ru вспоминает тот нашумевшийскандал во всех подробностях.

Предыстория

25 января 1995 года. Среда. Матч очередного тура английскойпремьер-лиги «Кристал Пэлас» – «Манчестер Юнайтед». На трибунах миниатюрного «СелхерстПарк» всего 18 с лишним тысяч человек. Среди них генеральный менеджер «Интера»Паоло Таведжиа и владелец итальянского клуба Массимо Моратти. Они приехалипосмотреть в деле седьмого номера гостей. Эрика Кантона.

Они еще не знают, что впоследствии болельщики «МЮ» назовутфранцуза лучшим игроком в истории клуба. И они даже не представляют, что в этомматче случится главный скандал года во всем английском футболе.

Победа в Лондоне позволяла «красным дьяволам» возглавитьтурнирную таблицу, пусть и только по набранным очкам (у «Блэкберна» было дваматча в запасе). Сэр Алекс Фергюсон, так долго раскачивавший «Юнайтед»,готовился по окончании сезона взять третий подряд титул чемпиона страны. Игразакончилась со счетом 1:1. Вскоре после перерыва Дэвид Мэй вывел гостей вперед,но за десять минут до финального свистка Гарет Саутгейт принес лондонцам ничью.

«МЮ» в итоге отдаст лигу «Блэкберну». В последнем турекоманда Алекса Фергюсона не сумеет обыграть «Вест Хэм» (1:1), и поражение «Роверс»от «Ливерпуля» (1:2) не помешает тем стать чемпионами. 20 мая манкунианцы уступят«Эвертону» в финале Кубка Англии. Не лучшим образом сложится окончание сезона идля «Кристал Пэлас». Новичок премьер-лиги вернется во второй дивизион, ставлучшей среди четырех худших команд турнира.

Удаление

Кантона никогда не отличался спокойным нравом. За одинтолько предыдущий сезон ему трижды показывали красные карточки. В лондонскомматче персонально опекать француза было поручено Ричардо Шоу. Защитнику, не наделенномубольшим талантом, но компенсировавшему это старательностью и выдумкой. «Я игралпротив него ежедневно на тренировках и в курсе его манер. Он был что называется«стяну-с-тебя футболку-игроком». В отсутствие высокого роста он предпочиталподталкивать оппонента, провоцировать его, тянуть за форму, наступать наголеностоп. Между нами, девочками, Ричард и я часто вступали в стычки друг сдругом на тренировках», - вспоминает Иан Доуи, выступавший тогда за «КристалПэлас».

В перерыве, перед тем, как команды собирались покинутьподтрибунные помещения и выбежать на поле, Кантона встал недалеко от судьи АланаУилки и нарочито громко произнес: «Без желтых карточек». Алекс Фергюсон был болеепрямолинеен и обратился к арбитру: «Почему бы тебе, нахрен, просто не делать своюработу?!».

С начала второго тайма прошло ровно три минуты. ПетерШмейхель выбил мяч на половину поля хозяев, и когда Шоу попытался обработатьмяч, Кантона сопроводил эту попытку не совсем дружеским пинком. На эпизодобратил внимание боковой рефери Эдди Уолш. Именно он поднял флаг и объяснил затемУилки, что, собственно, случилось. Главный судья, как и просил Кантона, не сталпоказывать «горчичник», а сразу удалил того с поля.

Удар

«Я оказался не в то время не в том месте», -признавался болельщик «Кристал Пэлас» Мэттью Симмонс. Лучше и не скажешь. Но винить вэтом 20-летний фанат может только самого себя. Неведомая сила заставила егоспуститься с 11-го ряда трибун к самой кроме поля, чтобы пообщаться с удаленнымигроком соперника.

По версии самого Симмонса, он произнес: «Проваливай,Кантона, тебя ждет ранний душ!». У большинства очевидцев распространен другой,более жесткий вариант: «Пошел нах… обратно во Францию, ты, французский ублюдок!».

А дальше произошло это.


«Возможно, я осуществил мечту некоторых. Многие мечтаютнадрать задницу таким вот ребятам. Я это сделал. Так что все счастливы. Мне плевать на самом деле, я неролевая модель. Я лишь сделал то, что мне хотелось сделать. Думаю, чем большевы живите, тем сильнее убеждаетесь, что жизнь – это цирк», - сказал Кантона.

«Это не передается с помощью слов. Это то, как ты чувствуешьсебя в тот или иной момент», - отвечал он уже в другом интервью на вопрос, очем он думал, когда наносил удар фанату.

Последствия

Еще до того, как футбольным и не только властям Англии предстояло разобраться в эпизоде, всемусоставу «МЮ» светило посещение раздевалки после матча. «Я помню, как Эрик сиделв углу раздевалки c задумчивым видом. Нам сложно было подобрать слова, потомучто мы знали: последствия его поступка будут крайне суровы, - вспоминает защитник«МЮ» Гари Паллистер. - Мы все строили догадки, как же тренер обойдется с Эрикомпосле такого. Сэр Алекс никогда не включал фен при Эрике. Все пострадали отфена, кроме него. Нам было интересно, наступил ли, наконец, этот роковоймомент. Мы думали, что Ферги будет крушить все вокруг. Но он этого не сделал.Вообще мало что сказал в раздевалке. Мы не могли в это поверить!».

Позже выяснилось, что Алекс Фергюсон пропустил момент. «Я несмотрел на Кантона, когда тот покидал поле. Был сфокусирован на том, чтоперестроить команду тактически, на игру в меньшинстве. Когда я вернулся домой, мойсын Джейсон спросил: «Хочешь глянуть видео? Я записал матч». Я отказался и пошел спать. Сонне шел, около трех часов ночи я поднялся и включил видео. Это был настоящий шок»- приводит слова шотландского специалиста L’Equipe .

Федерация дисквалифицировала Эрика Кантона на восемьмесяцев. Суд признал его виновным в нанесении телесных повреждений, обязалвыплатить 20 тысяч фунтов штрафа и приговорил к двум неделям тюремного заключения.Позже наказание будет смягчено – вместо срока за решеткой французу дали 120 часовобщественных работ.

«Когда чайки преследуют лодку, они надеются, что оттуда вморе будут выброшены сардины», - таким был первый комментарий Кантона.

Ближайшее лето форвард проведет на предсезонных сборах «МЮ»в Малайзии и с семьей в Марселе, а также в отеле неподалеку от Манчестера,тренируясь с резервистами команды. В июле страницы газет пестрели фотографиямис контрольного матча против «Рочдейла». Кантонабыл на поле среди прочих. И хотя игра проходила не на все поле, продолжалась 73минуты и включала 16 замен, некоторым показалось, что француз нарушает условиябана. «Тот матч ничего не значил. В федерации сказали, что дисквалификацияраспространяется на всю футбольную деятельность. Что ж, таковой можно считать ипинание мяча в саду со своим ребенком», - ухмылялся Фергюсон.

Эрик Кантона вернется в строй в октябре. Это будет матчпротив «Ливерпуля» на «Олд Траффорд». Ставший еще чуть более легендарнымнападающий (он же нападавший) забьет гол и сделает результативную передачу. «МанчестерЮнайтед» выиграет чемпионат и Кубок Англии. Кантона станет лучшим бомбардиромкоманды. А по окончании следующего сезона в 30-летнем возрасте завершиткарьеру.

www.sovsport.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *