Интервью левандовского – Интервью, из-за которого у Левандовского теперь проблемыЖенские новости о главном

Новости

Интервью, из-за которого у Левандовского проблемы — Bundesvision — Блоги

Польский форвард «Баварии» Роберт Левандовски дал интервью изданию Der Spiegel, которое не было согласовано с «Баварией», и, кажется, сказал лишнего.

Председатель правления «Баварии» Карл-Хайнц Румменигге пригрозил: «Те, кто публично критикуют тренера, клуб или партнеров по команде, будут иметь дело со мной». А потом добавил: «Если он жалуется на наше азиатское турне, то его предполагаемый клуб мечты, «Реал», летом провел 24 дня в жаре – вдвое больше, чем мы. Мне жаль, что он сказал это. Уже не в первый раз Роберт плохо говорит о «Баварии». И я знаю, что за этими заявлениями стоит его агент Маик Бартель. Контракт Левандовского рассчитан до 2021 года и, к сожалению для него, в нем нет суммы отступных».

Ниже – полный перевод интервью Левандовского.

— Во вторник начинается Лига чемпионов. Для вас это единственный турнир, который вы все еще воспринимаете всерьез?

– Я еще не выигрывал этот титул, так что очевидно, что Лига чемпионов особо привлекательна. К тому же, меня все еще раздражает, что я с «Боруссией Дортмунд» проиграл в финале 2013 в Лондоне.

— Чувствуете ли вы себя неполноценным футболистом, потому что никогда не выигрывали в финале этого турнира?

– Конечно, я хочу когда-нибудь выиграть Лигу чемпионов. С другой стороны, я знаю, что этот турнир – лотерея. Возьмем, например, прошлый сезон. Мы были в очень хорошей форме, каждый из нас сильно хотел этот титул. Тогда я получил травму плеча, пропустил первый матч против «Реала». Еще мы не забили пенальти, и наша мечта была похоронена. На таком высоком уровне часто все зависит от мелочей, для такого титула все должно совпасть.

— Вы уже пять раз становились чемпионом Германии. Будет ли Бундеслига когда-нибудь скучной?

– Спортсмен топ-уровня всегда хочет быть лучшим. Ты выигрываешь титул, а потом ты сразу же хочешь доказать, что это было неслучайно. Потом ты становишься чемпионом второй раз и говоришь себе, что теперь за тобой все будут охотиться, и поэтому тебе надо стать еще лучше. И так это продолжается дальше. В этом сезоне наша цель ясна: еще ни один немецкий клуб не становился чемпионом 6 раз подряд, и мы можем войти в историю. Это большой стимул.

— В начале сезона многие критики упрекали вас в том, что у вас отсутствует мотивация, и вы выглядите расстроенным.

– Это связано прежде всего с матчами во время нашего тура по Азии. Возможно, эта критика была даже оправданной. Я должен признаться, что этим летом мне на самом деле было сложно мотивировать себя.

— В чем же причина этого?

– Я уже несколько лет играю в трехдневном ритме без больших перерывов. Это большое напряжение, особенно для мозгов. Поэтому для меня очень важна хорошая подготовка к сезону. В ней лежит основа моей работы в течение сезона, когда мои мозги устают.

— А в Азии что-то пошло не так?

– Мы сыграли там очень много матчей. В таких условиях тебе, как профессионалу, нужно решать: я хочу выкладываться на полную в этих играх или работать на оставшихся тренировках так, чтобы быть в форме следующей весной, когда будут разыгрываться титулы сезона. Я не могу тренировать свою выносливость и развивать силу в течение сезона, для этого нет времени между многичесленными матчами.

– И что же вы решили?

– Мы, спортсмены, страдаем от постоянного перенапряжения. Это следствие плотного графика и возрастающего темпа игры. Единственная возможность защитить себя от получения серьезных травм – это, помимо хорошего питания и достаточного восстановления, эффективная тренировка в свободных от матчей периодах зимой и летом. Очевидно, что в Азии я был сосредоточен на тренировках. Большое количество товарищеских матчей не пойдет мне на пользу, если в декабре спустя три дня после матча против «Реала» в Лиге чемпионов я должен ехать играть в снегопад во Фрайбурге.

— Для этого у вас нет мотивации?

– «Фрайбург» – это просто пример. Вы можете назвать и другую команду, которая, как правило, не борется за чемпионство. Они играют против нас с 10 игроками в своей штрафной. Пять защитников вокруг, которые преследуют меня, и нет места, чтобы развернуться. Если я устал от еврокубковых матчей, стадион забит, и самое лучшее для болельщиков соперника – освистать игроков «Баварии», то я действительно должен упорно тренироваться для того, чтобы показать лучший результат в этот момент.

— Как вы готовитесь к таким матчам?

– Многие годы у меня действует следующая формула: если мои мозги устали, мое тело должно функционировать на 100%, чтобы я не получил травму. Если я в форме, то я полностью могу положиться на работу моего тела.

— Есть ли у вас определенные приемы, помогающие мотивировать себя?

– Например, перед матчем я иногда представляю, что в этот раз я хочу забить гол, и мяч полетит прямо в угол. Или я планирую, что сделаю определенный прием в время какого-либо единоборства, идеальное забегание или пас, который я уже давно отрабатывал.

— Звучит так, как будто некоторые матчи в Бундеслиге для вас больше тренировка, нежели соревнование. Говорит ли это о качестве Бундеслиги?

– Я знаю, что сейчас это не всем понравится, что Бундеслиге нужно больше таких команд, как РБ Лейпциг. Сильные команды вынуждают нас инвестировать еще больше. Бундеслига не может доминировать из-за одной команды, даже борьба на вершине слишком мала. Нам нужно 4-5 команд, которые постоянно играют на высоком уровне. Эта конкуренция помогла бы нам в «Баварии» сохранять концентрацию до конца сезона. Сильная лига стимулировала бы коммерциализацию.

Расходы клубов на игроков в сезоне 2017/18.

— Коммерциализацию?

– Если у тебя больше топ-матчей, то, соответственно, больше шоу, шумихи и трансляций по всему миру. Болельщики хотят видеть больше знаковых матчей, звезд лиги и битв за чемпионство. Это сделало бы Бундеслигу интереснее для зарубежных зрителей. Наверно, даже больше, чем множество поездок в Азию или Америку.

— Руководство Бундеслиги было за эти поездки.

– Я скептически отношусь к таким поездкам за рубеж. Не только из-за высокого напряжения во время важных тренировочных периодов, но и потому, что я не уверен, что они приносят большую пользу маркетингу. Хотя бы по одной простой причине: язык.

— Немецкий – это недостаток?

– Да, особенно по сравнению с АПЛ и Ла Лигой. На английском и испанском говорят во многих странах мира, на немецком – нет. Большая часть населения уже только поэтому смотрит испанскую или английскую лигу. Телевидение реагирует на пожелания своих зрителей и работает прежде всего с лигами, чей язык они понимают.

— Как Бундеслига может удержаться в этом рынке?

– Для этого руководству нужно много работать. Но в итоге речь идет только об успехах на международной арене и покупке топ-игроков. Болельщики всегда хотят видеть лучших и отдают за это деньги.

— Но на данный момент суперзвезды переезжают скорее в Англию и Испанию.

– До сегодняшнего дня «Бавария» платила за игроков не больше 40 млн евро. В футболе эта сумма уже давно средняя, а не самая большая. За прошедшие годы не было такого роста вместе с рынком, как у «Реала» или «Манчестера». И теперь отставание от максимальных сумм огромное.

— Ули Хенесс сказал, что он не хочет присоединяться к трансферному безумию.

– Деньги – важный, если не единственный, фактор, который необходим для получения топ-игроков. Спортивные перспективы, команда, город и окружение, конечно, тоже важны. «Бавария» должна что-то придумать и быть креативной, если клуб и дальше хочет привлекать игроков мирового класса в Мюнхен. И если ты хочешь всегда быть впереди, нужно, чтобы эти игроки были высокого качества. Потому что такие звезды помогают своим коллегам стать лучше. Высокая конкуренция в команде помогает выжать из себя последний один или два процента.

— В «Баварии» имеет значение не только сумма отступных, но и зарплата игроков. Что бы случилось, если бы «Бавария», как якобы было запланировано, купила Санчеса у «Арсенала» и платила ему 25 млн в год?

– Наверно, тогда парочка из нас, игроков, пошла бы к руководству и попросила повышения зарплаты. Потому что такая большая разница в заплатной ведомости команды может быть опасной и приведет к зависти и плохому отношению к коллегам.

— Кажется, «ПСЖ» это доставляет меньше проблем. Клуб купил Неймара за 222 млн евро и сделал его самым оплачиваемым игроком в команде.

– Одним из первых слов, которое я, поляк, выучил в Германии, было слово «Ordnung» (порядок). Везде должен быть свой порядок. Прежде всего – в бухгалтерии, в финансах. Поэтому я думаю, что трансфер, подобный переходу Неймара, в Германии был бы невозможен.

— Особенно критикуют большие суммы отступных. Что вы об этом думаете?

