Гарринча бразильский футболист – Великий бразильский футболист Гарринча: биография и карьера

Разное

Великий бразильский футболист Гарринча: биография и карьера

Если Пеле принято считать лучшим футболистом в истории футбола, то самым ярким (а многие считают его лучшим) был, бесспорно, Гарринча.

Мануэл Франсиско душ Сантуш

  • Страна – Бразилия.
  • Позиция – нападающий.
  • Родился: 28 октября 1933 года.
  • Скончался: 20 января 1983 года.
  • Рост: 169 см.

О Гарринче нельзя написать по каким-то стандартным канонам: «Родился тогда-то, выступал за такие-то клубы, выиграл такие-то трофеи». Игра этого футболиста и его поведение за пределами футбольного поля настолько выходят за общепринятые рамки, что здесь такое не пройдет.

Конечно, я попытаюсь придерживаться обозначенных подразделов, но заранее прошу прошения за некоторую сумбурность повествования.

Биография и карьера футболиста

Сразу задам вопрос: «Может ли человек с серьезным заболеванием и врожденным физическим недостатком, с детства пристрастившийся к алкоголю, стать серьезным спортсменом?». Кажется, ответ на него не требуется.

Но только не в случае с Гарринчей. Он родился с косоглазием, деформацией позвоночника и смещением костей таза, из-за чего его левая нога была короче правой на 6 сантиметров. Семья Манэ была бедной, и четверо из шести детей умерли в раннем детстве.

К тому же отец, Амаро, страдал алкоголизмом. Сам Гарринча впервые попробовал алкоголь в возрасте четырех (!) лет, а к 10-ти уже регулярно употреблял кашасу – или «бразильский ром» (самогон, изготавливаемый из сахарного тростника).

На фоне этого факт, что долго праздновавший рождение сына отец неправильно указал дату его рождения (28 октября вместо 18-го) и забыл дать ребенку обязательное второе имя (Гарринча добавил себе имя Франсиско после поступления на работу), кажется сущим пустяком.

С 14 лет Гарринча стал работать на текстильной фабрике, где выступал за фабричную футбольную команду (это Бразилия, какая там фабрика без футбола!), которая называлась «Пау-Гранди».

Его коронным трюком всегда были финты, порой казалось, что главной целью Манэ в футболе является не сам гол, а возможность оставить в дураках соперника. Однажды Гарринча отдал голевую передачу, стартовав из своей штрафной площади и по пути обыграв всю (!) команду соперников.

Понятно, что подобные трюки проделывались далеко не на высшем уровне, но слух о необычайно талантливом пареньке, у которого невозможно отобрать мяч, дошли и до «больших» клубов.

Здесь Гарринчу ждало несколько разочарований – «Фламенго» и «Флуминисе» отказались подписывать игрока из-за его физического состояния, на просмотр в «Васко да Гама» Манэ заявился без бутс и был изгнан со стадиона.

«Ботафого»

1953-1965

Неизвестно, как бы сложилась жизнь Гарринчи, если бы его не заметил бывший футболист «Ботафого» Арати. Впечатленной игрой Манэ, которому уже исполнилось 20 лет, он привел его на просмотр в свой бывший клуб.

А там Гарринча поразил всех, сумев несколько раз обыграть, и, в конце концов, усадить на пятую точку защитника «Ботафого» и сборной Бразилии Нилтона Сантоса.

Впоследствии Сантос вместе с Гарринчей станет двукратным чемпионом мира, но на тот момент они находились в разных «весовых» категориях – зеленый претендент и матерый игрок национальной сборной.

Отдадим должное Сантосу – другой бы на его месте не простил бы новичку публичного унижения. Сантос же просто взял Манэ за руку, привел к руководству клуба и сказал:

«Если этот парень не будет играть за нас, я не смогу спать спокойно. Пусть лучше не спят защитники других клубов».

Так Гарринча стал профессиональным футболистом. Уже в первой официальной игре за «Ботафого» он сделал хет-трик, а по итогам сезона с 20 голами стал вторым бомбардиром чемпионата штата Рио-де-Жанейро (чемпионат Бразилии в те годы не разыгрывался).

Знаменитый Жоан Салданья – журналист, ставший тренером, примерно так давал установку игрокам «Ботафого»:

«Правая бровка – это территория Манэ, и никого из вас я не должен там видеть. Пусть он делает что хочет, а ваше дело – ждать он него передачи и забивать голы».

Я понимаю, что в этих словах содержится известная доля преувеличения, но в этом заключалась вся суть игры Гарринчи. Он подхватывал мяч, обыгрывал соперника (или двух, или трех, порой количество значения не имело) забивал сам или отдавал передачу партнеру.

Финт Гарринчи – имитация движения в одну сторону и резкий рывок в другую знали все защитники. Знали, но ничего поделать не могли, Гарринча раз разом оставлял их в дураках. В 614 матчах за «Ботафого» (с учетом товарищеских) он забил 243 гола, о его голевые передачи никто и не считал. Отдать два-три результативным паса за игру для него было пусть не нормой, но результатом вполне обыденным.

Причем это были потрясающие по своей точности передачи – с учетом роста партнера (при верховом пасе) или скорости его бега (при передаче на выход).

Но было в игре Гарринчи и что-то особенное, что нельзя измерить голами и голевыми пасами. Среди множества его прозвищ («Великий хромой», «Кривоногий ангел», «Чарли Чаплин» футбола») было и такое – «Радость народа».

Гарринча не вписывался абсолютно ни в какие рамки и порой творил на поле невообразимое. В книге Игоря Сергеевича Фесуненко (лучшего, на мой взгляд, советского и российского знатока бразильского футбола) «Пеле, Гарринча, футбол» описывается момент товарищеского матча Бразилия – Коста-Рика.

В конце встречи при счете 1:1 Манэ обыгрывает нескольких соперников, выходит один на один с вратарем, но не бьет, а продолжает только одному ему понятную карусель. Дожидается защитников, обводит их по второму разу, стадион на ногах, арбитр уже смотрит на часы. Финты Гарринчи идут уже по третьему кругу, и наконец, он пускает мяч между ног вратаря.

На вопрос разъяренного тренера, почему он не бил сразу, Гарринча спокойно отвечает:

«Я хотел забить между ног, а вратарь никак не хотел расставить их хотя бы чуть-чуть».

В этом был весь Гарринча – он видел только мяч, поле и ворота соперника. Даже партнеров он замечал не всегда, поскольку мог прекрасно обходиться и без них. Мне доводилось читать, что после победы сборной Бразилии в финале чемпионата мира 1958 года Гарринча даже не сразу понял, чего добилась команда. Его настолько не интересовало то, что происходит за переделами зеленого газона, что он искренне полагал, что со всеми соперниками нужно будет сыграть еще раз.

У этой простоты Гарринчи была и обратная сторона – он был совершенно непрактичным человеком. Зачастую боссы «Ботафого» подсовывали ему вместо контракта чистый лист, который Манэ подписывал, а позже туда вписывались цифра зарплаты, которая могла быть ниже, чем у игроков молодежный команды.

А когда Гарринчу стали мучить травмы, его вынудили подписать контракт, по которому он получал деньги только за сыгранные матчи, что зачастую заставляло его выходить на поле на уколах, превозмогая боль.

Непрактичность и широкая душа Гарринчи давно стала притчей во языцех – он умер в бедности, не сумев сколотить себе состояния, как тот же Пеле, который так же начинал с самых низов, но смог успешно продавать свое имя.

Объяснению этому феномену Гарринчи дает все тот же Игорь Фесуненко. Все дело в  том, что Гарринча был индейцем. Нет, это не расизм (упаси, Боже!), и никакое не предубеждение. Это просто констатация факта.

Манэ принадлежал к другой цивилизации, у которой совершенной иная шкала ценностей, которая живет одним днем и не заглядывает далеко вперед. Не случайно в языке многих индейских народов отсутствует слово «послезавтра». В завтрашний день они заглянуть еще способны, а вот дальше, увы, нет.

Отсюда его неспособность считать деньги, а тем более вкладывать их в какие-либо проекты, безудержная страсть к выпивке и сексу (если хочется здесь и сейчас, то почему я должен себе отказывать?).

Этим беззастенчиво пользовались боссы (в Бразилии их называют картолы) «Ботафого», вспоминавшие о Гарринче только накануне очередного продления контракта. Окончательно добило великого игрока европейское турне 1963 года.

Из-за травм Гарринче было нельзя играть – требовалось лечение. Но по условиям контракта, в кассу «Ботафого» при отсутствии Гарринчи поступало бы в два раза меньше денег. Он поддался на уговоры владельцев и поехал в Европу. Дело доходило до того, что после матчей Гарринчу несли из раздевалки в автобус на руках – самостоятельно передвигаться он не мог.