– Наверно, здесь я реалист, поэтому мне сложно возмущаться такими суммами. Есть клуб, который готов платить такие деньги, таков новый рынок, и теперь все должны с этим смириться и искать решения. Из-за того, что все больше людей будет инвестировать все больше денег в футбол, в ближайшие годы мы увидим еще много таких сделок.

— УЕФА несколько лет назад ввел финансовый фейр-плей, чтобы клубы не тратили денег больше, чем они зарабатывают. Но эта попытка уменьшить число трансферных эксцессов едва ли удалась. Футбол на высоком уровне невозможно регулировать?

– Футбол – это чистый капитализм. Каждый хочет зарабатывать деньги в этой отрасли. В этом нет ничего плохого, так работает все наше западное общество. Тем не менее футбольные ассоциации должны сформулировать правила для того, чтобы рынок окончательно не вышел из-под контроля. Если 4-5 команд постоянно выигрывают все титулы, потому что там играют все лучшие игроки, то, наверно, интерес к футболу у нормальных болельщиков будет понижаться. Это был бы самый большой ущерб футболу.

— Как вы думаете, могут ли футбольные союзы ввести такие правила?

– На практике это будет очень сложно. В «ПСЖ», «Челси», «Манчестере» и других клубах с инвесторами работают профессионалы с очень хорошими адвокатами. Каждая лазейка, которая появится, будет ими использована для того, чтобы клуб обеспечил себе преимущество. УЕФА должен проверить громкие трансферы этого лета и работать вместе с ФИФА над тем, чтобы закрыть лазейки в  правилах.

— В групповом этапе Лиги чемпионов вы встретитесь с «ПСЖ». Повредят ли турниру такие мегатрансферы, как переход Неймара или Килиана Мбаппе?

– Как игрок ты не думаешь об этом. Ты на поле, ты хочешь всегда соревноваться с лучшими из лучших. «ПСЖ» обеспечил себя составом мирового класса. Но будет ли это команда мирового класса, мы еще посмотрим. У Баварии сыгранная команда, мы уже многое пережили вместе. Я уверен, что мы можем выстоять против «ПСЖ». К счастью, в футболе не всегда выигрывают те, у кого больше денег.

— Усман Дембеле, Филиппе Коутиньо, Мбаппе – это трансферное окно показало, что верность своему клубу в футболе больше не играет никакой роли. Контракты тоже обесценились?

– Нужно перестать говорить о профессиональном футболе с такими эмоциями. Верность – прекрасное слово, великолепное романтичное представление, и она важна в личной жизни. Но в спорте другие параметры: успех и деньги. Эти два компонента, ничто другое, решают все, когда речь идет о трансфере.

— Значит, это справедливо, когда игрок выпытывает трансфер, устраивая забастовку?

– Забастовка – самый плохой из всех методов, подобное не происходит в по-настоящему лучших клубах. Игрок, который делает что-то такое, предает общество, и оно ему этого не простит. Это огромный риск для игрока, потому что он не сможет избавиться от такой репутации. Но такие забастовки для меня только симптом, причина проблемы кроется в чем-то другом.

— А именно?

– Соотношение сил в футболе за последние годы сильно изменилось, и оно в пользу игроков. Если игрок на самом деле хочет перейти в другой клуб, то он, как правило, сможет это осуществить. Поэтому я одобрил бы, если футбольные союзы обязали бы прописывать в контрактах фиксированные суммы отступных. Тогда можно было бы подумать о различных моделях: у клубов побогаче, помимо фиксированных отступных, была бы, например, доплата за честную игру в размере 20%, а клубы беднее могли бы платить меньше за игрока, если он решил к ним перейти.

— Вы думаете, что с такой концепцией было бы больше справедливости?

– Так можно было бы перераспределять деньги в футболе. Кроме того, такая модель защитила бы не только клубы от возможных забастовок игроков, но и игроков от деградации. Потому что мы часто говорим о неправильном поведении игроков. Но за свою карьеру я часто сталкивался с тем, что клуб мог причинить игроку, когда он хотел его продать. Тренировка с резервной командой в таком случае часто была одной из самых мягких форм сортировки.

— Но ваша модель не защитит футбол от его превращения в чистый бизнес.

– В будущем в футбол будет вливаться еще больше денег, чем мы сейчас можем представить. Не имеет значения, в какую точку земного шара я приеду, люди там смотрят футбол. И именно эта страсть, эта эмоциональность болельщиков приводит к тому, что все больше инвесторов будет приходить на рынок. Благодаря футболу они добираются до молодых и пожилых людей, мужчин, женщин и детей, которые хотят выразить свою любовь к команде, покупая символику клуба и билеты на матч, подписки на каналы или приобретая акции. Шансы получить доход в футболе выше, чем где-либо еще.

— За последнее время прошло много демонстраций болельщиков против коммерциализации футбола. Они жалуются, что футбол слишком отдалился от них.

– То, что сейчас происходит в футболе, это тонкая грань между региональностью и глобализацией. Ты должен расти как клуб, как лига, если хочешь и дальше быть на одном уровне с иностранными клубами и союзами. И это проводит нас к важному вопросу: какая целевая аудитория у клуба? Она живет в Мюнхене, Азии или Америке? Решение этого конфликта сейчас – один из самых больших вызовов для клубов. Очевидно, что это приведет к разочарованию тех, кто уже несколько десятилетий поддерживает клуб. Эти люди не должны получить ощущение, что ими воспользовались.

— Как футбол должен решить эту дилемму?

– Руководители должны установить границы дозволенного. Нужны ли нам камеры на бокалах пива, как это было на нашем праздновании чемпионства после матча с «Фрайбургом»? Должен ли сейчас наш пивной душ превратиться в маркетинговое событие? Чемпионство – очень эмоциональный момент, и он должен всегда быть аутентичным. Я понимаю болельщиков, которых это разозлило. Нужен ли нам концерт между таймами в перерыве финала Кубка Германии? Возможно. Многие смотрят Супербоул в США в том числе из-за этого огромного шоу, которое проходит во время игры.

— Будет ли футбол когда-нибудь только шоу?

– Игра всегда будет самой важной составляющей. Но время вокруг этих 90 минут станет, наверно, больше похожим на голливудский фильм. Это развитие уже не остановить.

Источник: Der Spiegel

При копировании указывать ссылку на блог.

Фото: Global Look Press/imago sportfotodienst

www.sports.ru

Интервью, из-за которого у Левандовского проблемы — Футбольное поле — Блоги

Польский форвард «Баварии» Роберт Левандовски дал интервью изданию Der Spiegel, которое не было согласовано с «Баварией», и, кажется, сказал лишнего.

Председатель правления «Баварии» Карл-Хайнц Румменигге пригрозил: «Те, кто публично критикуют тренера, клуб или партнеров по команде, будут иметь дело со мной». А потом добавил: «Если он жалуется на наше азиатское турне, то его предполагаемый клуб мечты, «Реал», летом провел 24 дня в жаре – вдвое больше, чем мы. Мне жаль, что он сказал это. Уже не в первый раз Роберт плохо говорит о «Баварии». И я знаю, что за этими заявлениями стоит его агент Маик Бартель. Контракт Левандовского рассчитан до 2021 года и, к сожалению для него, в нем нет суммы отступных».

Ниже – полный перевод интервью Левандовского.

— Во вторник начинается Лига чемпионов. Для вас это единственный турнир, который вы все еще воспринимаете всерьез?

– Я еще не выигрывал этот титул, так что очевидно, что Лига чемпионов особо привлекательна. К тому же, меня все еще раздражает, что я с «Боруссией Дортмунд» проиграл в финале 2013 в Лондоне.

— Чувствуете ли вы себя неполноценным футболистом, потому что никогда не выигрывали в финале этого турнира?

– Конечно, я хочу когда-нибудь выиграть Лигу чемпионов. С другой стороны, я знаю, что этот турнир – лотерея. Возьмем, например, прошлый сезон. Мы были в очень хорошей форме, каждый из нас сильно хотел этот титул. Тогда я получил травму плеча, пропустил первый матч против «Реала». Еще мы не забили пенальти, и наша мечта была похоронена. На таком высоком уровне часто все зависит от мелочей, для такого титула все должно совпасть.

— Вы уже пять раз становились чемпионом Германии. Будет ли Бундеслига когда-нибудь скучной?

– Спортсмен топ-уровня всегда хочет быть лучшим. Ты выигрываешь титул, а потом ты сразу же хочешь доказать, что это было неслучайно. Потом ты становишься чемпионом второй раз и говоришь себе, что теперь за тобой все будут охотиться, и поэтому тебе надо стать еще лучше. И так это продолжается дальше. В этом сезоне наша цель ясна: еще ни один немецкий клуб не становился чемпионом 6 раз подряд, и мы можем войти в историю. Это большой стимул.

— В начале сезона многие критики упрекали вас в том, что у вас отсутствует мотивация, и вы выглядите расстроенным.

– Это связано прежде всего с матчами во время нашего тура по Азии. Возможно, эта критика была даже оправданной. Я должен признаться, что этим летом мне на самом деле было сложно мотивировать себя.

— В чем же причина этого?

– Я уже несколько лет играю в трехдневном ритме без больших перерывов. Это большое напряжение, особенно для мозгов. Поэтому для меня очень важна хорошая подготовка к сезону. В ней лежит основа моей работы в течение сезона, когда мои мозги устают.