Завершение карьеры

В какой-то момент Гарринча оказался ненужным «Ботафого» и его продали в «Коринтианс», болельщики которого были в восторге от этого перехода. Но их ждало разочарования – страдавший от болей в коленях, располневший Гарринча мало походил на самого себя.

Сыграв за клуб всего 13 матчей, Гарринча покинул команду, за что получил двухгодичную дисквалификацию. После этого Манэ играл по нескольку матчей за различные клубы Бразилии, Боливии и Колумбии, прекратившись в своеобразного бродячего торговца футболом – ведь ему нужно было зарабатывать на жизнь.

Его возвращение все же состоялось в 1968 году. «Фламенго» заинтересовался Гарринчей, при условии, что тот избавится от лишнего веса и футболист сбросил 12 килограмм за три месяца. Торсида увидела прежнего Гарринчу, но, увы, не надолго.

Все закончилось 13 апреля 1969 года, когда Гарринча, будучи сильно под шафе, управляя автомобилем, совершил аварию, в которой погибла мать его супруги. После этого он впал в депрессию, и разорвал контракт с клубом.

С тех пор он выходил на поле исключительно в выставочных матчах, а 18 декабря 1973 года состоялся прощальный матч Гарринчи. Более 130 тысяч зрителей на «Маракане» приветствовали своего кумира на матче сборной Бразилии, составленной из чемпионов мира 1958 и 1962 годов и сборной ФИФА.

А затем наступило забвение – Гарринча остался без средств существования, и умер, не дожив до 50-ти лет. На похоронах Гарринчи присутствовало около 300 тысяч человек, но среди них было очень мало официальных лиц. Даже после смерти Манэ оправдывал свое прозвище «радость народа».

Сборная Бразилии

1955-1966

В сборной Бразилии Гарринча дебютировал в сентябре 1955 года, а первым крупным турниром для него стал чемпионат Южной Америки 1957 года. Там он лишь дважды выходил на поле и оба раза – на замену.

Тогдашний тренер сборной Бразилии Висенте Феола недолюбливал Гарринчу за излишнее, по его мнению, злоупотребление индивидуальными действиями. Но все же тренер включил Гарринчу в заявку на чемпионат мира 1958 года, иначе в Бразилии его могли просто не понять.

Манэ начал турнир на скамейке запасных, но после ничьей с австрийцами Феола поставил с состав Гарринчу, Пеле и Ваву. Эта история обросла легендами. По одной версии включения этих игроков в состав потребовал ряд лидеров сборной, в том числе и Нилтон Сантос (если это так, то он второй раз принял участие в судьбе Гарринчи), по другой – Гарринча поставил Феоле ультиматум: «Или я в составе, или в самолете в Бразилию».

Но как бы то ни было, это решение оказалось гениальным – Вава забил 4 гола, Пеле – 6, а Гарринча… Гарринча раздавал голевые передачи, две из которых пришлись на финальный матч со Швецией.

«Три самые фантастические минуты в истории мирового футбола» —

так известный французский журналист, автор идеи проведения чемпионатов Европы Габриэль Ано описал дебют Гарринчи на мировых первенствах.

В начале матча со сборной СССР Гарринча совершил три сольных прохода – первый он закончил попаданием в штангу, второй – пасом на Пеле, который так же угодил в стойку ворот, а третий – пасом на Ваву, поразившем ворота Льва Яшина. Секундомер арбитра успел отмерить всего три минуты…

Во втором матче группового этапа чемпионата мира 1962 года бразильцы лишились Пеле, и роль лидера сборной взял на себя Гарринча. В третьем туре Бразилии необходимо побеждать Испанию, при счете 1:1 на 86-й минуте Гарринча отдает голевую передачу. Два гола и голевой пас в четвертьфинале с Англией и такой же результат в полуфинале с хозяевами турнира сборной Чили.

«С какой планеты Гарринча?»,

Задавалась вопросом после полуфинала одна из чилийских газет.

В финале Гарринча не забил, но он развязал руки партнерам, ведь его опекали минимум два чехословацких футболиста. Кстати, Манэ не должен бы участвовать в финальном матче – ведь в полуфинале он был удален за отмашку сопернику. Но под давлением общественности специальная дисциплинарная комиссия отменила решение арбитра.

Знаете, с недавнего времени перед полуфиналом чемпионата мира аннулируют желтые карточки, дабы звезды не пропускали финал из-за дисквалификации. Но все же получившие красную карточку, решающий матч пропускают. Футбольный мир знает только одно исключение, и оно было сделано для Гарринчи.

После неудачного для Бразилии чемпионата мира 1966 года Гарринча завершил выступления в национальной сборной.

Титулы Гарринчи

Командные

  1. Трехкратный чемпион штата Рио-де-Жанейро.
  2. Трехкратный победитель турнира «Рио – Сан-Паулу».
  3. Двукратный чемпион мира.
  4. Двукратный серебряный призер Кубка Южной Америки.

Индивидуальные

  1. Среди лучших футболистов в истории футбола занимает восьмое место в мире и четвертое – в Южной Америки.
  2. Включен в символическую сборную чемпионатов мира ХХ века.
  3. Считается вторым, после Пеле, футболистом, в истории сборной Бразилии.

Семья и личная жизнь Гарринчи

Гарринча был женат три раза, у него 14 детей (считая внебрачных). Впрочем, это цифра биографами великого футболиста подвергается сомнению – уж слишком несдержан был Манэ в половых связях, а его пристрастие к сексу известно не менее чем увлечение алкоголем.

Первый раз он женился в 18 лет, а его жене Наир Маркес было 16. За годы совместной жизни она родила восемь дочерей.

Будучи в браке, Гарринча крутил роман с Ираси Кастильо, которая родила сына и дочь. Еще один сын — Ульф Линдберг, родился от шведской официантки, с которой Гарринча успел встретиться в 1959 году во время турне «Ботафого» по этой скандинавской стране.

Второй (официальной) женой Гарринчи стала популярная в Бразилии исполнительница самбы Элза Суарес, а их единственного совместного сына в 9-летнем возрасте насмерть сбил автомобиль.

Последней женой Гарринча стала Вандерлея Оливейра.

Интересные факты

  • 61 матч провел Гарринча за национальную команду, и в этих встречах бразильцы потерпели всего одно поражение – на чемпионате мира 1966 года от венгров. По иронии судьбы, это был последний матч Манэ за сборную.
  • А когда в составе сборной Бразилии на поле одновременно выходили Пеле и Гарринча, команда вообще не проигрывала.

  • Перед чемпионатом мира 1958 года футболистов сборной Бразилии тестировал известный психолог – профессор Карвальяэса. Тест не прошли два игрока, которых было рекомендовано не включать в заявку команды. Как Вы, наверное, уже догадались, это были Пеле и Гарринча.
  • Помимо своего знаменитого дриблинга, Гарринча был известен как мастер исполнения «сухого листа». За свою карьеру три гола он забил непосредственно с углового.
  • «Эстадио Манэ Гарринча» — так называется стадион, расположенный в столице Бразилии.
  • На домашнем стадионе «Ботафого» «Эженьян» установлен памятник Гарринче. Символично, что рядом с ним стоит памятник Нилтону Санитосу.
  • По одной из версий, Гарринча является основоположником правила «фэйр плей», когда мяч после травмы соперника выбивается за пределы поля.
  • «Гарринча – одинокая звезда» — так называется фильм, посвященный великому футболисту.
  • Прозвище «Гарринча» приклеилось к футболисту в детстве. Так назывались маленькие птички, которых ловко ловил Манэ и имитировал их щебет.

Гарринчу похоронили на кладбище в его родном городе Пау-Гранди. На его могиле выполнена надпись:

«Здесь покоится тот, кто был радостью для народа – Манэ Гарринча».

И знаете, за более чем полвека, как Гарринча завершил с футболом, ни один футболист не добился такого звания.

football-pitch.ru

6 фактов о легендарном Гарринче

Особенный из команды Пеле

В 80-й день рождения Гарринчи вспоминаем самые интересные факты о легендарном бразильском футболисте.

/

ПРОЗВИЩЕ

В детстве футболист очень любил ловить маленьких тропических птичек семейства крапивниковых, которые на индейском наречии назывались «гарринча». Более того, бразилец поразительно точно имитировал их щебет. Соответствующее прозвище легендарный бразилец получил в возрасте четырёх лет после слов сестры Терезы: «Ты ловишь так много птиц, что скоро и сам станешь гарринчей!»

СЕМЬЯ

Семья Гарринчи жила очень бедно. Брат и сестра футболиста умерли от болезней и голода, а совсем юный Манэ изо всех сил старался помогать родителям, собирая в лесу фрукты и продавая их на рынке. Отец футболиста, Амаро, страдал алкоголизмом и впоследствии умер от цирроза печени.