— А в Азии что-то пошло не так?

– Мы сыграли там очень много матчей. В таких условиях тебе, как профессионалу, нужно решать: я хочу выкладываться на полную в этих играх или работать на оставшихся тренировках так, чтобы быть в форме следующей весной, когда будут разыгрываться титулы сезона. Я не могу тренировать свою выносливость и развивать силу в течение сезона, для этого нет времени между многичесленными матчами.

– И что же вы решили?

– Мы, спортсмены, страдаем от постоянного перенапряжения. Это следствие плотного графика и возрастающего темпа игры. Единственная возможность защитить себя от получения серьезных травм – это, помимо хорошего питания и достаточного восстановления, эффективная тренировка в свободных от матчей периодах зимой и летом. Очевидно, что в Азии я был сосредоточен на тренировках. Большое количество товарищеских матчей не пойдет мне на пользу, если в декабре спустя три дня после матча против «Реала» в Лиге чемпионов я должен ехать играть в снегопад во Фрайбурге.

— Для этого у вас нет мотивации?

– «Фрайбург» – это просто пример. Вы можете назвать и другую команду, которая, как правило, не борется за чемпионство. Они играют против нас с 10 игроками в своей штрафной. Пять защитников вокруг, которые преследуют меня, и нет места, чтобы развернуться. Если я устал от еврокубковых матчей, стадион забит, и самое лучшее для болельщиков соперника – освистать игроков «Баварии», то я действительно должен упорно тренироваться для того, чтобы показать лучший результат в этот момент.

— Как вы готовитесь к таким матчам?

– Многие годы у меня действует следующая формула: если мои мозги устали, мое тело должно функционировать на 100%, чтобы я не получил травму. Если я в форме, то я полностью могу положиться на работу моего тела.

— Есть ли у вас определенные приемы, помогающие мотивировать себя?

– Например, перед матчем я иногда представляю, что в этот раз я хочу забить гол, и мяч полетит прямо в угол. Или я планирую, что сделаю определенный прием в время какого-либо единоборства, идеальное забегание или пас, который я уже давно отрабатывал.

— Звучит так, как будто некоторые матчи в Бундеслиге для вас больше тренировка, нежели соревнование. Говорит ли это о качестве Бундеслиги?

– Я знаю, что сейчас это не всем понравится, что Бундеслиге нужно больше таких команд, как РБ Лейпциг. Сильные команды вынуждают нас инвестировать еще больше. Бундеслига не может доминировать из-за одной команды, даже борьба на вершине слишком мала. Нам нужно 4-5 команд, которые постоянно играют на высоком уровне. Эта конкуренция помогла бы нам в «Баварии» сохранять концентрацию до конца сезона. Сильная лига стимулировала бы коммерциализацию.

Расходы клубов на игроков в сезоне 2017/18.

— Коммерциализацию?

– Если у тебя больше топ-матчей, то, соответственно, больше шоу, шумихи и трансляций по всему миру. Болельщики хотят видеть больше знаковых матчей, звезд лиги и битв за чемпионство. Это сделало бы Бундеслигу интереснее для зарубежных зрителей. Наверно, даже больше, чем множество поездок в Азию или Америку.

— Руководство Бундеслиги было за эти поездки.

– Я скептически отношусь к таким поездкам за рубеж. Не только из-за высокого напряжения во время важных тренировочных периодов, но и потому, что я не уверен, что они приносят большую пользу маркетингу. Хотя бы по одной простой причине: язык.

— Немецкий – это недостаток?

– Да, особенно по сравнению с АПЛ и Ла Лигой. На английском и испанском говорят во многих странах мира, на немецком – нет. Большая часть населения уже только поэтому смотрит испанскую или английскую лигу. Телевидение реагирует на пожелания своих зрителей и работает прежде всего с лигами, чей язык они понимают.

— Как Бундеслига может удержаться в этом рынке?

– Для этого руководству нужно много работать. Но в итоге речь идет только об успехах на международной арене и покупке топ-игроков. Болельщики всегда хотят видеть лучших и отдают за это деньги.

— Но на данный момент суперзвезды переезжают скорее в Англию и Испанию.

– До сегодняшнего дня «Бавария» платила за игроков не больше 40 млн евро. В футболе эта сумма уже давно средняя, а не самая большая. За прошедшие годы не было такого роста вместе с рынком, как у «Реала» или «Манчестера». И теперь отставание от максимальных сумм огромное.

— Ули Хенесс сказал, что он не хочет присоединяться к трансферному безумию.

– Деньги – важный, если не единственный, фактор, который необходим для получения топ-игроков. Спортивные перспективы, команда, город и окружение, конечно, тоже важны. «Бавария» должна что-то придумать и быть креативной, если клуб и дальше хочет привлекать игроков мирового класса в Мюнхен. И если ты хочешь всегда быть впереди, нужно, чтобы эти игроки были высокого качества. Потому что такие звезды помогают своим коллегам стать лучше. Высокая конкуренция в команде помогает выжать из себя последний один или два процента.

— В «Баварии» имеет значение не только сумма отступных, но и зарплата игроков. Что бы случилось, если бы «Бавария», как якобы было запланировано, купила Санчеса у «Арсенала» и платила ему 25 млн в год?

– Наверно тогда парочка из нас, игроков, пошла бы к руководству и попросила повышения зарплаты. Потому что такая большая разница в заплатной ведомости команды может быть опасной и приведет к зависти и плохому отношению к коллегам.

— Кажется, «ПСЖ» это доставляет меньше проблем. Клуб купил Неймара за 222 млн евро и сделал его самым оплачиваемым игроком в команде.

– Одним из первых слов, которое я, поляк, выучил в Германии, было слово «Ordnung» (порядок). Везде должен быть свой порядок. Прежде всего – в бухгалтерии, в финансах. Поэтому я думаю, что трансфер, подобный переходу Неймара, в Германии был бы невозможен.

— Особенно критикуют большие суммы отступных. Что вы об этом думаете?

– Наверно, здесь я реалист, поэтому мне сложно возмущаться такими суммами. Есть клуб, который готов платить такие деньги, таков новый рынок, и теперь все должны с этим смириться и искать решения. Из-за того, что все больше людей будет инвестировать все больше денег в футбол, в ближайшие годы мы увидим еще много таких сделок.

— УЕФА несколько лет назад ввел финансовый фейр-плей, чтобы клубы не тратили денег больше, чем они зарабатывают. Но эта попытка уменьшить число трансферных эксцессов едва ли удалась. Футбол на высоком уровне невозможно регулировать?

– Футбол – это чистый капитализм. Каждый хочет зарабатывать деньги в этой отрасли. В этом нет ничего плохого, так работает все наше западное общество. Тем не менее футбольные ассоциации должны сформулировать правила для того, чтобы рынок окончательно не вышел из-под контроля. Если 4-5 команд постоянно выигрывают все титулы, потому что там играют все лучшие игроки, то, наверно, интерес к футболу у нормальных болельщиков будет понижаться. Это был бы самый большой ущерб футболу.

— Как вы думаете, могут ли футбольные союзы ввести такие правила?

– На практике это будет очень сложно. В «ПСЖ», «Челси», «Манчестере» и других клубах с инвесторами работают профессионалы с очень хорошими адвокатами. Каждая лазейка, которая появится, будет ими использована для того, чтобы клуб обеспечил себе преимущество. УЕФА должен проверить громкие трансферы этого лета и работать вместе с ФИФА над тем, чтобы закрыть лазейки в  правилах.

— В групповом этапе Лиги чемпионов вы встретитесь с «ПСЖ». Повредят ли турниру такие мегатрансферы, как переход Неймара или Килиана Мбаппе?

– Как игрок ты не думаешь об этом. Ты на поле, ты хочешь всегда соревноваться с лучшими из лучших. «ПСЖ» обеспечил себя составом мирового класса. Но будет ли это команда мирового класса, мы еще посмотрим. У Баварии сыгранная команда, мы уже многое пережили вместе. Я уверен, что мы можем выстоять против «ПСЖ». К счастью, в футболе не всегда выигрывают те, у кого больше денег.

— Усман Дембеле, Филиппе Коутиньо, Мбаппе – это трансферное окно показало, что верность своему клубу в футболе больше не играет никакой роли. Контракты тоже обесценились?

– Нужно перестать говорить о профессиональном футболе с такими эмоциями. Верность – прекрасное слово, великолепное романтичное представление, и она важна в личной жизни. Но в спорте другие параметры: успех и деньги. Эти два компонента, ничто другое, решают все, когда речь идет о трансфере.

— Значит, это справедливо, когда игрок выпытывает трансфер, устраивая забастовку?

– Забастовка – самый плохой из всех методов, подобное не происходит в по-настоящему лучших клубах. Игрок, который делает что-то такое, предает общество, и оно ему этого не простит. Это огромный риск для игрока, потому что он не сможет избавиться от такой репутации. Но такие забастовки для меня только симптом, причина проблемы кроется в чем-то другом.

— А именно?