ПРИСТРАСТИЕ К АЛКОГОЛЮ

К сожалению, вредные привычки отца сыграли свою роль в жизни Гарринчи. Манэ впервые попробовал алкоголь в четырёхлетнем возрасте, а начиная с 10 лет курил. Всю жизнь футболист страдал из-за пристрастия к алкоголю. Несколько раз он попадал в автомобильные аварии, садясь за руль в нетрезвом состоянии. За одну из аварий Гарринча был приговорён к двум годам тюрьмы условно и штрафу. В последние годы жизни футболист остался практически без средств

Пеле и Гарринча

к существованию и много пил. В 1979 году во время приступа у него был обнаружен цирроз печени. Гарринча пытался завязать с алкоголем, но безуспешно. В 1983 году его в очередной раз доставили в больницу, а на утро обнаружили мёртвым в своей палате. Причиной смерти назвали цирроз печени, развившийся от алкоголизма, отёк лёгких и расстройство нервной системы. Похороны Гарринчи прошли на «Маракане» при огромном стечении народа. Гроб был завёрнут во флаги «Ботафого» и Бразилии. Эпитафия на могиле Гарринчи гласит: «Здесь покоится тот, кто был радостью для народа — Манэ Гарринча».

ЛЕВАЯ НОГА

Левая нога Гарринчи была на шесть сантиметров короче правой. Хирургические вмешательства, проведённые, чтобы исправить болезни футболиста, не помогли. Врачи считали, что для ребёнка было бы счастьем просто ходить. Согласно другим источникам, проблемы со здоровьем у Гарринчи возникли из-за полиомиелита.

ДЕТИ

Гарринча дважды был женат. Первая жена подарила ему восемь детей, вторая — троих. Но точное число детей Гарринчи до сих пор неизвестно. В разных источниках сообщается о 14 отпрысках бразильца от разных женщин.

ФЭЙР-ПЛЕЙ

В 1961 году Гарринча одним из первых применил принцип фэйр-плей в бразильском футболе. В одном из эпизодов матча национального чемпионата защитник «Флуминенсе» получил травму и упал на газон. Вместо того чтобы воспользоваться предоставившимся моментом, Гарринча остановился и выбил мяч за боковую линию, позволив медицинскому персоналу оказать помощь травмированному футболисту.

ПАМЯТНИК

25 января 2010 года возле западной трибуны стадиона «Ботафого» был торжественно установлен 2,5-метровый памятник Гарринчи, работы скульптора Эдгара Дювивьера. Памятник специально расположили по соседству с памятником друга Гарринчи, Нилтона Сантоса.

Гарринча

www.championat.com

Играл как бог, а умер как бродяга. Звезда и смерть великого Гарринчи | Персона | Спорт

Первая ассоциация на словосочетание «бразильский футбол» — конечно же, Пеле. И тут же, через запятую, обязательно — Гарринча. Два гениальных игрока вместе творили историю мирового футбола в середине прошлого века, но первый стал идолом на все времена, а второй рухнул в преисподнюю.

Эпитафия на могиле Гарринчи гласит: «Здесь с миром покоится Манэ Гарринча, радость народа». Это чистая правда: так, как любила Бразилия своего Манэ, она не любила никого и никогда. Наверное, уже и не полюбит.

Хромоножка косоглазая

В его жизни что-то сразу пошло не так, потому что на самом деле Мануэль родился не 28 октября 1933 года, как значилось в метрике, а на целых 10 дней раньше, 18-го. Но как-то так случилось, что папе Амаро Франсиско с мамой Марией было недосуг задокументировать факт появления на свет своего пятого ребенка, а когда время появилось, отличился писарь местного загса, или как он там у них в Бразилии называется: взял да и перепутал с пьяных глаз славную дату. Ошибка быстро вскрылась, но исправлять ее никто не посчитал нужным.

К тому же мальчику просто забыли дать второе имя, как это принято у всех добропорядочных бразильцев: до 14 лет он был просто Мануэлем, а nome do meio «Франсиско», как у отца, оформил себе позже.

Но и это еще не все. Новорожденного обидели не только родители и безвестный писарь, но и сама природа: наказала мальчишку врожденным косоглазием, деформацией позвоночника, смещением костей таза и ногами разной длины. Одни источники уверяют, что левая была короче правой на 5 сантиметров, другие говорят про 6, третьи напирают на все 8. Ноги Манэ, кроме того, были странным образом выгнуты в одну сторону, заметно преломляясь в области коленей и образуя математический знак «больше». Или «меньше», если смотреть со спины.

Когда Манэ чуть подрос, его оперировали, но без видимого результата. «Ходить, наверное, будет, — гласил врачебный приговор, — на все остальное воля божья». Представить, что этот несчастный косоглазый хромой мальчишка не просто сможет играть в футбол (а в Бразилии не было и нет мальчишек, которые не играли бы в футбол), но и станет делать это чуть ли не лучше всех в мире, было бы полным сумасшествием.

Но оказалось, что к природе по факту претензий все-таки никаких: в несуразном теле, как оказалось, таился до поры до времени футбольный талант невероятной мощи.

Справка

Мануэль Франсиско дос Сантос (Гарринча). Родился 28 октября 1933 года в Пау-Гранди (штат Рио-де-Жанейро). Знаменитый бразильский футболист, правый нападающий, отличавшийся уникальной техникой. Прозвища — Радость народа, Кривоногий ангел, Чарли Чаплин футбола, Великий хромой.

Большую часть карьеры провел в клубе «Ботафого» (Рио-де-Жанейро), за который сыграл 579 матчей и забил 249 мячей. В составе сборной Бразилии стал двукратным чемпионом мира (1958, 1962). На чемпионате мира 1962 года был признан лучшим игроком и лучшим бомбардиром.

В 1994 году вошел в символическую сборную лучших игроков в истории чемпионатов мира по версии ФИФА. В 1996 году занял второе место после Пеле среди лучших игроков сборной Бразилии в истории (опрос популярного журнала Placar). В 1998 году вошел в состав символической сборной мира XX века по версии журналистов ведущих мировых СМИ. Занимает 20-е место среди лучших футболистов XX века по опросу авторитетного британского издания World Soccer.

Скончался 20 января 1983 года в возрасте 49 лет от цирроза печени, который развился вследствие хронического алкоголизма.

Похоронен в семейном склепе в городе Маже. 1 июня 2017 года бразильские СМИ сообщили, что останки Гарринчи бесследно исчезли из склепа. Расследование результатов не принесло.

Истинный индеец

Страшно даже представить, каким был истинный футбольный потенциал Гарринчи. Попади он вовремя в хорошие руки, к серьезному тренеру, и Королем футбола, не исключено, называли бы сейчас его, а не Пеле, который родился на целых 7 лет позже.

Но Манэ рос на улице, а характером и привычками пошел в отца, потому что брать пример ему было больше просто не с кого. Отец, высшим карьерным взлетом которого стала должность охранника на заводе, был, увы, банальным алкоголиком, как многие бразильские индейцы, соприкоснувшиеся на свое несчастье с благами цивилизации.

Амаро Франсиско дос Сантос из гордого племени фулниос умер в итоге от цирроза печени, а его сын Мануэль впервые пригубил кашасы (так называемый «бразильский ром») в 4 года. К 10 будущий двукратный чемпион мира сделал кашасу, пиво, сигареты и футбольный мяч своими постоянными спутниками. И не изменил этим привычкам до последнего вздоха.

Гарринча в «Ботафого», 1975 г. Источник: Public Domain

Птичка вылетела из гнезда

До 8 лет маленький Манэ помогал родителям, собирая в лесу бананы и продавая их на рынке. Потом пришло время школы, но терпения у парня хватило только на 4 класса. Читать и писать Мануэль, ставший к тому времени Гарринчей (это прозвище присвоила ему родная сестра Тереза, сравнившая брата с одноименной птичкой-эндемиком), более или менее выучился, и на том с образованием было покончено навсегда.

19 ноября 1947 года 14-летний Гарринча, уже два года как бросивший школу, устроился помощником прядильщика на текстильную фабрику «Америка фабрил» в родном Пау-Гранди, и этот день можно, пожалуй, считать началом его блистательной футбольной карьеры.

Если, гоняя тряпичный мяч со сверстниками на улице, Манэ отличался разве что анатомическими особенностями, то в любительской команде фабрики, окрепнув физически, вдруг расцвел и быстро стал звездой местного масштаба. Невысокий (169 см), коренастый, колченогий парнишка рвал в клочья любую защиту, словно бы не замечая соперников. Его дриблинг не знал противоядий, ходы не читались.