– Соотношение сил в футболе за последние годы сильно изменилось, и оно в пользу игроков. Если игрок на самом деле хочет перейти в другой клуб, то он, как правило, сможет это осуществить. Поэтому я одобрил бы, если футбольные союзы обязали бы прописывать в контрактах фиксированные суммы отступных. Тогда можно было бы подумать о различных моделях: у клубов побогаче, помимо фиксированных отступных, была бы, например, доплата за честную игру в размере 20%, а клубы беднее могли бы платить меньше за игрока, если он решил к ним перейти.

— Вы думаете, что с такой концепцией было бы больше справедливости?

– Так можно было бы перераспределять деньги в футболе. Кроме того, такая модель защитила бы не только клубы от возможных забастовок игроков, но и игроков от деградации. Потому что мы часто говорим о неправильном поведении игроков. Но за свою карьеру я часто сталкивался с тем, что клуб мог причинить игроку, когда он хотел его продать. Тренировка с резервной командой в таком случае часто была одной из самых мягких форм сортировки.

— Но ваша модель не защитит футбол от его превращения в чистый бизнес.

– В будущем в футбол будет вливаться еще больше денег, чем мы сейчас можем представить. Не имеет значения, в какую точку земного шара я приеду, люди там смотрят футбол. И именно эта страсть, эта эмоциональность болельщиков приводит к тому, что все больше инвесторов будет приходить на рынок. Благодаря футболу они добираются до молодых и пожилых людей, мужчин, женщин и детей, которые хотят выразить свою любовь к команде, покупая символику клуба и билеты на матч, подписки на каналы или приобретая акции. Шансы получить доход в футболе выше, чем где-либо еще.

— За последнее время прошло много демонстраций болельщиков против коммерциализации футбола. Они жалуются, что футбол слишком отдалился от них.

– То, что сейчас происходит в футболе, это тонкая грань между региональностью и глобализацией. Ты должен расти как клуб, как лига, если хочешь и дальше быть на одном уровне с иностранными клубами и союзами. И это проводит нас к важному вопросу: какая целевая аудитория у клуба? Она живет в Мюнхене, Азии или Америке? Решение этого конфликта сейчас – один из самых больших вызовов для клубов. Очевидно, что это приведет к разочарованию тех, кто уже несколько десятилетий поддерживает клуб. Эти люди не должны получить ощущение, что ими воспользовались.

— Как футбол должен решить эту дилемму?

– Руководители должны установить границы дозволенного. Нужны ли нам камеры на бокалах пива, как это было на нашем праздновании чемпионства после матча с «Фрайбургом»? Должен ли сейчас наш пивной душ превратиться в маркетинговое событие? Чемпионство – очень эмоциональный момент, и он должен всегда быть аутентичным. Я понимаю болельщиков, которых это разозлило. Нужен ли нам концерт между таймами в перерыве финала Кубка Германии? Возможно. Многие смотрят Супербоул в США в том числе из-за этого огромного шоу, которое проходит во время игры.

— Будет ли футбол когда-нибудь только шоу?

– Игра всегда будет самой важной составляющей. Но время вокруг этих 90 минут станет, наверно, больше похожим на голливудский фильм. Это развитие уже не остановить.

Источник: Der Spiegel

При копировании указывать ссылку на блог.

Фото: Global Look Press/imago sportfotodienst

by.tribuna.com

Портрет Роберта Левандовского — Чемпионат

Выходец из спортивной семьи

Любовь к спорту Левандовски впитал с молоком матери – в спортивной семье не стоял вопрос, кем Роберт станет в будущем. Его отец Кшиштоф успел и поиграть в футбол во второй лиге Польши, и стать чемпионом страны по дзюдо, а мать Ивона сделала себе хорошую репутацию в волейболе. Роберт тоже с детства был активным, спортивным ребёнком, но поначалу его родители не знали, в какую секцию его отдать. Роберту помог отец, тренировавший детскую команду «Партизан» в родном Лешно. Под крылом отца Левандовски-младший потренировался год, после чего стал заниматься в столичной «Варсовии». Асфальтовое покрытие, песок, полное отсутствие травы, неотапливаемые помещения, незакрывающиеся окна раздевалок – в таких условиях рос будущий бомбардир.

Повзрослев и возмужав, Роберт решил создать свою спортивную семью. И связал свою жизнь с польской каратисткой Анной Стачерской, которая не только охраняет домашний очаг, но и помогает мужу делать свою карьеру. Один из советов помог Левандовскому сохранять боевой тонус: «Однажды моя жена сказала мне – попробуй есть поменьше сладостей и пить меньше молока. Я попробовал и на самом деле стал чувствовать себя лучше. Казалось бы, мелочь, но она сыграла большую роль». В Польше Роберта и Анну называют «своими Бекхэмами» – за медийность, склонность постоянно эпатировать публику.

«Дерево»

Весной 2008 года о Роберте Левандовском только-только начали говорить в Польше. Не по годам высокий и техничный нападающий поставил на поток голы в команде «Знич» из второй лиги, где многие игроки совмещали футбол с занятиями в школе и университете. О Левандовском стали говорить, а в Прушкув стали ездить скауты польских топ-команд.

Однажды на матче «Знича» в Гливице Роберта решили просмотреть скаут «Леха» и главный тренер Франтишек Смуда. Просидев на стадионе 15 минут, он сказал разведчику: «Ты должен мне денег на бензин. Если бы я хотел посмотреть на деревья, я бы съездил в лес».

Правда, после нескольких матчей «Знича» мнение Смуды о Роберте поменялось, и летом того же года Левандовски подписал контракт с «Лехом». Переезд в Познань давался ему тяжело – он надеялся стать игроком «Легии», за которую болел с детства. Но под крылом Франтишека Жмуды Левандовски пережил громадный скачок. Летом 2008-го он помог «Леху» выйти в Кубок УЕФА, получил от польского журнала Pilka Nozna награду «Прогресс года», а год спустя – звание лучшего футболиста страны. Кто знает, как сложилась бы карьера Роберта, не окажись он на Булгарской улице в Познани?

Четыре года в Дортмунде

Спустя два года после того, как Франтишек Жмуда называл будущую звезду «деревом», в Познани стали стабильно появляться скауты различных клубов Европы. Ежедневно Роберта стали отправлять на новое место работы – то в Блэкберн, то в Роттердам, то в Геную. Однако Левандовски, очаровавшись после разговора с Юргеном Клоппом, выбрал дортмундскую «Боруссию». Правда, первый сезон в Бундеслиге у Роберта ушёл на адаптацию. «Боруссия» выиграла «серебряную салатницу», а Клопп почти весь сезон играл с Лукасом Барриосом на острие. Левандовски же выходил всего на 15-20 минут. Правда, были у него и помощники – Лукаш Пищек и Якуб Блащиковски, с которыми Роберт со временем сдружился.

На второй сезон в Дортмунде Левандовски заявил о себе в полный голос, вытеснив из состава Лукаса Барриоса. А год спустя Роберт вырос в звезду европейского футбола. Имя ему сделал покер в ворота мадридского «Реала» в полуфинале Лиги чемпионов – ни от кого «сливочные» столько не пропускали. Юрген Клопп и «Вестфаленштадион» души не чаяли в польском нападающем, но, как известно, все дороги в немецком футболе ведут в «Баварию». Где Левандовски и оказался прошлым летом.

Однако в Дортмунде не держат зла на поляка, который всегда отдавал свои силы «Боруссии». В последнем матче на «Вестфалене» его проводили овацией, а Клопп назвал Роберта «великим игроком для Дортмунда». Они и сейчас периодически встречаются и созваниваются – правда, с назначением Клоппа в «Ливерпуле» встреч между ними станет меньше.

Бомбардирские рекорды

Откровенно говоря, своей игрой в 2015 году Роберт Левандовски заслужил «Золотой мяч» – если отбросить триумф «Барселоны» в Лиге чемпионов, если отбросить, как Криштиану Роналду унижает «Гранаду» и «Эспаньол». Нынешний календарный год – лучший в карьере Роберта. Уже в июне Левандовски, играя за сборную Польши, сделал хет-трик в ворота Грузии за четыре минуты. Тогда Роберт «скромно» высказывался: «Наверное, этот хет-трик – самый быстрый в истории. Не знаю, кто его может повторить».

Этой осенью Левандовски раззабивался так, что вся Европа говорит именно о нём, а не о Роналду и Месси. Пять голов в ворота «Вольфсбурга» за девять минут стали сильнейшей психологической подпиткой для Роберта. С тех пор он превратился в настоящего киллера – два гола «Майнцу», три загребскому «Динамо», два Дортмунду…

Вчера Левандовски вновь оформил дубль, уже в футболке сборной Польши. И это больше, чем просто очередные два мяча – благодаря подвигу Роберта «белые орлы» ушли от поражения в Шотландии и сохранили за собой второе место в группе. А сам Левандовски укрепил лидерство в списке бомбардиров отборочного цикла с 12 мячами. И ведь, быть может, эта сумасшедшая форма – ещё не всё, на что способен Роберт…

Страсть к вертолётам

Многие футболисты проводят отпуска в экзотичных местах, где можно понежиться на солнышке и ни о чём не думать. Однако Роберт предпочитает отдыхать со своей женой Анной на родине, в деревне Станцлево. Правда, этим летом Левандовски в отпуске напомнил, как хорошо быть футболистом. Ему нужно было купить хлеб, а ближайшая булочная находилась в 30 километрах от дома. Кто-нибудь захотел бы вдавить педаль газа в пол и заехать за хлебом на автомобиле. Роберт пошёл другим путём – и арендовал вертолёт. Немецкие журналисты подсчитали, что буханочка обошлась Левандовскому в 5 тыс. евро.