В 16 лет Гарринчу позвали во взрослую команду «Пау-Гранди», потом были просмотры во «Фламенго», «Флуминенсе» и «Васко да Гаме» — больших клубах из Рио со славной историей. Будь Манэ чуть умнее, настойчивее и целеустремленнее — подписал бы свой первый профессиональный контракт лет в 17-18. Но он просто плыл по течению, не желая напрягаться и проводя свободное время в барах, где всегда ждали верные друзья…

Крестный отец

Наконец, 10 июня 1953 года Гарринче устроили просмотр на тренировке еще одного популярнейшего клуба из Рио — «Ботафого», в составе которого выступал игрок сборной Бразилии Нилтон Сантос. Нилтона Манэ в тот день просто уничтожил, трижды пробросив ему мяч между ног в двусторонке.

Такие вещи новичкам, как правило, не прощают, но Сантос справился со своим эго. «Если этот малый окажется в другом клубе, я не смогу спать спокойно, — сказал он тренеру „Фого“ Жентилу Кардозо. — Если же он закрепится у нас, тогда не будут спать защитники других клубов».

Через 20 дней Гарринча уволился с фабрики и стал профессиональным футболистом, а через 5 лет — чемпионом мира в составе сборной Бразилии вместе с Нилтоном Сантосом. «Он мой крестный отец в футболе, — много раз говорил потом Гарринча. — Если бы на моем пути встречалось побольше таких людей, как Нилтон, я не пережил бы столько несчастий».

Сборная Бразилии на Чемпионате мира в Швеции, 1958 г. Источник: Public Domain

Манэ непобедимый

Удивительный факт: Гарринча провел в составе сборной Бразилии ровно 60 матчей (1955-1966), и за все это время команда проиграла лишь однажды — в самом последнем для Манэ в футболке сборной (ЧМ-1966, Бразилия — Венгрия — 1:3).

К чемпионату мира-1958, который состоялся в Швеции, Манэ подошел уже признанным мастером, но полного доверия к нему ни у тренеров, ни у партнеров не было. Он по-прежнему относился к футболу как к развлечению, источнику удовольствия. Совершенно не разбирался в тактике, не давал себе труда задуматься о командных интересах, избегал черновой работы. Накрутить на своем правом фланге пять-шесть соперников, сорвав бешеные овации, — этого было вполне достаточно, так уж он был устроен.

Но именно в 1958-м к нему пришла мировая слава, причем «соучастниками» процесса стали игроки сборной СССР. Два первых матча Гарринча провел на лавке по соседству с юным Пеле, а в третьем, против советской команды, оба вышли в стартовом составе.

— Уже на первой минуте с виду нескладный Гарринча каким-то невообразимым финтом уложил на траву Кузнецова, промчался с мячом по краю и пробил так, что мяч, ударившись в стойку ворот, отлетел в центральный круг, — вспоминал позже великий советский вратарь Лев Яшин. — Еще через несколько секунд все повторилось в точности: рывок Гарринчи, лежащий Кузнецов, удар в штангу, и мяч, отскочивший к середине поля…

— Мы с Валей Ивановым, хорошо помню, злые были, потому что попали, как говорится, под раздачу, — рассказывал в интервью АиФ.ru еще один легендарный игрок сборной СССР Никита Симонян. — Просто не знали, что делать. Бразильцы же в Швецию новую тактику привезли, 4-2-4, закрыли двумя защитниками, Беллини и Орландо, центральную зону — и мы, форварды, оказались на голодном пайке. А тут еще Боря Кузнецов проблем добавляет: как только мяч у него — шарах его куда подальше, метров на 60! В перерыве мы с Валей давай ему пихать: Боря, елки-палки, ты что творишь, дай хоть раз в ноги или на ход! Нет, говорит, мужики, чем дальше мяч, тем мне лучше, хоть полминуты от этого черта кривоногого отдохну. От Гарринчи то есть. А бразильцы не дураки: прочувствовали, что у Манэ игра идет, и давай свой правый фланг нагружать…

Манэ неподражаемый

С Пеле и Гарринчей в составе сборная Бразилии выиграла чемпионат мира-1958, а через 4 года повторила успех, причем главным героем турнира стал именно Гарринча. Правда, триумфа могло не быть, потому что в день отлета Манэ к назначенному часу в точку сбора не явился: завис на всю ночь в баре, и его поиски стоили администраторам сборной немалых усилий.

Но в Чили, где проходил турнир, Гарринча был неподражаем. Молодой лидер сборной Бразилии Пеле получил травму уже на старте чемпионата мира, и его роль взял на себя Гарринча. Вместе с четырьмя другими игроками, включая нашего Валентина Иванова, он разделил звание лучшего бомбардира и был признан лучшим футболистом турнира.

Случился в его карьере и третий ЧМ, в Англии, но лучше бы 32-летний Манэ на него не ездил. «Бикампеоны» жестоко провалилась, не выйдя из группы, а последний для Гарринчи матч в составе сборной обернулся поражением от Венгрии. Тем самым единственным поражением в его карьере игрока сборной…

Гарринча, Чемпионат мира по футболу в Чили, 1962 г. Источник: Public Domain

Манэ беззаботный

Любовь простых бразильцев к Гарринче буквально не знала границ, и не только потому, что он играл в удивительный футбол. Он был в доску своим парнем, вот что главное, — простым, открытым, щедрым, наивным и беззаботным.

Сколько денег просадил Манэ в бесконечных дружеских попойках, не подлежит подсчету. А сколько раздал, не разбирая повода, знакомым и незнакомым людям? А сколько потратил на женщин, включая многочисленных жен (у Гарринчи только «доказанных» детей — 14 от разных связей)? А в карты сколько проиграл?

Образ жизни, который вел Гарринча, не имеет ничего общего с профессиональным футболом. Вряд ли стоит удивляться тому факту, что сразу после окончания карьеры выяснилось, что он не только фактически нищ, но и безнадежно болен. Пока в жизни был футбол, Манэ еще как-то держался на плаву, а потом все покатилось под откос.

Последние годы он провел в полной нищете, снимая квартиру в одном из не самых благополучных районов Рио. Шесть раз проходил курсы лечения от алкоголизма. По некоторым данным, был наркозависим. К 1979-му, когда Манэ диагностировали цирроз печени, его психика была полностью расшатана, а о физическом состоянии лучше и не говорить.

Рождество 1982 года Гарринча встретил в клинике, но, едва выписавшись, снова ушел в запой. 18 января он вернулся домой в полном невменозе, вызванная супругой скорая помощь доставила его в госпиталь Боависта в состоянии комы.

20 января в 6 часов утра Мануэль Франсиско дос Сантос по прозвищу “Радость народа” был обнаружен мертвым в больничной палате. Во время похорон за гробом с телом Гарринчи шли 300 тысяч человек. Но среди них не было ни одного из тех, с кем он выиграл для Бразилии два чемпионата мира…

www.aif.ru

ГАРРИНЧА. 50 знаменитых больных

Настоящее имя — Маноэль Франсиско душ Сантуш

(род. в 1933 г. — ум. в 1983 г.

  

Когда говорят о бразильском футболе, то разговор рано или поздно приходит к одному: кто все-таки был лучшим игроком Бразилии — Пеле или Гарринча? И с этого момента спор может длиться бесконечно, поскольку он равнозначен основному вопросу философии: «Что первично — дух или материя?»

Пеле универсален: великолепно бил по мячу, в совершенстве владел техникой обводки, потрясающе чувствовал поле и партнеров, молниеносно ориентировался в самых запутанных игровых ситуациях. Он обладал внушительным ростом и атлетическим сложением. В общем, Пеле являл собой идеал футболиста-профессионала.

Гарринча был полной противоположностью Пеле, его антиподом. Он, мягко говоря, был не атлетичен, не владел новейшими игровыми приемами (он их придумывал — как, например, удар «сухой лист»), не следовал игровым схемам — он вообще играл в футбол чуть ли не по собственным правилам. Манэ был ниспровергателем традиций и правил. Если бы кто-то другой попробовал играть так, как Гарринча, то он был бы предан анафеме и изгнан из команды, а Гарринче было позволено все.

Гарринча и Пеле — это две эпохи бразильского футбола, две разных игры. Первая — это «уличный» футбол, где главное — удовольствие от игры, а потому каждая игровая ситуация посвящается болельщикам и являет собой красивейшую импровизацию. Вторая — это профессия, карьера, где главное — достичь результата, а мяч, партнер и соперники — лишь средство для победы.

Гарринча был королем бразильского футбола, «радостью народа», воплощением духа и темперамента Бразилии. Он не просто обыгрывал любых защитников, ювелирно обращаясь с мячом, но потешался над ними на радость публике. Манэ по заказу бил в любой угол ворот, указывая вратарю, куда именно будет направлен мяч, а затем вгонял его в обозначенную точку. И вратарь ничего не мог поделать.

Чего стоит ставшая легендарной выходка Гарринчи в товарищеском матче с итальянцами в Коста-Рике.

Идет последняя минута матча, счет 1:1. Мяч у Манэ, он обходит всех, кто попался ему на пути, и вот уже он один на один с вратарем. Гарринча замахивается — и не бьет. Замахивается еще раз — и снова не бьет. К этому времени подбегает запыхавшийся защитник, Гарринча его обыгрывает, снова оказывается лицом к лицу с вратарем и снова пускается в круиз по вратарской площадке, обводя чуть ли не всю итальянскую команду, столпившуюся перед ним. Наконец в третий раз оказывается перед вратарем и на этот раз снисходит до того, чтобы забить гол, посылая мяч между ногами защитника ворот.

Финальная сирена. Тренер в истерике несется к Гарринче (выразительные португальские эпитеты, принесенные в Бразилию конкистадорами, подразумеваются) — почему не бил? И Гарринча объясняет: «Да вратарь никак не хотел расставить хотя бы немножечко ноги!» Немая сцена. Занавес.

По другой легенде, благодаря Гарринче появился гимн бразильских болельщиков «Ole». Во время одной из игр с аргентинцами Гарринча затеял футбольную дуэль с защитником команды-соперницы. Зрители кричали «Ole» всякий раз, как Гарринча изящно обводил соперника. Эти крики сменились хохотом после того, как в какой-то момент Гарринча намеренно «забыл» мяч на поле и продолжил бег к воротам аргентинцев — защитник последовал за Манэ, не сообразив, что мяч остался далеко позади. После этого крик болельщиков «Ole» стал своеобразным футбольным гимном Бразилии, подхваченным потом во всем мире.

Однако Гарринча устраивал не только клоунаду. Именно он изобрел рыцарский прием, взятый позднее на вооружение бразильскими футболистами. В одном из матчей защитник команды соперников поскользнулся и упал, подвернув ногу. Мяч отлетел к Манэ, который влетел в штрафную площадку и остался один на один с вратарем. Замахнувшись, чтобы послать мяч в сетку ворот, он вдруг увидел, что защитник корчится от боли на земле. И тогда Гарринча отправил мяч за боковую линию. Гарринча не мог иначе — болельщики не простили бы ему этого гола. Да и потом — одним больше, одним меньше.

Ни один другой футболист не мог повторить манеру игры Гарринчи — он был единственным в своем роде, феноменом, не укладывающимся в прокрустово ложе традиций. И Манэ позволяли играть так, как ему хотелось, ничего не навязывая и ничему не уча. Вдохновение подсказывало ему путь к воротам противника и к победе. Нильсон Сантос, один из лучших защитников сборной Бразилии, так сказал о Гарринче: «Он всю жизнь был большим ребенком и умел играть в одну-единственную игрушку — футбол.»

Маноэль Франсиско душ Сантуш не был баловнем судьбы. Ему повезло, пожалуй, лишь в одном — он родился в Бразилии. Ни в какой другой стране, особенно в Европе, у Маноэля не было шансов не то что стать звездой футбола, но даже начать серьезно играть. Когда английский, итальянский или французский ребенок впервые приходит в футбольный клуб, он проходит медосмотр: рост, вес, давление и так далее. Кроме того, выясняется, нет ли у ребенка каких-либо заболеваний, а также явных физических дефектов. Собственно, на медосмотре футбольная карьера Гарринчи была бы завершена.

28 октября 1933 г., когда Маноэль душ Сантуш появился на свет, выяснилось, что левая нога младенца искривлена наружу, а правая — внутрь (когда ребенок вырос, она оказалась короче левой на добрый десяток сантиметров). Маноэль выглядел так, как будто его ноги были разметены порывом ветра в разные стороны. Ступни никак не хотели оставаться в параллельном положении.

Если бы ребенок попал к хорошему ортопеду, этот порок можно было бы исправить в два счета. Однако в Пау-Граде не было хороших ортопедов. Да даже если бы и были — семья Маноэля, в которой он был четвертым ребенком, жила в полной нищете.

Никто даже представить себе не мог, что Маноэль, который и ходил-то с трудом, станет величайшим форвардом в истории мирового футбола. В общем-то, физические особенности Маноэля даже сослужили ему добрую службу — никто не мог воспроизвести его манеру игры, да и противник никогда не понимал, какое следующее действие он предпримет. Ибо двигался Маноэль вопреки всем законам физики.

Он был очень невысоким. «Маленький, как воробей» (по-испански garrincha), — говаривала его сестра Роза. Эта кличка так к нему и прицепилась. Уже позже его сравнивали с маленькой птичкой, которая легко шмыгает между рядами защитников.

Страстью Манэ был футбол, как и любого другого бразильского мальчишки. Футбол в этой стране — одна из немногих возможностей выбиться в люди, и в него играют на каждом клочке земли. Юные игроки попадают к тренеру, уже умея обращаться с мячом. Любой новичок в профессиональной команде способен обежать вокруг поля, ни разу не дав мячу упасть на землю. При этом он не знает ни одного параграфа правил, кроме одного — рукой разрешается играть лишь вратарю.

Гарринча играл вдохновенно, азартно и весело. Для него футбол был радостью, средством самовыражения и самоутверждения. Из-за физических особенностей своего тела он мог передвигаться в совершенно непредсказуемых направлениях. Кроме того, у него была просто феноменальная способность к ускорению. Комбинируя эти два качества, он вскоре стал лучшим игроком в городе.

В то время Маноэль не помышлял о профессиональном футболе. В 14 лет он поступил на работу на текстильную фабрику в Пау-Гранде, как и все жители этого городка, а в свободное время играл в городской команде.

Тогда-то он и взял себе второе имя — Франсиско. Дело в том, что Маноэль душ Сантуш — одно из самых распространенных имен в Бразилии (как Педро). Немало их было и на фабрике, где работал Гарринча. Чтобы его как-то отличали, он и придумал себе второе имя. Впрочем, сказать, что Гарринча работал, было бы преувеличением — он был уволен с фабрики за лень и номинально восстановлен по настоянию тренера фабричной футбольной команды.

Позже Маноэль получил приглашение выступать за команду соседнего городка, но решил, что не стоит менять шило на мыло, и остался в Пау-Гранде. Он все же пытался попасть в большие клубы Рио. Из «Васко» его сразу же отправили, поскольку у него не было бутс, а в «Флуминенсе» он не дождался конца процедуры просмотра, поскольку торопился на последний поезд домой.

Так что Манэ продолжал жить в своем городке, но однажды судьба улыбнулась ему. В Пау-Гранде приехал запасной игрок столичного клуба «Ботафого» Арати. Игра молодого форварда так впечатлила бывалого футболиста, что он немедленно повез Маноэля в столицу, купил ему за свои деньги бутсы, форму и привел на тренировку к Жентилу Кардозо, наставнику «Ботафого».

Это произошло 9 июля 1953 года, и до 1965 года Гарринча с «Ботафого» не расставался.

Тренировка уже подходила к концу, когда Кардозо вспомнил о новичке. Когда Гарринча появился на поле, наставник команды едва удержался от смеха. Косолапый, кривобокий Манэ ходил странной переваливающейся походкой и, казалось, с трудом стоял на ногах. Выяснив игровое амплуа странного игрока — правый крайний нападающий, — Кардозо попросил лучшего в то время левого защитника бразильского футбола Нилтона Сантоса «проверить» Гарринчу. Он намеревался показать новичку, как мало тот умеет, ибо обыграть Сантоса могли очень немногие из опытных профессионалов.

Но случилось неожиданное. «Когда я приблизился к нему, он внезапно протолкнул мяч у меня между ногами и исчез, — рассказывал потом Сантос. — Я бросился было за ним, но потерял равновесие и упал. Все, кто был на стадионе, начали смеяться».

Нилтон Сантос настоял на том, чтобы Гарринчу взяли в команду — лучше играть с ним в одной команде, чем в разных. Двумя месяцами позже Гарринча забил в своей дебютной игре за «Ботафаго» 3 гола, и вскоре вся Бразилия влюбилась в нового нападающего, равного которому не было в стране, а как выяснилось позже, и в мире.

Это стало ясно в 1958 г., на чемпионате мира в Швеции. Первые две игры Гарринча пропустил — тренер сборной Бразилии Висенте Феола не горел желанием выставлять его на поле. Тогда просить за Гарринчу пришла целая делегация игроков, грозившихся покинуть чемпионат вместе с ним. Феола был вынужден включить Гарринчу (а заодно и 17-летнего Пеле) в основной состав на матч со сборной СССР.