Левандовски вообще любит полетать – однажды он не успевал на интервью на Aktuelle Sportstudio, застряв в пробке. И решил заказать вертолёт, чтобы прилететь вовремя. Заказал, взлетел в небо, но так и не успел в студию.

www.championat.com

Интервью, из-за которого у Левандовского проблемы

Польский форвард «Баварии» Роберт Левандовски дал интервью изданию Der Spiegel, которое не было согласовано с «Баварией», и, кажется, сказал лишнего.

Председатель правления «Баварии» Карл-Хайнц Румменигге пригрозил: «Те, кто публично критикуют тренера, клуб или партнеров по команде, будут иметь дело со мной». А потом добавил: «Если он жалуется на наше азиатское турне, то его предполагаемый клуб мечты, «Реал», летом провел 24 дня в жаре – вдвое больше, чем мы. Мне жаль, что он сказал это. Уже не в первый раз Роберт плохо говорит о «Баварии». И я знаю, что за этими заявлениями стоит его агент Маик Бартель. Контракт Левандовского рассчитан до 2021 года и, к сожалению для него, в нем нет суммы отступных».

Ниже – полный перевод интервью Левандовского.

— Во вторник начинается Лига чемпионов. Для вас это единственный турнир, который вы все еще воспринимаете всерьез?

– Я еще не выигрывал этот титул, так что очевидно, что Лига чемпионов особо привлекательна. К тому же, меня все еще раздражает, что я с «Боруссией Дортмунд» проиграл в финале 2013 в Лондоне.

— Чувствуете ли вы себя неполноценным футболистом, потому что никогда не выигрывали в финале этого турнира?

– Конечно, я хочу когда-нибудь выиграть Лигу чемпионов. С другой стороны, я знаю, что этот турнир – лотерея. Возьмем, например, прошлый сезон. Мы были в очень хорошей форме, каждый из нас сильно хотел этот титул. Тогда я получил травму плеча, пропустил первый матч против «Реала». Еще мы не забили пенальти, и наша мечта была похоронена. На таком высоком уровне часто все зависит от мелочей, для такого титула все должно совпасть.

— Вы уже пять раз становились чемпионом Германии. Будет ли Бундеслига когда-нибудь скучной?

– Спортсмен топ-уровня всегда хочет быть лучшим. Ты выигрываешь титул, а потом ты сразу же хочешь доказать, что это было неслучайно. Потом ты становишься чемпионом второй раз и говоришь себе, что теперь за тобой все будут охотиться, и поэтому тебе надо стать еще лучше. И так это продолжается дальше. В этом сезоне наша цель ясна: еще ни один немецкий клуб не становился чемпионом 6 раз подряд, и мы можем войти в историю. Это большой стимул.

— В начале сезона многие критики упрекали вас в том, что у вас отсутствует мотивация, и вы выглядите расстроенным.

– Это связано прежде всего с матчами во время нашего тура по Азии. Возможно, эта критика была даже оправданной. Я должен признаться, что этим летом мне на самом деле было сложно мотивировать себя.

— В чем же причина этого?

– Я уже несколько лет играю в трехдневном ритме без больших перерывов. Это большое напряжение, особенно для мозгов. Поэтому для меня очень важна хорошая подготовка к сезону. В ней лежит основа моей работы в течение сезона, когда мои мозги устают.

— А в Азии что-то пошло не так?

– Мы сыграли там очень много матчей. В таких условиях тебе, как профессионалу, нужно решать: я хочу выкладываться на полную в этих играх или работать на оставшихся тренировках так, чтобы быть в форме следующей весной, когда будут разыгрываться титулы сезона. Я не могу тренировать свою выносливость и развивать силу в течение сезона, для этого нет времени между многичесленными матчами.

– И что же вы решили?

– Мы, спортсмены, страдаем от постоянного перенапряжения. Это следствие плотного графика и возрастающего темпа игры. Единственная возможность защитить себя от получения серьезных травм – это, помимо хорошего питания и достаточного восстановления, эффективная тренировка в свободных от матчей периодах зимой и летом. Очевидно, что в Азии я был сосредоточен на тренировках. Большое количество товарищеских матчей не пойдет мне на пользу, если в декабре спустя три дня после матча против «Реала» в Лиге чемпионов я должен ехать играть в снегопад во Фрайбурге.

— Для этого у вас нет мотивации?

– «Фрайбург» – это просто пример. Вы можете назвать и другую команду, которая, как правило, не борется за чемпионство. Они играют против нас с 10 игроками в своей штрафной. Пять защитников вокруг, которые преследуют меня, и нет места, чтобы развернуться. Если я устал от еврокубковых матчей, стадион забит, и самое лучшее для болельщиков соперника – освистать игроков «Баварии», то я действительно должен упорно тренироваться для того, чтобы показать лучший результат в этот момент.

— Как вы готовитесь к таким матчам?

– Многие годы у меня действует следующая формула: если мои мозги устали, мое тело должно функционировать на 100%, чтобы я не получил травму. Если я в форме, то я полностью могу положиться на работу моего тела.

— Есть ли у вас определенные приемы, помогающие мотивировать себя?

– Например, перед матчем я иногда представляю, что в этот раз я хочу забить гол, и мяч полетит прямо в угол. Или я планирую, что сделаю определенный прием в время какого-либо единоборства, идеальное забегание или пас, который я уже давно отрабатывал.

— Звучит так, как будто некоторые матчи в Бундеслиге для вас больше тренировка, нежели соревнование. Говорит ли это о качестве Бундеслиги?

– Я знаю, что сейчас это не всем понравится, что Бундеслиге нужно больше таких команд, как РБ Лейпциг. Сильные команды вынуждают нас инвестировать еще больше. Бундеслига не может доминировать из-за одной команды, даже борьба на вершине слишком мала. Нам нужно 4-5 команд, которые постоянно играют на высоком уровне. Эта конкуренция помогла бы нам в «Баварии» сохранять концентрацию до конца сезона. Сильная лига стимулировала бы коммерциализацию.

Расходы клубов на игроков в сезоне 2017/18.

— Коммерциализацию?

– Если у тебя больше топ-матчей, то, соответственно, больше шоу, шумихи и трансляций по всему миру. Болельщики хотят видеть больше знаковых матчей, звезд лиги и битв за чемпионство. Это сделало бы Бундеслигу интереснее для зарубежных зрителей. Наверно, даже больше, чем множество поездок в Азию или Америку.

— Руководство Бундеслиги было за эти поездки.

– Я скептически отношусь к таким поездкам за рубеж. Не только из-за высокого напряжения во время важных тренировочных периодов, но и потому, что я не уверен, что они приносят большую пользу маркетингу. Хотя бы по одной простой причине: язык.

— Немецкий – это недостаток?

– Да, особенно по сравнению с АПЛ и Ла Лигой. На английском и испанском говорят во многих странах мира, на немецком – нет. Большая часть населения уже только поэтому смотрит испанскую или английскую лигу. Телевидение реагирует на пожелания своих зрителей и работает прежде всего с лигами, чей язык они понимают.

— Как Бундеслига может удержаться в этом рынке?

– Для этого руководству нужно много работать. Но в итоге речь идет только об успехах на международной арене и покупке топ-игроков. Болельщики всегда хотят видеть лучших и отдают за это деньги.

— Но на данный момент суперзвезды переезжают скорее в Англию и Испанию.

– До сегодняшнего дня «Бавария» платила за игроков не больше 40 млн евро. В футболе эта сумма уже давно средняя, а не самая большая. За прошедшие годы не было такого роста вместе с рынком, как у «Реала» или «Манчестера». И теперь отставание от максимальных сумм огромное.

— Ули Хенесс сказал, что он не хочет присоединяться к трансферному безумию.

– Деньги – важный, если не единственный, фактор, который необходим для получения топ-игроков. Спортивные перспективы, команда, город и окружение, конечно, тоже важны. «Бавария» должна что-то придумать и быть креативной, если клуб и дальше хочет привлекать игроков мирового класса в Мюнхен. И если ты хочешь всегда быть впереди, нужно, чтобы эти игроки были высокого качества. Потому что такие звезды помогают своим коллегам стать лучше. Высокая конкуренция в команде помогает выжать из себя последний один или два процента.

— В «Баварии» имеет значение не только сумма отступных, но и зарплата игроков. Что бы случилось, если бы «Бавария», как якобы было запланировано, купила Санчеса у «Арсенала» и платила ему 25 млн в год?

– Наверно, тогда парочка из нас, игроков, пошла бы к руководству и попросила повышения зарплаты. Потому что такая большая разница в заплатной ведомости команды может быть опасной и приведет к зависти и плохому отношению к коллегам.

— Кажется, «ПСЖ» это доставляет меньше проблем. Клуб купил Неймара за 222 млн евро и сделал его самым оплачиваемым игроком в команде.

– Одним из первых слов, которое я, поляк, выучил в Германии, было слово «Ordnung» (порядок). Везде должен быть свой порядок. Прежде всего – в бухгалтерии, в финансах. Поэтому я думаю, что трансфер, подобный переходу Неймара, в Германии был бы невозможен.

— Особенно критикуют большие суммы отступных. Что вы об этом думаете?

– Наверно, здесь я реалист, поэтому мне сложно возмущаться такими суммами. Есть клуб, который готов платить такие деньги, таков новый рынок, и теперь все должны с этим смириться и искать решения. Из-за того, что все больше людей будет инвестировать все больше денег в футбол, в ближайшие годы мы увидим еще много таких сделок.

— УЕФА несколько лет назад ввел финансовый фейр-плей, чтобы клубы не тратили денег больше, чем они зарабатывают. Но эта попытка уменьшить число трансферных эксцессов едва ли удалась. Футбол на высоком уровне невозможно регулировать?

– Футбол – это чистый капитализм. Каждый хочет зарабатывать деньги в этой отрасли. В этом нет ничего плохого, так работает все наше западное общество. Тем не менее футбольные ассоциации должны сформулировать правила для того, чтобы рынок окончательно не вышел из-под контроля. Если 4-5 команд постоянно выигрывают все титулы, потому что там играют все лучшие игроки, то, наверно, интерес к футболу у нормальных болельщиков будет понижаться. Это был бы самый большой ущерб футболу.

— Как вы думаете, могут ли футбольные союзы ввести такие правила?

– На практике это будет очень сложно. В «ПСЖ», «Челси», «Манчестере» и других клубах с инвесторами работают профессионалы с очень хорошими адвокатами. Каждая лазейка, которая появится, будет ими использована для того, чтобы клуб обеспечил себе преимущество. УЕФА должен проверить громкие трансферы этого лета и работать вместе с ФИФА над тем, чтобы закрыть лазейки в  правилах.

— В групповом этапе Лиги чемпионов вы встретитесь с «ПСЖ». Повредят ли турниру такие мегатрансферы, как переход Неймара или Килиана Мбаппе?

– Как игрок ты не думаешь об этом. Ты на поле, ты хочешь всегда соревноваться с лучшими из лучших. «ПСЖ» обеспечил себя составом мирового класса. Но будет ли это команда мирового класса, мы еще посмотрим. У Баварии сыгранная команда, мы уже многое пережили вместе. Я уверен, что мы можем выстоять против «ПСЖ». К счастью, в футболе не всегда выигрывают те, у кого больше денег.

— Усман Дембеле, Филиппе Коутиньо, Мбаппе – это трансферное окно показало, что верность своему клубу в футболе больше не играет никакой роли. Контракты тоже обесценились?

– Нужно перестать говорить о профессиональном футболе с такими эмоциями. Верность – прекрасное слово, великолепное романтичное представление, и она важна в личной жизни. Но в спорте другие параметры: успех и деньги. Эти два компонента, ничто другое, решают все, когда речь идет о трансфере.

— Значит, это справедливо, когда игрок выпытывает трансфер, устраивая забастовку?

– Забастовка – самый плохой из всех методов, подобное не происходит в по-настоящему лучших клубах. Игрок, который делает что-то такое, предает общество, и оно ему этого не простит. Это огромный риск для игрока, потому что он не сможет избавиться от такой репутации. Но такие забастовки для меня только симптом, причина проблемы кроется в чем-то другом.

— А именно?

– Соотношение сил в футболе за последние годы сильно изменилось, и оно в пользу игроков. Если игрок на самом деле хочет перейти в другой клуб, то он, как правило, сможет это осуществить. Поэтому я одобрил бы, если футбольные союзы обязали бы прописывать в контрактах фиксированные суммы отступных. Тогда можно было бы подумать о различных моделях: у клубов побогаче, помимо фиксированных отступных, была бы, например, доплата за честную игру в размере 20%, а клубы беднее могли бы платить меньше за игрока, если он решил к ним перейти.

— Вы думаете, что с такой концепцией было бы больше справедливости?

– Так можно было бы перераспределять деньги в футболе. Кроме того, такая модель защитила бы не только клубы от возможных забастовок игроков, но и игроков от деградации. Потому что мы часто говорим о неправильном поведении игроков. Но за свою карьеру я часто сталкивался с тем, что клуб мог причинить игроку, когда он хотел его продать. Тренировка с резервной командой в таком случае часто была одной из самых мягких форм сортировки.

— Но ваша модель не защитит футбол от его превращения в чистый бизнес.

– В будущем в футбол будет вливаться еще больше денег, чем мы сейчас можем представить. Не имеет значения, в какую точку земного шара я приеду, люди там смотрят футбол. И именно эта страсть, эта эмоциональность болельщиков приводит к тому, что все больше инвесторов будет приходить на рынок. Благодаря футболу они добираются до молодых и пожилых людей, мужчин, женщин и детей, которые хотят выразить свою любовь к команде, покупая символику клуба и билеты на матч, подписки на каналы или приобретая акции. Шансы получить доход в футболе выше, чем где-либо еще.

— За последнее время прошло много демонстраций болельщиков против коммерциализации футбола. Они жалуются, что футбол слишком отдалился от них.

– То, что сейчас происходит в футболе, это тонкая грань между региональностью и глобализацией. Ты должен расти как клуб, как лига, если хочешь и дальше быть на одном уровне с иностранными клубами и союзами. И это проводит нас к важному вопросу: какая целевая аудитория у клуба? Она живет в Мюнхене, Азии или Америке? Решение этого конфликта сейчас – один из самых больших вызовов для клубов. Очевидно, что это приведет к разочарованию тех, кто уже несколько десятилетий поддерживает клуб. Эти люди не должны получить ощущение, что ими воспользовались.

— Как футбол должен решить эту дилемму?

– Руководители должны установить границы дозволенного. Нужны ли нам камеры на бокалах пива, как это было на нашем праздновании чемпионства после матча с «Фрайбургом»? Должен ли сейчас наш пивной душ превратиться в маркетинговое событие? Чемпионство – очень эмоциональный момент, и он должен всегда быть аутентичным. Я понимаю болельщиков, которых это разозлило. Нужен ли нам концерт между таймами в перерыве финала Кубка Германии? Возможно. Многие смотрят Супербоул в США в том числе из-за этого огромного шоу, которое проходит во время игры.

— Будет ли футбол когда-нибудь только шоу?

– Игра всегда будет самой важной составляющей. Но время вокруг этих 90 минут станет, наверно, больше похожим на голливудский фильм. Это развитие уже не остановить.

Источник: Der Spiegel

При копировании указывать ссылку на блог.

Фото: Global Look Press/imago sportfotodienst

note.taable.com

Роберт Левандовский: меня зовут не Роберт, я — Эмиль — Bundesvision — Блоги

На Олимпиаштадионе в Мюнхене Польша добилась двух самых больших успехов в футболе. Поэтому это наиболее подходящее место для встречи с тем, на кого возлагает надежда вся нация. Роберт Левандовский уже довольно долгое время является лидером этого поколения польских футболистов. Сейчас он будет участвовать в своем первом чемпионате мира. Неудачи в квалификации в 2010 и 2014 году означали, что один из лучших нападающих мира был вынужден наблюдать за тем, как другие игроки попадают на первые полосы газет.

В 1972 году Польша с Гжегожем Лято и Яном Томашевским выиграла золотую медаль на Олимпиаде в Мюнхене, а через два года вернулась и на том же стадионе заняла третье место на чемпионате мира. Переходные годы не были так благоприятны для поляков – несмотря на то, что в 1980-е у них была замечательная команда. Левандовский и его команда отчаянно хотят наверстать упущенное. Смогут ли они с Робертом повторить подвиги Польши с Лято и дойти до полуфинала? Лято забил семь голов на чемпионате мира-1974…

«Такое количество голов делает тебя бессмертным, — говорит нападающий «Баварии Мюнхен». — Времена изменились, эти семь голов очень сложно превзойти. Сейчас труднее играть в штрафной. Забить пять или шесть голов в таком турнире – серьезная задача. Два года назад на Евро-2016 у меня было только два или три хороших момента, и я реализовал только один из них. Защитники уделяют мне особое внимание, и, очевидно, что так будет и в России. Если так, то я просто хочу, чтобы наша команда извлекла пользу из этого. История остается историей, о ней приятно вспоминать. Но мы хотим, чтобы нас запомнили и чтобы мы написали свою историю. Мы будем бороться за прекрасные воспоминания».

Форвард, который носит в «Баварии» прозвище «The Body», играет в Германии уже 8 лет – шесть из них на высочайшем уровне. Он постоянно оказывается в числе десяти лучших футболистов мира. Роберт в счастливом браке с Анной, и у него есть дочь Клара. Что может быть лучше? Однако жизнь не такая простая штука.

У известности есть свои недостатки. Например, Левандовский знает, что не может доверять людям так, как раньше. Ему пришлось узнать это на своем опыте.