15 июня 1958 года на поле вышли два самых талантливых игрока Бразилии за всю ее футбольную историю.

Противника бразильцы опасались — в сборной СССР были блестящие игроки, через два года они привезли в Москву Кубок чемпиона Европы. Но игра 1958 года стала кошмаром для советской команды.

Узнав, что бразильцы заявили на игру Гарринчу, Борис Кузнецов, которому предстояло опекать форварда, испытал шок. За год до этого он видел игру Гарринчи в одном из матчей национального чемпионата Бразилии и знал, что ждет его и его команду. Пеле тогда никто не брал в расчет.

Манэ в первые же три минуты матча буквально растерзал оборону советских ворот. На 15-й секунде он провел первую атаку, обойдя трех защитников, нанес удар по воротам, но — штанга. Через несколько секунд атака повторяется, но теперь по мячу бьет Пеле. И снова штанга. На 3-й минуте Гарринча совершил третий проход, отдал пас и — счет был открыт. Матч закончился со счетом 2:0 в пользу Бразилии, после игры сборная СССР была измучена до предела — с таким шквалом атак ей не приходилось сталкиваться ни до, ни после. Впрочем, мучиться на том чемпионате пришлось не только футболистам СССР. В финальном матче Гарринча устроил «избиение младенцев» для сборной Швеции.

Бразилия впервые выиграла чемпионат мира, и игроки великой команды стали национальными героями. На чемпионат мира в Чили в 1962 г. Гарринча приехал, считаясь вторым лидером команды после Пеле. Но тот получил травму уже во втором матче и наблюдал за игрой бразильской сборной с трибуны. Лидером сборной Бразилии стал Гарринча — и снова чемпионский титул.

Четыре года между двумя победными чемпионатами внесли изменения и в личную жизнь Гарринчи. Он женился во второй раз на известной певице и исполнительнице самбы Эльзе Суарес. Ее песни звучали с пластинок, их исполняли по радио, пели на улицах, пляжах, в ресторанах и кафе.

К моменту женитьбы на Эльзе у Гарринчи было восемь детей от первого брака с девушкой из Пау-Гранде по имени Наир. Наир не выдержала потрясения и вскоре умерла, и пятеро детей Манэ переселились к ним с Эльзой (всего у Гарринчи было четырнадцать детей).

Однако жизнь Гарринчи не была такой уж безоблачной — руководство клуба постоянно недоплачивало ему. Причем во многом благодаря широте души самого Гарринчи — он, не читая, подписывал контракты, пустые бухгалтерские бланки и другие финансовые документы (злые языки утверждали, что он все равно был не способен в них разобраться — интеллект слабоват). Менеджеры клуба просто приходили к нему в дом, приносили подарки для детей и подписывали новый контракт.

Первый раз Гарринча попытался изменить ситуацию в 1963 году по настоянию Эльзы — продлевая конракт с «Ботафого», он потребовал более высокую зарплату. Новый контракт был подписан через четыре месяца.

Впрочем, самому Гарринче финансовые вопросы были малоинтересны. В отличие от более прагматичных игроков, он не задумывался о своем будущем «после футбола» и бездумно тратил имеющиеся у него средства направо и налево. Зарабатывать он умел только футболом, поэтому частенько оставался без гроша — раздавал или просто дарил огромные суммы бесчисленным друзьям, атои случайным знакомым. Не глядя, выкладывал на стол пачки денег, чтобы оплатить очередной шумный кутеж в ресторане. Его товарищи по бразильской сборной уже давно зарабатывали огромные деньги на своей славе. А он так и жил до самой смерти одним днем, не зная, где проснется завтра.

Вскоре после первенства мира начались проблемы со здоровьем: в одном из матчей национального первенства Гарринча получил травму. Врачи советовали 2–3 месяца не играть, но в это время «Ботафого» отправлялся в турне по Европе, и отсутствие Гарринчи вдвое уменьшало доходы клуба. Манэ внял просьбам руководства, поехал и спасался обезболивающими уколами. Во время матчей он все время улыбался — противники думали, что Гарринча насмехается над ними, а это была гримаса от нестерпимой боли в правой ноге.

По возвращении домой у него нашли разрыв мениска. Ему сделали операцию, через полгода он вернулся на поле, но прежнего Гарринчи уже не было. Это подтвердил чемпионат мира в Англии в 1966 г.: от футбольного идола осталась лишь бледная тень.

Каждый шаг ему теперь давался с трудом. Не срабатывали любимые финты, не получались рывки, болела не переставая правая нога. Бразильцы проиграли и не попали даже в четвертьфинал. Это был последний чемпионат Гарринчи.

За год до этого Гарринча впервые побывал в СССР. Москвичи с восторгом встретили появление героев того чемпионата, однако Гарринча долго не выходил на поле. Зрители не на шутку волновались — неужели они не увидят легендарного игрока? К неописуемой радости трибун, Гарринча все же вышел, правда, за 13 минут до конца матча. Бразильцы к этому времени вели — 3:0, и Гарринче оставалось только показать московской публике несколько своих знаменитых финтов, что он и сделал.

Почувствовав, что звезда Гарринчи, разменявшего четвертый десяток, закатывается, хозяева «Ботафого» решили сбыть ветерана с рук. В 1966 г. Манэ был продан, однако дела в новом клубе у него не пошли. Начались мучительные скитания «великого хромого» по второразрядным командам. Он сменил несколько клубов, нигде подолгу не задерживаясь, попытался начать тренерскую карьеру, но оказалось, что учить футболу он не умеет.

Беда, как известно, одна не приходит. В апреле 1969-го Гарринча, будучи за рулем машины, угодил в автокатастрофу. Погибла мать Эльзы. Суд приговорил Манэ к двум годам тюрьмы, правда, условно.

Еще несколько лет прошли в поисках сколько-нибудь сносного футбольного пристанища. И в декабре 1973 года на главном стадионе Бразилии «Маракане» состоялся прощальный матч Гарринчи. На этом футбол для него закончился. Вскоре Бразилия просто забыла про Гарринчу, который начал спиваться.

Свое сорокалетие он отметил дома в непривычном одиночестве. За столом сидели только он и Эльза. Друзья, которых он ждал, не пришли и даже не позвонили.

Вскоре Эльза родила сына. Гарринча, который к тому времени был законченным алкоголиком, появился в родильном доме с опухшим до неузнаваемости лицом. Доведенная до отчаяния жена поставила вопрос ребром: либо семья, либо бутылка. «Нет у меня сил, чтобы бросить пить», — обреченно ответил Манэ. Эльза подала на развод.

20 января 1983 года Манэ не стало. Он умер в больнице для бедняков на окраине Рио, не дожив 9 месяцев до пятидесяти лет. Причина — алкоголь и наркотики. Умер Гарринча во сне.

Отпевали его на «Маракане», попрощаться с ним пришли сотни тысяч бразильцев, влюбившихся в «косолапого маленького воробья», а потом позабывших его.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

biography.wikireading.ru

Гарринча, бразильский футболист.

Мануэл (Манэ) Франсиску дус Сантус — бразильский футболист, правый нападающий, считается лучшим правым крайним нападающим в истории футбола. По опросу МФФИИС он занимает 8-е место среди лучших футболистов мира и 4-е среди лучших футболистов Южной Америки в XX веке. Гарринча занимает также 6-е место среди лучших игроков в истории чемпионатов мира по версии газеты «The Times» и входит в символическую сборную лучших игроков в истории чемпионатов и Кубков Америки. В Бразилии Гарринча считается вторым игроком в истории национального футбола после Пеле.

Гарринча родился 28 октября 1933 года в городе Пау-Гранди, в многодетной семье Амаро и Марии Каролины, где он был пятым ребёнком. Из-за ошибки отца в свидетельстве о рождении Гарринчи датой рождения было указано 18 октября. Кроме этого ему не дали второго имени, так что Гарринча в 15 лет выбрал его сам и стал называть себя Франсиско. Гарринча родился с врождёнными недостатками: он страдал косоглазием, деформацией позвоночника и смещением костей таза, а его левая нога была короче правой на 6 см. Хирургическое вмешательство, проведённое, чтобы исправить болезни Манэ, не помогло: врачи, делавшие операцию, считали, что для ребёнка было бы счастьем просто ходить. По другим источникам, проблемы со здоровьем у Гарринчи возникли из-за полиомиелита.