«Меня много раз пытались обмануть, — рассказывает Роберт, – даже были мошеннические предложения поучаствовать в благотворительности. Некоторые странные предложения были просто поразительны, поэтому я перестал доверять людям. Никто не станет моим другом за один день. У меня много сомнений. К сожалению, моя первая мысль: «Этот человек чего-то хочет от меня». Но даже если бы я не был знаменитым, со мной было бы сложно сблизиться. У меня есть старые друзья, и я стараюсь, чтобы они были ближе ко мне. Я знаю, кому я могу доверять. Я не меняю своих друзей как перчатки. Если есть кто-то, кто мне может понравиться, то я могу открыть дверь, но я делаю это медленно. Прежде чем я открою свое сердце, должно возникнуть доверие».

Его личная и профессиональная жизнь связаны, потому что его друзья работают с ним. Они знали его задолго до того, как он стал знаменитым Робертом Левандовским. Он на 100% уверен, что может доверять им. Большинство из них он знает с детства. Томаш Зависляк – его менеджер, Камиль Гожельник – его адвокат, у него даже есть телохранитель – Марчин Кульчик.

Как часто он оказывался в ситуациях, когда требовалось вмешательство телохранителя? «Много раз. Мы с Марчином чувствуем, когда он должен пойти со мной куда-то. Обычно это официальное мероприятие, о котором давно известно, что я буду на нем присутствовать. Там меня будут ждать фанаты, а вокруг будет много фотографов. Речь не о том, чтобы отделить меня от людей. Просто нужно контролировать ситуацию. Бывало, я отвлекался на что-то буквально на секунду и сразу же оказывался под таким давлением, что не мог оттуда выбраться».

Такие ситуации могут быть сложными – некоторые люди могут оказаться грубыми и агрессивными, особенно болельщики других команд. «Особенно, если они под влиянием алкоголя, — говорит он, – это агрессия. Люди показывают мне средний палец, ругают меня, напоминают мне о плохих матчах, говорят, как я должен играть или жить. У меня были такие конфликты, например, в ресторанах. Если ситуация становится слишком напряженной, Марчин вмешивается».

Левандовского узнают везде, куда бы он ни пошел, но иногда он избегает излишнего внимания, представляясь… Эмилем. Почему именно такое альтер эго? «Это чистое совпадение. Я не использую это имя так часто, но это помогает, когда мы где-то с друзьями, – рассказывает Роберт, – например, в ресторане мы разговариваем и смеемся, но мы не используем имя «Роберт» или «Леви». В таких случаях я Эмиль. Никто не оборачивается и не смотрит на меня. Если кто-то думает, что узнал меня, и спрашивает: «Вы не Роберт Левандовский?»,  — я просто говорю: «Извините, вы ошиблись, я просто выгляжу так же, как он. Я Эмиль, а не Роберт»».

Однако этот трюк не всегда срабатывает. Поляк – самый высокооплачиваемый игрок бундеслиги и звезда чемпионата. Но все же деньги и слава не так важны для него.

Группа консультантов ведет его бизнес, но за ним всегда последнее слово. Бывало, что нужно было подписать важные документы, и у тренировочного лагеря сборной в Арламуве приземлялся вертолет только для того, чтобы он смог поставить свою подпись.

«Я могу позволить себе все, что угодно, — признает он. – Но сейчас я ценю другой капитал: любовь и счастье. У меня прекрасная семья. Моей дочери только исполнился год. Она сделала меня еще более стабильным. Я могу сказать, что полностью удовлетворен своей жизнью, но в футболе я все еще голоден. Я думаю, очень важно быть счастливым, у многих этого нет. Деньги не гарантируют тебе счастье, они вообще могут сделать тебя одиноким, оставить без поддержки и мотивации. Нематериальные вещи могут сделать тебя сильнее».

Этот чемпионат мира будет его первым, но, как он говорит, не обязательно последним. В августе ему исполнится 30, но Роберт считает, что лучшее еще впереди. «Я планирую играть на высоком уровне, по крайней мере,  до 35, — говорит он, – я чувствую, что лучшее время для меня, как для нападающего, только начинается. Я зрелый игрок, у меня много опыта. Если я буду здоров, я буду играть в Европе как можно дольше – а потом уже двигаться дальше. Посмотрим».

Левандовский одержим постоянным развитием. Он всегда говорит, что может сделать что-то лучше и часто последним уходит с тренировки в «Баварии». Роберт может отрабатывать штрафные, пенальти или удар с левой ноги. «Ты делаешь это, потому что ты вынужден повторять все снова и снова. Потом я добавляю новое. Сейчас я стараюсь улучшить свой дальний удар с левой ноги. Я должен прийти к тому, что мне не нужно будет думать – только реагировать. Это помогает мне принимать быстрые решения. Это называется автоматизм. Ты делаешь что-то, потому что ты просто знаешь, как это делать. Ты не тратишь время на раздумья. В футболе ты ничему не учишься сразу. Тебе нужно работать над собой постоянно».

Мы снова смотрим на Олимпиаштадион. Скоро Левандовский постарается написать свою собственную историю на чемпионате мира. На вопрос «Может ли Польша повторить успех команды 1974?» он ответил: «Расслабьтесь, не стоит слишком завышать ожидания. Повторить то, что удалось им, было бы мечтой. Я хочу переписать историю, хочу создать свои собственные хорошие воспоминания. Я многое отдал ради того, чтобы быть там, где я сейчас. Я ничего не получил просто так. Я не говорил много, я предпочитал и предпочитаю действовать. Возможно, нам удастся сделать что-то особенное в России».

www.sports.ru

Левандовски: «Заммер и Риккен мои кумиры»

Читателям нашего сайта предлагается мини интервью с новичком Боруссии Дортмунд – Робертом Левандовски. Благодарность за интервью выражаем журналу БИЛЬД (BILD), который собственно и провёл оное.

В прежнем своём клубе Лех Левандовски фактически сформировался как профессиональный футболист. При этом он стал звездой своего, уже бывшего клуба, выиграв чемпионат Польши, и стал лучшим бомбардиром первенства, наколотив 18 голов. Не мудрено, что титул игрока года дали Роберту. Теперь он нацелен развивать свой талант и для продолжения карьеры выбрал Дортмунд.

БИЛЬД: «Опишите свое первое впечатление о дортмундском клубе, какое оно было?»

Левандовски: «Больше всего я впечатлён, конечно же, стадионом. Мечта любого игрока играть на подобной арене. Я с раннего детства знаю и слежу за Боруссией. Особенно мне нравилась игра в исполнение Матиаса Замера и Ларса Риккена – эти игроки для меня были в своём роде идолами, кумирами.»

БИЛЬД: «Расскажите про свою семьи и родственников, они кажется, тоже имеют отношение к спорту?»

Левандовски: «Да, конечно. Мой отец, Кристоф Левановски, занимался дзюдо и был чемпионом в Польше, помимо этого он играл в футбол за скромную второлиговую команду Хутник из Варшавы. Моя мать Ивона Левандовски долгое время играла в волейбол в Варшаве. А также моя сестра Милена профессионально играет в волейбол и уже призывается в молодёжную команду страны U-21.»

БИЛЬД: «Это правда, что Ваш отец с самого Вашего детства верил в то, что у Вас есть будущее в более развитых европейских странах?»

Левандовски: «Для этого он и назвал меня таким именем, чтобы европейскому слуху оно было привычно, он не просто верил, он всё для этого делал.»

БИЛЬД: «Ваша нынешняя подруга Анна стала третьей на Чемпионате Мира по карате. Она приедет к Вам в Дортмунд для совместного проживания?»

Левандовски: «Она приедет, как только мы закончим тренировочный сбор в Австрии и вернёмся обратно в Дортмунд. Помимо этого мы уже подыскиваем себе дом в городе или окрестностях.»

БИЛЬД: «За вами ходит слава, что Вы избегаете шумные дискотеки и употребление алкоголь, Анна тоже?»

Левандовски: «Мы оба профессиональные спортсмены и отлично понимаем, что нам полезно, а что вредит – в этом вопросе у нас полное согласие и взаимное понимание.»

БИЛЬД: «Несколько недель назад Вы были гостем на свадьбе у вашего нового партнёра по команде – Кубы. Понравилось? Не хотите продолжить линию женитьб в клубе?»

Левандовски: «Жениться? Нет, во всяком случае, не так быстро. Я трезво смотрю на вещи, мне только 21 год. Сначала я хочу добиться каких-то успехов с Боруссией. А завести семью я ещё успею.»

БИЛЬД: «В Дортмунде большая конкуренция на вашу позицию, не боитесь остаться на скамейке запасных?»

Левандовски: «С одной стороны конкуренция положительно влияет для личного развитие, но с другой это будет для меня новым этапом, так как в Лехе у меня не было конкурентов, и мне никого не приходилось бороться за место в стартовой десятке.»

Рекомендуем

bvb09.kiev.ua

Интервью с Марьей Левандовской — БлогАнна Ч.

Автор: Анна Ч. / Добавлено: 22.12.17, 23:07:48

Мега-интересное интервью с участником конкурса предновогодних историй от нашей группы Тихая Заводь! 