Гарринча был смешанного происхождения — по материнской линии афро-бразилец из Ресифи, по отцовской — потомок индейцев фулниос; его прадед насильно был перевезён со склонов хребта Баррига, штат Алагоас, в Палмейрас-дос-Индиос в начале XIX века. Там же он получил фамилию — Франсиско дос Сантос, по имени рабовладельца, владевшего плантацией сахарного тростника и индейцами, что работали на ней. В отцовской линии также присутствовали африканские корни: дедушка Маноэла, Шизе, был женат на рабыне-мулатке, Антонии. У них было 6 детей — Мануэл, Амаро, Мария, Жозе, Изабел и Жоао.

Семья Гарринчи, состоявшая, помимо него и родителей, ещё из 4 детей, двое из которых, брат и сестра Манэ, умерли от болезней и голода, была очень бедная, из-за чего Манэ с юных лет помогал родителям, собирая в лесу фрукты и продавая их на рынке; торговал Гарринча в основном дикими сильнопахнущими бананами. Его отец, Амаро, работавший охранником на заводе Пау-Гранди, страдал алкоголизмом, впоследствии умер от цирроза печени. Манэ передалась привязанность отца: в 4 года он попробовал алкоголь, а с 10 лет потреблял спиртные напитки, кашасу, пиво и «качимбу», напиток из кашасы, мёда и лимона, а также начал много курить. Манэ получил своё прозвище «Гарринча» за то, что он любил ловить птиц семейства крапивниковых, называемых «гарринча» и живших в лесах близ города, и очень удачно имитировал их щебет. Так называть его стали в возрасте 4 лет, после слов сестры Манэ, Терезы: «Ты ловишь столько птиц, что и сам скоро станешь гарринчей».

С юных лет Гарринча начал увлекаться футболом, которому уделял большую часть своего времени. Уже тогда Гарринча выделялся своим уровнем игры, выступая лучше всех своих сверстников. В те годы для него излюбленным занятием на футбольном поле было раз за разом обыгрывать соперников, что он делал с нескрываемым удовольствием.

В 1941 году Гарринча начал учиться в школе, но провёл там только 4 класса, часто пропуская занятия, из-за чего впоследствии плохо считал и писал. 19 ноября 1947 года, в возрасте 14 лет, Гарринча устроился на работу на местную текстильную фабрику «Америка фабрил» помощником прядильщика. Именно тогда Манэ добавил к своему имени второе — Франсиско, для того, чтобы не быть спутанным с другими Мануэлами дос Сантосами. На фабрике Гарринча подружился с двумя другими рабочими, Свингом и Пинселом, с которыми регулярно выпивал, с ними Манэ остался дружен и после того, как стал знаменитым футболистом.

Одновременно с работой Гарринча играл в любительской фабричной команде «Пау-Гранди», в которой выступал за детский состав. «Пау-Гранди» выступала против местных любительских команд на стадионе, принадлежащем клубу, Гарринча демонстрировал высокий уровень игры, и когда он был уволен с фабрики из-за лени, то был восстановлен по инициативе главы фабричной команды. Но несмотря на это главный тренер «Пау-Гранди», Карлос Пинто, не приглашал игрока в основной состав. Из-за этого он в 1951 году стал играть в составе лучших команд округа, «Крузейро ду Сул» и «Серрано» из Петрополиса, где он играл до обеда, а затем уезжал обратно и выступал в составе «Пау-Гранди». В этих клубах Гарринча начал получать свои первые деньги, заработанные футболом — 30 крузейро за матч. После 3 месяцев выступлений Манэ, утомлённый постоянными переездами, решил прекратить играть за эти клубы.

В июне 1949 года, во время очередного послеродового периода, подхватив инфекцию, умерла мать Гарринчи, что очень тяжело подействовало на Манэ. После смерти матери Манэ отец Амаро начал жить вместе с вдовой, Сесилией, также имевшей своих детей. Она заботилась о семье Гарринчи.

С 16 лет Манэ стал играть за взрослую команду. В его дебютном матче с «Крузейро ду Сул» он забил несколько голов, а его команда победила 8:1. Тогда же Пинто поставил Гарринчу на правый фланг нападения из-за того, что его традиционная позиция в центре поля, под нападающими, была занята другим игроком. На позиции правофлангового форварда Гарринча играл очень хорошо и был признан лучшим игроком округа. В одной из игр, где «Пау-Гранди» встречался с клубом «Раис-да-Серра», при счёте 0:0 Гарринча обвёл всех игроков команды, начав свой дриблинг из собственной штрафной, и отдал голевую передачу, после которой его партнёр забил гол. После этого один из игроков команды соперника остановил его очень грубым приёмом и был чуть не побит собственными болельщиками, которых восхитило мастерство Гарринчи. Более против Манэ правил не нарушали, а его команда выиграла 6:0.

Хороший уровень игры Гарринчи стал причиной интереса к нему «больших» клубов Рио-де-Жанейро. Он прошёл просмотр во «Фламенго» и «Флуминенсе», однако эти команды из-за слабого финансового состояния и не внушающих доверия ног Манэ отказались подписывать с ним контракт. Клуб «Васко да Гама» отказал Гарринче в просмотре из-за того, что футболист пришёл в клуб без бутс. Также неудачной была попытка заиграть в клубе «Сан-Кристован», где после 10 минут просмотра Гарринчу попросили подождать решения до вечера, но Манэ, испугавшись остаться на вокзале, уехал последним поездом в Пау-Гранди, а на следующий день не вернулся. В двадцатилетнем возрасте Гарринчу заметил бывший игрок «Ботафого» Арати, который приехал к друзьям в Пау-Гранди, чтобы отсудить матч, и увидел, как Гарринча забил четыре мяча в одной игре. 13 марта 1953 года Арати, купив Гарринче форму и бутсы, вместе с президентом «Пау-Гранди» привёл молодого игрока к тренеру Жентилу Кардозо, который допустил его к тренировке молодёжного состава. Гарринча выступил удачно, однако проводивший тренировку сын Кардозо Ньютон не имел права принимать решения по игрокам, потому Манэ попросили прийти позднее. 10 июня 1953 года Манэ прошёл просмотр во взрослой команде «Ботафого». Перед просмотром Гарринчу предупредили, что ему будет противостоять левый защитник сборной Бразилии Нилтон Сантос. Однако Манэ сказал, что в «Пау-Гранди» ему обычно противостоял Жуан, которого он всегда обыгрывал. На тренировке Гарринча три раза обыграл Нилтона одним и тем же финтом, пробрасывая ему мяч между ног, чем поразил Нилтона:

denvistorii.ru

Гарринча (28 октября 1933 — 20 января 1983) , бразильский футболист

Гарринча, бразильский футболист, чемпион мира 1958 и 1962 годов, родился в очень бедной семье 28 октября 1933 года в Пау-Гранди (штат Рио-де-Жанейро, Бразилия). Его настоящее имя – Мануэл Франсиску Душ Сантуш. В детстве он перенёс болезнь, которая жестоко искривила его ноги – правая нога стала короче левой на шесть сантиметров. Врачи, делавшие операцию, считали, что для ребёнка было бы счастьем просто ходить.

Никто тогда даже представить не мог, что этот парень станет двукратным чемпионом мира по футболу. В течение восьми лет сборная Бразилии проиграла только один матч, пока в её составе играл Гарринча.

Футболом он начал увлекаться уже с детства, и уже тогда выделялся своим уровнем игры, по сравнению со своими сверстниками. Проучившись в школе всего несколько классов, Гарринча в 1947 году устроился на работу на местную текстильную фабрику, а в свободное от работы время играл в любительской фабричной команде. Через несколько лет, благодаря хорошему уровню игры, он был замечен представителями «больших» клубов Рио-де-Жанейро.


В большой футбол Гарринча пришел в 20 лет. Его привели к тренеру «Ботафого» Жентилу Кардозо, и тот попросил проверить «гения» левому защитнику «Ботафого» и сборной Бразилии Нилтону Сантосу. Авторитетный экзаменатор особого впечатления на Гарринчу не произвёл – он его просто не знал в лицо. Своим излюбленным приёмом Гарринча усадил Нилтона на пятую точку, после чего стал издеваться над игроками «Ботафого», обыгрывая их. Никому так и не удалось отобрать мяч у инвалида, каковым, по сути, и был Гарринча.

Гарринча обладал уникальной техникой обращения с мячом и ударом с обеих ног. Только он мог так внезапно менять направление движения на большой скорости с мячом. В сборной Бразилии Гарринча обычно играл на позиции правого нападающего, откуда выдал немало выверенных передач партнерам.

Вообще, самый яркий период футбольной карьеры Гарринчи связан именно со временем игры за клуб «Ботафого». С 1953 по 1965 год он сыграл за клуб 579 матчей, в которых забил 249 мячей. Клуб расстался с ним после того, как футболист получил серьезную травму.

В дальнейшем Гарринча сменил много команд, нигде не задерживаясь надолго. В 1955-1966 годах он играл за сборную Бразилии, в составе которой дважды выиграл чемпионаты мира (1958 и 1962 годов). В Бразилии Гарринча считается вторым игроком в истории национального футбола после Пеле.

Однако за пределами стадиона великого футболиста постоянно преследовали проблемы. Всю жизнь он страдал из-за пристрастия к алкоголю, много раз попадал в автомобильные аварии, в одной из которых погиб его отец. Плохо знал счёт деньгам и мог пропить свою спортивную премию в баре с болельщиками.

«Чарли Чаплин футбола», как прозвали Гарринчу журналисты за походку вразвалочку и артистичное обращение с мячом, умер в нищете от цирроза печени 20 января 1983 года в Рио-де-Жанейро (Бразилия).

www.calend.ru

28 октября 1933 г. — Родился Гарринча, бразильский футболист.

Мануэл (Манэ) Франсиску дус Сантус — бразильский футболист, правый нападающий, считается лучшим правым крайним нападающим в истории футбола. По опросу МФФИИС он занимает 8-е место среди лучших футболистов мира и 4-е среди лучших футболистов Южной Америки в XX веке. Гарринча занимает также 6-е место среди лучших игроков в истории чемпионатов мира по версии газеты «The Times» и входит в символическую сборную лучших игроков в истории чемпионатов и Кубков Америки. В Бразилии Гарринча считается вторым игроком в истории национального футбола после Пеле.

Гарринча родился 28 октября 1933 года в городе Пау-Гранди, в многодетной семье Амаро и Марии Каролины, где он был пятым ребёнком. Из-за ошибки отца в свидетельстве о рождении Гарринчи датой рождения было указано 18 октября. Кроме этого ему не дали второго имени, так что Гарринча в 15 лет выбрал его сам и стал называть себя Франсиско. Гарринча родился с врождёнными недостатками: он страдал косоглазием, деформацией позвоночника и смещением костей таза, а его левая нога была короче правой на 6 см. Хирургическое вмешательство, проведённое, чтобы исправить болезни Манэ, не помогло: врачи, делавшие операцию, считали, что для ребёнка было бы счастьем просто ходить. По другим источникам, проблемы со здоровьем у Гарринчи возникли из-за полиомиелита.

Гарринча был смешанного происхождения — по материнской линии афро-бразилец из Ресифи, по отцовской — потомок индейцев фулниос; его прадед насильно был перевезён со склонов хребта Баррига, штат Алагоас, в Палмейрас-дос-Индиос в начале XIX века. Там же он получил фамилию — Франсиско дос Сантос, по имени рабовладельца, владевшего плантацией сахарного тростника и индейцами, что работали на ней. В отцовской линии также присутствовали африканские корни: дедушка Маноэла, Шизе, был женат на рабыне-мулатке, Антонии. У них было 6 детей — Мануэл, Амаро, Мария, Жозе, Изабел и Жоао.

Семья Гарринчи, состоявшая, помимо него и родителей, ещё из 4 детей, двое из которых, брат и сестра Манэ, умерли от болезней и голода, была очень бедная, из-за чего Манэ с юных лет помогал родителям, собирая в лесу фрукты и продавая их на рынке; торговал Гарринча в основном дикими сильнопахнущими бананами. Его отец, Амаро, работавший охранником на заводе Пау-Гранди, страдал алкоголизмом, впоследствии умер от цирроза печени. Манэ передалась привязанность отца: в 4 года он попробовал алкоголь, а с 10 лет потреблял спиртные напитки, кашасу, пиво и «качимбу», напиток из кашасы, мёда и лимона, а также начал много курить. Манэ получил своё прозвище «Гарринча» за то, что он любил ловить птиц семейства крапивниковых, называемых «гарринча» и живших в лесах близ города, и очень удачно имитировал их щебет. Так называть его стали в возрасте 4 лет, после слов сестры Манэ, Терезы: «Ты ловишь столько птиц, что и сам скоро станешь гарринчей».

С юных лет Гарринча начал увлекаться футболом, которому уделял большую часть своего времени. Уже тогда Гарринча выделялся своим уровнем игры, выступая лучше всех своих сверстников. В те годы для него излюбленным занятием на футбольном поле было раз за разом обыгрывать соперников, что он делал с нескрываемым удовольствием.

В 1941 году Гарринча начал учиться в школе, но провёл там только 4 класса, часто пропуская занятия, из-за чего впоследствии плохо считал и писал. 19 ноября 1947 года, в возрасте 14 лет, Гарринча устроился на работу на местную текстильную фабрику «Америка фабрил» помощником прядильщика. Именно тогда Манэ добавил к своему имени второе — Франсиско, для того, чтобы не быть спутанным с другими Мануэлами дос Сантосами. На фабрике Гарринча подружился с двумя другими рабочими, Свингом и Пинселом, с которыми регулярно выпивал, с ними Манэ остался дружен и после того, как стал знаменитым футболистом.

Одновременно с работой Гарринча играл в любительской фабричной команде «Пау-Гранди», в которой выступал за детский состав. «Пау-Гранди» выступала против местных любительских команд на стадионе, принадлежащем клубу, Гарринча демонстрировал высокий уровень игры, и когда он был уволен с фабрики из-за лени, то был восстановлен по инициативе главы фабричной команды. Но несмотря на это главный тренер «Пау-Гранди», Карлос Пинто, не приглашал игрока в основной состав. Из-за этого он в 1951 году стал играть в составе лучших команд округа, «Крузейро ду Сул» и «Серрано» из Петрополиса, где он играл до обеда, а затем уезжал обратно и выступал в составе «Пау-Гранди». В этих клубах Гарринча начал получать свои первые деньги, заработанные футболом — 30 крузейро за матч. После 3 месяцев выступлений Манэ, утомлённый постоянными переездами, решил прекратить играть за эти клубы.

В июне 1949 года, во время очередного послеродового периода, подхватив инфекцию, умерла мать Гарринчи, что очень тяжело подействовало на Манэ. После смерти матери Манэ отец Амаро начал жить вместе с вдовой, Сесилией, также имевшей своих детей. Она заботилась о семье Гарринчи.

С 16 лет Манэ стал играть за взрослую команду. В его дебютном матче с «Крузейро ду Сул» он забил несколько голов, а его команда победила 8:1. Тогда же Пинто поставил Гарринчу на правый фланг нападения из-за того, что его традиционная позиция в центре поля, под нападающими, была занята другим игроком. На позиции правофлангового форварда Гарринча играл очень хорошо и был признан лучшим игроком округа. В одной из игр, где «Пау-Гранди» встречался с клубом «Раис-да-Серра», при счёте 0:0 Гарринча обвёл всех игроков команды, начав свой дриблинг из собственной штрафной, и отдал голевую передачу, после которой его партнёр забил гол. После этого один из игроков команды соперника остановил его очень грубым приёмом и был чуть не побит собственными болельщиками, которых восхитило мастерство Гарринчи. Более против Манэ правил не нарушали, а его команда выиграла 6:0.

Хороший уровень игры Гарринчи стал причиной интереса к нему «больших» клубов Рио-де-Жанейро. Он прошёл просмотр во «Фламенго» и «Флуминенсе», однако эти команды из-за слабого финансового состояния и не внушающих доверия ног Манэ отказались подписывать с ним контракт. Клуб «Васко да Гама» отказал Гарринче в просмотре из-за того, что футболист пришёл в клуб без бутс. Также неудачной была попытка заиграть в клубе «Сан-Кристован», где после 10 минут просмотра Гарринчу попросили подождать решения до вечера, но Манэ, испугавшись остаться на вокзале, уехал последним поездом в Пау-Гранди, а на следующий день не вернулся. В двадцатилетнем возрасте Гарринчу заметил бывший игрок «Ботафого» Арати, который приехал к друзьям в Пау-Гранди, чтобы отсудить матч, и увидел, как Гарринча забил четыре мяча в одной игре. 13 марта 1953 года Арати, купив Гарринче форму и бутсы, вместе с президентом «Пау-Гранди» привёл молодого игрока к тренеру Жентилу Кардозо, который допустил его к тренировке молодёжного состава. Гарринча выступил удачно, однако проводивший тренировку сын Кардозо Ньютон не имел права принимать решения по игрокам, потому Манэ попросили прийти позднее. 10 июня 1953 года Манэ прошёл просмотр во взрослой команде «Ботафого». Перед просмотром Гарринчу предупредили, что ему будет противостоять левый защитник сборной Бразилии Нилтон Сантос. Однако Манэ сказал, что в «Пау-Гранди» ему обычно противостоял Жуан, которого он всегда обыгрывал. На тренировке Гарринча три раза обыграл Нилтона одним и тем же финтом, пробрасывая ему мяч между ног, чем поразил Нилтона:

denvistorii.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.