Встречайте…. барабанная дробь… Марья Левандовская, автор таких популярных книг, как «Лайфхак от деда Мороза», «Без права на выбор. Амелия» и других, а также организатор супер-блица «Новогодний позитив!» Своим невероятным позитивом и писательским опытом Марья поделилась и с нами, в чем вы сами сейчас убедитесь! Приготовьте ручки, блокноты и записывайте шикарные авторские цитаты, коих здесь будет ооочень много)))

——————

— Марья, мечтаете ли вы о том, что ваши книги будут когда-нибудь экранизированы? Как вы вообще относитесь к экранизациям романов? 

— Очень интересный вопрос и очень злободневный. Отвечу сначала на вторую его часть. 
Современные сценаристы и режиссёры такие выдумщики! Возьмут какую-то известную книгу, и давай всё переделывать и менять сценарий, сюжет. И если ты читал книгу, по которой снят фильм, то получается как в анекдоте: 
— Книжку старую нашёл. Обложка осталась только: «…оральный… екс… тел… низма». Порнуха? 
— Да нет, «Моральный кодекс строителя коммунизма». 
Приблизительно, то же самое происходит, когда мы смотрим фильм по ранее прочитанной книге. Но я ж по жизни оптимист, поэтому я искренне верю, что когда-нибудь дуэт писатель и сценарист тире режиссер всё-таки споют в унисон. 
Что касается лично меня и моих книг, то скажу так: смотрим ответ на первый вопрос: «Возьмут какую-то известную книгу…» Вот и ответ. Чтобы книгу экранизировали, она должна стать известной. Поэтому у меня пока есть к чему стремиться. А там посмотрим. 

— Много ли времени тратите на подготовку и написание одной книги? 

— Когда мне задают подобный вопрос, у меня перед глазами всегда возникает добрый, милый и симпатичный Ждун. Почему? Потому что это как раз про меня. Я ничего не делаю. Я просто сижу, стою, лежу и жду, именно с таким выражением лица, как у того самого упомянутого мной мемчика. Жду, пока мои мысли, эмоции, ощущения не закрутят и не завертят меня в ярком, живом, красочном вихре сюжета. Так рождается новая история. Она должна прийти ко мне сама. Я должна её увидеть, почувствовать, проникнуться ей и только тогда я буду готова рассказать о ней своим читателям. Из под палки я, к счастью или к сожалению, писать не умею. Поэтому работы мои совсем не скоротечны. Но я над этим работаю 🙂 

— Садитесь ли вы за текст, если не чувствуете нужного боевого настроя? И что предпримите, что бы его вернуть? 

— На самом деле существует очень много способов, как заставить себя писать. Но каждый раз что-нибудь или кто-нибудь обязательно встанет на пути, потому как у каждого автора свои тараканы в голове. А у меня это вообще звери: 
1) Писец 
2) Неписец 
3) Зверь-обоснуй 
Расскажу вкратце о каждом виде: 
Писец 
Нападает внезапно, чем подбивает автора хвататься за несколько сюжетов и зарисовок одновременно. Что обычно ни к чему хорошему не приводит, только если Вы не пишите со сверхзвуковой скоростью. Пока автор разрывается между идеями, Писец как бы невзначай подкидывает новые. Всё заканчивается тем, что за нехваткой времени на разработку задуманного у автора начинается творческий кризис. Бороться с Писцом не нужно, он сам проходит. Или его рано или поздно выгонит Неписец. 
Неписец 
Может возникнуть как «побочное» явление вследствии чрезмерно долгого общения с Писцом, либо спонтанно, на любой другой почве. Характеризуется полным или частичным улетучиванием идей, если автор не успел вовремя забить их в черновик, а также невозможностью писать что-либо. Если пытаться «выдавить» из себя хоть что-нибудь, получается хрень. При этом идеи есть, но плавают хде-то вдалеке и видятся автору весьма туманно. Проходит сам, иногда, в особо тяжких случаях, нужно чем-то подтолкнуть — так, чтобы перебить впечатлениями киселеобразное состояние растекающегося по стулу/креслу/дивану мозгу автора. Характеризуется сезонными обострениями, чаще — весной и осенью. Ещё одна разновидность Неписца— это когда в голове куча идей, но, стоит взяться за их исполнение — как не печатается вовсе, слова не лезут будто. У меня оно как раз этой осенью всплыло. Думаешь, вот сейчас как сяду и как напишу, и вроде мысля есть. Садишься, открываешь Ворд… да так и зависаешь. Не пишется, и всё тут! Есть очень действенная таблетка от Неписца – текстовый редактор Flowstate, который удаляет текст при бездействии автора. ХА-ХА-ХА) 
Зверь-Обоснуй 
Во всё время написания сидит рядом с автором и периодически пинает его, когда сюжет становится слишком неправдоподобен. Способен долго и нудно подгрызать вошедшую в азарт Музу, чем приводит автора и Фантазию в состояние глубокой скорби и неуверенности в себе. 
Если автор настроен решительно, начинаются активные боевые действия, позже переходящие в вялотекущую грызню и гавканьем Зверя насчёт той или иной сцены. Проблему Обоснуя можно решить, предупредив читателя заранее об его отсутствие, например в аннотации. 
Поэтому, чтобы долго и плодотворно работать, нужно просто приручить этих зверей. И не насиловать себя работой из пол палки. Потому как: «Если пытаться «выдавить» из себя хоть что-нибудь, получается хрень». 

Как считаете, современная проза должна быть предельно откровенной, жесткой, как сама жизнь, или приукрашивать реальность, добавляя больше вымысла и позитива? 

— Каждый автор и каждый читатель ответит на этот вопрос по разному, потому как каждый выбирает именно то, что ему ближе. Наша современная проза она такая, какая есть. Она другая, она отличается от предыдущих эпох, поколений. Она продукт нашей современной жизни, современного общества, ценностей, взглядов и традиций. Поэтому я отвечу на этот вопрос с высоты собственной колокольни. Не приукрашенных жизненных реалий мне достаточно по роду своей основной деятельности, я могла бы поделиться всем этим с читателем. Но нужно ли это мне? Я решила, что не нужно. Я поняла, что сама получаю удовольствие от того, что несу в массы тёплые эмоции и позитивные мысли, сюжеты, истории. А ведь главное делать то, что тебе нравится то, что по душе. Лично у меня именно такая цель. 

— Кого из современных авторов вы уважаете и чьи книги можете порекомендовать? 

— Я, как читатель, всеядная. Могу легко проглотить и переварить, как авторов с громкими именами, так и начинающих никому неизвестных писателей, тут главное условие одно — если зацепит. Но, к сожалению, никого из современных авторов нельзя поставить рядом с классиками. В этом мнение моё остаётся неизменным уже долгое время. Есть много интересных писателей, среди которых присутствуют «модные» (Виктор Пелевин, Борис Акунин, Сергей Минаев), авторитетные (Лев Рубинштейн, Людмила Улицкая), глубоко почитаемые (Даниил Гранин), «продаваемые» (Екатерина Вильмонт, Оксана Робски) и другие варианты. Но тех, о ком говорит страна, читают в мире, глубоко уважают и прощают маленькие слабости, я лично для себя пока не нашла. Но это не мы такие, это время такое. Серьёзная литература никому не нужна. От книг и их создателей ждут чего-то лёгкого, простого, удобного. 
Очень хочется, чтобы наши дети и внуки кого-нибудь из нас когда-нибудь поставили в один ряд с Пушкиным. Достоевским и Чеховым. Чего искренне всем желаю! Ведь у каждой эпохи всегда есть свои гении. И у нашей они тоже несомненно будут. 

— Как вы считаете, литературный талант – это дар, без которого невозможно стать писателем? Или это в большей степени результат большого желания, упорства и труда? 

— Здесь должно быть всё в совокупности. Ну, или хотя бы знать пропорции и уметь их правильно сочетать. Ведь любой талант нужно развивать, трудиться, чтобы не утратить его. А если у вас нет таланта, то труд и упорство восполнят этот недостаток. А в наше время, чтобы стать известным писателем мало таланта, нужно разгадать секрет успеха. Я его знаю, делюсь, всё просто: 1% таланта и 99% трудолюбия. Вот ещё бы научится пользоваться этой формулой. 

— Вы, как писатель, ориентируетесь на мнение своей аудитории? Насколько оно важно для вас? 

— Я прислушиваюсь к своим читателям, к их мнению. Люблю живой интересный диалог, всегда готова всех выслушать, порой подискутировать. Ведь всегда интересно узнать взгляд со стороны. Но писать книгу должен сам автор. Каждому мил не будешь. Так и с книгой. Поэтому мнение читателей нужно и важно. Но влиять на сюжет должен только автор, под мнение каждого подстроиться невозможно. Да и что в итоге получится при таком раскладе? А вообще у меня отличная аудитория, пусть пока ещё небольшая, но очень позитивная и понимающая. 

— Марья, в ближайшее время вы планируете работу над новой книгой? Поделитесь с нами вашими творческими планами!

— В ближайшее время в планах серия детективных романов. Однако, я не так давно поняла, что писать без юмора скучно и, кажется, я просто этого не умею делать. Поэтому, предупреждаю сразу: весёлых расследований и забавных интриг тебе, дорогой читатель, не избежать. (злобно хихикает в предвкушении и потирает ручки за кадром)

litnet.com

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *