Дедю иван ильич: Дедю, Иван Ильич — Экологический энциклопедический словарь

Разное

Содержание

Дедю, Иван Ильич — Экологический энциклопедический словарь


Поиск по определенным полям

Чтобы сузить результаты поисковой выдачи, можно уточнить запрос, указав поля, по которым производить поиск. Список полей представлен выше. Например:

author:иванов

Можно искать по нескольким полям одновременно:

author:иванов title:исследование

Логически операторы

По умолчанию используется оператор AND.
Оператор AND означает, что документ должен соответствовать всем элементам в группе:

исследование разработка

author:иванов title:разработка

оператор OR означает, что документ должен соответствовать одному из значений в группе:

исследование OR разработка

author:иванов OR title:разработка

оператор NOT исключает документы, содержащие данный элемент:

исследование NOT разработка

author:иванов NOT title:разработка

Тип поиска

При написании запроса можно указывать способ, по которому фраза будет искаться. Поддерживается четыре метода: поиск с учетом морфологии, без морфологии, поиск префикса, поиск фразы.
По-умолчанию, поиск производится с учетом морфологии.
Для поиска без морфологии, перед словами в фразе достаточно поставить знак «доллар»:

$исследование $развития

Для поиска префикса нужно поставить звездочку после запроса:

исследование*

Для поиска фразы нужно заключить запрос в двойные кавычки:

«исследование и разработка«

Поиск по синонимам

Для включения в результаты поиска синонимов слова нужно поставить решётку «#» перед словом или перед выражением в скобках.
В применении к одному слову для него будет найдено до трёх синонимов.
В применении к выражению в скобках к каждому слову будет добавлен синоним, если он был найден.
Не сочетается с поиском без морфологии, поиском по префиксу или поиском по фразе.

#исследование

Группировка

Для того, чтобы сгруппировать поисковые фразы нужно использовать скобки. Это позволяет управлять булевой логикой запроса.
Например, нужно составить запрос: найти документы у которых автор Иванов или Петров, и заглавие содержит слова исследование или разработка:

author:(иванов OR петров) title:(исследование OR разработка)

Приблизительный поиск слова

Для приблизительного поиска нужно поставить тильду «~» в конце слова из фразы. Например:

бром~

При поиске будут найдены такие слова, как «бром», «ром», «пром» и т.д.
Можно дополнительно указать максимальное количество возможных правок: 0, 1 или 2. 4 разработка

По умолчанию, уровень равен 1. Допустимые значения — положительное вещественное число.
Поиск в интервале

Для указания интервала, в котором должно находиться значение какого-то поля, следует указать в скобках граничные значения, разделенные оператором
TO
.
Будет произведена лексикографическая сортировка.

author:[Иванов TO Петров]

Будут возвращены результаты с автором, начиная от Иванова и заканчивая Петровым, Иванов и Петров будут включены в результат.

author:{Иванов TO Петров}

Такой запрос вернёт результаты с автором, начиная от Иванова и заканчивая Петровым, но Иванов и Петров не будут включены в результат.
Для того, чтобы включить значение в интервал, используйте квадратные скобки. Для исключения значения используйте фигурные скобки.

Рекреационный Туризм — Docsity

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ КЫРГЫЗСКОЙ РЕСПУБЛИКИ КОЛЛЕДЖ АКАДЕМИИ ТУРИЗМА Курсовая работа код 2 128 по дисциплине: «Организации отрасли туризма» Тема: Рекреационный Туризм Рег. номер Курс к-о 3 Направление /специальность Туризм Фамилия Асранбеков Имя Улукбек Отчество Рысбекович Работа принята в ИМЦ и зарегистрирована № ______ «____» ___________ 2019 г. Бишкек – 2019 СОДЕРЖАНИЕ ВВЕДЕНИЕ 3 1. Теоретические и методологические основы рекреационного туризма 5 2. Рекреационные ресурсы 5 3. Особенности развития туризма Кыргызстана 18 4. Современное состояние туризма и перспективы развития ЗАКЛЮЧЕНИЕ 1 9 СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ 21 ВВЕДЕНИЕ 2 рекреация рассматривается как функция всякой деятельности, всякого времени и всякой территории. И к этому описанию советский зоолог, эколог и доктор биологических наук Николай Фёдорович Реймерс добавляет при этом, что восстановление здоровья и трудоспособности должно проходить путем отдыха вне жилища, т. е. посредством участия в организованном или неорганизованном туристском походе или проведения отпускного периода в специализированных учреждениях отдыха (санаториях, домах отдыха и т. п.). А тем временем, учитывая, видимо, подобную трактовку, Иван Ильич Дедю рассматривает рекреацию в качестве синонима отдыха, восстановления, оздоровления. Наиболее широкое распространение в настоящее время и в зарубежной, и в отечественной практике получило отождествление рекреации с отдыхом, в задачу которого входит восстановление сил и трудоспособности отдыхающих. При этом отдых подразделяют на активный, предполагающий смену вида деятельности (спорт, туризм и т. п.), и пассивный, который характеризуется резким снижением всякой деятельности, вплоть до состояния расслабленного покоя. Кроме этого, учитывая степень организации процесса отдыха, его подразделяют на организованный и неорганизованный. В частности, В.А. Квартальнов в одной из своих последних работ (Энциклопедия туризма, 2000) приводит следующие определения данному понятию. Рекреация – это: • расширенное воспроизводство физических, интеллектуальных и эмоциональных сил человека; • любая игра, развлечение и т. п., используемые для восстановления физических и умственных сил; • наиболее быстро развивающийся сегмент индустрии досуга, связанный с участием населения в активном отдыхе на открытом воздухе, приходящийся преимущественно на уик-энд; • перестройка организма и человеческих популяций, обеспечивающая возможность активной деятельности при различных условиях, характере и изменениях окружающей среды; цивилизованный отдых, обеспечиваемый различными видами профилактики заболеваний в стационарных условиях, экскурсионно- туристскими мероприятиями, а также в процессе занятий физическими упражнениями. Для проведения какой-либо деятельности, в том числе рекреационной, необходимо наличие определенных ресурсов. В эту категорию включают природные и антропогенные объекты (или часть природных и культурных ресурсов), которые при современном уровне развития производственных сил могут быть использованы для удовлетворения потребностей общества и организации отрасли, специализирующейся на рекреационном обслуживании населения. Учитывая природную и антропогенную составляющие рекреационных ресурсов, их подразделяют на соответствующие виды, группы, характеризующие климатические, гидроминеральные, водные, лесные, горные ресурсы, и ресурсы морских побережий. Антропогенная составляющая рекреационных ресурсов включает культурно-исторические памятники, города и другие населенные пункты, уникальные технические сооружения. Под словом рекреационный туризм понимается вся совокупность природных, культурно-исторических предпосылок для организации рекреационной деятельности на определенной территории. Очень часто, под рекреационным туризмом понимается наличие на территории определенных уникальных или, по крайней мере, интересных не только для местных жителей объектов. Но это не вполне обязательный признак, а только желательный вариант. Рекреационный потенциал территории очень изменчив и зависит от особенностей социально – культурного образования, в пределах которого она расположена. Выявление имеющегося туристско-рекреационного потенциала является далеко не самой сложной задачей, так как в настоящее время практически для любой старо освоенной территории имеются своды памятников истории и культуры, природных охраняемых объектов, имеются подробные сведения об объектах социально-культурной сферы – музеях, гостиницах, ресторанах, санаториях и базах отдыха и т. д. 6 Более сложным аспектом является оценка имеющегося туристско- рекреационного потенциала. Она должна учитывать: 1. Уникальность имеющихся объектов; 2. Различия в доступности объектов; 3. Различия в плотности размещения объектов в пределах региона; 4. Разнообразие и комплексность имеющихся объектов; 5. Физическое состояние объектов. Оценка современного состояния использования объектов туристско- рекреационной сферы вполне осуществима на основе имеющихся показателей посещаемости данных объектов и сопоставление их с возможностями приема туристов. По мнению Т.В. Николаенко, отдых (рекреация) – любая деятельность или бездеятельность, направленная на восстановление сил человека, которая может осуществляться как на территории постоянного проживания человека, так и за ее пределами. Одним из распространенных видов отдыха является туризм. 2. РЕКРЕАЦИОННЫЕ РЕСУРСЫ КЫРГЫЗСТАНА Следуя из определения рекреационного потенциала, под которым понимается вся совокупность социально-экономических, природных и культурно-исторических предпосылок для организации рекреационной деятельности на определенной территории. Можно выделить: 1. Социально-экономические ресурсы: Кыргызстан — сказочная, завораживающая и манящая природными красотами центрально-азиатская страна. Её туристический потенциал огромен! Это достаточно развитая республика, имеющая богатую историю, необычную культуру и множество интересных традиций. Расположенная на пересечении дорог Великого Шелкового пути, Кыргызстан до сих пор хранит уникальные древние памятники, которые, органично сочетаясь с современными постройками, способны подарить массу незабываемых впечатлений своим гостям. Экскурсионные туры по Кыргызстану пользуются большой популярностью у любознательных туристов из ближнего востока и дальнего зарубежья. рекомендуется брать с собой теплую одежду. В некоторых регионах Кыргызстана температура снижается до -27 ° C, а иногда и ниже. Толстый слой снега делает многие дороги непроходимыми, поэтому до некоторых пунктов назначения можно добраться только в летние месяцы. Погода Кыргызстана в горах довольно непредсказуема, с внезапными изменениями, которые могут оставить неподготовленных путешественников замерзшими, промокшими и подвергнуть серьёзной опасности. В Оше теплее, чем в северной половине Кыргызстана: летом температура выше 30 ° C, а ночи прохладные. Зима обычно холодная, со средней минусовой температурой, а большая часть осадков выпадает зимой и весной. — геоморфологические: Территория Кыргызстана занимает западную половину горной системы Тенир-Тоо и небольшую сев. часть Памира. Строение поверхности очень сложное и расположено в диапазоне абсолютных высот от 400м до 7000м. В орографическом отношении состоит из нескольких горных цепей, вытянутых преимущественно в широтном и субширотном направлениях и разделяющих их межгорных долин и впадин. Средняя высота территории 2750 м над уровнем моря, самая высокая точка — пик Победы (7439 м), находящаяся в Центральном Тенир-Тоо на гребне хребта Боз-Кыр в вост. продолжении Какшаал-Тоо, на границе с Китаем. Самая низкая точка (401 м) находится возле села Кулунды в Лейлекском районе Баткенской области, близ границы с Таджикистаном. Более 94% территории Кыргызстана лежит на высоте более 1000 м и около 71% площади на высоте выше 2000 м. Общее гипсометрическое положение таково, что наблюдается постепенное уменьшение высотных отметок хребтов на запад от 5500—5000 м до 3500— 4000 м, возрастание гребней хребтов начинается с севера на юг, достигает на востоке до 6000-6500 м и на юге до 5000-5500 м . На востоке территории Кыргызстана, в р-не пиков Победы и Кан-Тоо, хребты сближаются и сходятся у Меридионального хребта и создают вместе с китайской частью грандиозный горный массив Кан-Тенир, покрытый снегом и льдом, являющийся орографическим центром всего Тенир-Тоо. Здесь самые высокие вершины с пиком Победы и второй по высоте вершиной Тенир-Тоо — Кан-Тоо (6995 м). Ещё около 50 вершин имеют высотные отметки более 6000 м. Короткий, но очень высокий Меридиональный хребет (средняя высота 6100 м), залегающий перпендикулярно к основным направлениям хребтов, является одновременно высотным полюсом и осью симметрии Темир-Тоо. По его водоразделу проходит государственная граница между Кыргызстаном и Китаем. В этом р- не расположена самая узкая часть Тенир-Тоо. Отсюда на запад и на восток хребты веерообразно расходятся. На пример, от Текесской долины до Таримской впадины более 100 км, тогда как от Чуйской долины до долины реки Восточный Кызыл-Суу более 400 км. От Меридионального хребта на запад почти под прямым углом отходят три хребта. Сары-Жазский — самый северный и относительно низкий (5000—5500 м) хребет, который разветвляясь, даёт начало хребтам: Тескей Ала-Тоо, Адыр- 10 Тёр, Кёолю-Тоо, Эшек-Арт и др. Тескей Ала-Тоо тянется на запад до Кочкорской впадины. Остальные хребты замыкаются массивом Ах-Шыйрак. После Сары-Жазского хребта Тенир-Тоо является высочайшим водораздельным хребтом между ледниками Южный и Северный Энилчек, с вершиной Кан-Тоо, тянется на запад на 38 км и резко обрывается. Боз-Кыр — самый грандиозный хребет с пиком Победы, является восточным отрезком хребта Какшаал-Тоо, южный склон которого резко обрывается в направлении Таримской впадины. Какшаал-Тоо тянется на юго-запад, за тем на запад почти на 600 км по государственной границе, отчленяя от себя хребты: Энилчек-Тоо, Кайын ды, Теректи, Май-Баш, Борколдой и др. Массив Ак-Шыйрак, поднимающийся на западе, является водоразделом двух главных гидрологических бассейнов Центральной Азии — бассейна Сыр- Дарьи и Тарима. Отдельные точки массива поднимаются выше 5000 л», имеют общее простирание с востока-северо-востока на запад-юго-запад. Состоит из трёх параллельных хребтов, кулисообразно сдвинутых относительно друг друга и разделённых продольными долинами, заполненными ледниками. По существу, хребты Ак-Шыйрака являются продолжениями хребтов горного массива Кан-Тенир. — водные: На формирование стока и гидрографической сети на территории Кыргызстана огромное влияние оказывают орографическое строение и рельеф, климатические условия и наличие ледников. На территории Кыргызстана формируются 2044 рек и речек длиной более 10 км, общая протяженность, которых составляет около 35 тыс. км . Основное питание реки получают за счёт талых снеговых и ледниковых вод, доля которых достигает 80%. Дождевые воды составляют не значительную часть в питании. Роль дождевых вод несколько возрастает в питании рек юго-зап. склона Ферганского и сев.-зап. склона Чаткалс кого хребтов. Половодье на реках Кыргызстана проходит, в основном, в весенне-летнее время, за счет талых снеговых и ледниковых вод. Дождевое половодье и паводки возможны на р. Кёгарт, Кара-Кулжа и на притоках Чаткала. Максимальный сток отмечается за счёт быстрого таяния снега и льда летом, за счет периодического прорыва высокогорных озер, ливневых дождей весеннего периода. Максимальный модуль стока достигает 300— 400 л/сек км2. Иногда максимальный сток переходит в селевые паводки. Сели — характерное явление для Западного Приысыккулья и для склонов Ферганского хребта. Самая крупная река Кыргызстана — Нарын, основная составляющая реки Сыр-Дарья, принадлежит Аральскому бассейну. Длина в пределах республики — 535 км, площадь бассейна — 53,7 тыс. км2, образуется от слияния Большого и Малого Нарына (44 км восточнее г. Нарын). Истоком Большого Нарына и всей системы является река Кум-Тёр, вытекающая из ледника Петрова в горном узле Ак-Шыйрак. Кум- Тёр, после слияния с рекой Ара-Бел, под названием Тарагай, направляется на юго-запад и сливается с рекой Карасай, тоже берущей начало с Ак-Шыйрака. От слияния этих рек (Тарагая и Карасая) образуется Большой Нарын. Истоком Малого Нарына является река Бурхан, которая начинается с ледников горы Чымчык юж. отрога Тескей Ала-Тоо. Протекая по узкой долине на запад, Бур хан принимает слева крупный приток Арчалы и далее под названием Балгарт сливается со следующим левым притоком Жыланач и уже под на званием Малый Нарын впадает в Большой Нарын. Река Нарын, протекая через Средне-Нарын скую, Тогуз-Тороскую, Кетмен-Тёбёнскую впадины, прорезая Ферганский хребет, выходит в Ферганскую впадину. Сливаясь уже за пределами Кыргызстана с рекой Кара-Дарыя, Нарын образует вторую по величине реку Средней Азии — Сыр-Дарью. Крупные притоки Нарына: Он- Арча, Кажырты, Ат-Башы, Кёкёмерен, Чычкан, Узун-Акмат, Алабуга, Кёк-Ирим и др. Озёра На территории Кыргызстана учтены 750 озёр, водохранилищ и мелких прудов с общей площадью 6836 км2, т.е. занимают 3,4% территории республики. Из них 16 озёр и 11 водохранилищ имеют каждое более 1 км2 площади. Многие озёра мелкие, с площадью зеркала 0,02—0,2 км2. Преимущественно, озёра расположены в высокогорной зоне, у конца ледников, в пределах высот 3000— 4000 м. 12 священная гора. До сих пор к ней идут паломники, в надежде излечиться в святом месте от недуга. Узген Узген — древний город на территории Кыргызстана. Расположенный в VIII-IX вв. на караван пути из Самарканда в Кашгар, он имел вид мощной крепости. В XI-XII вв. Узген укрепил свои позиции, став столицей Ферганы. Кара-Дарьинское городище Между Узгеном и селом Кара-Кульджа находится Кара-Дарьинское городище (III-IV вв. до н.э.) — представляющее собой образец кушанской культуры. Шоробашат Между Узгеном и Джалал-Абадом находятся руины крупного городища Шоробашат, административно-военного и религиозного центра IV-V вв. до н.э. Городище расположено на пологом склоне горы, в пойме реки Яссы и занимает площадь около 70 га (1400х500 м). Его окружает единый вал, длиной около 3 км и 6 м высотой. Мавзолей Шах-Фазиль Мавзолей Шах-Фазиль в селе Сафид-Буленд (Джалал-Абадской области) предположительно относится к XI-XII вв. , сложенный из кирпича квадратный на восьмигранном барабане, перекрытый куполом мавзолей, отличается отсутствием наружного и богатством внутреннего декора. Город Каракол Город Каракол (Иссык-кульская область) с 1869 г. являлся форпостом России в прииссыккулье. В районе пристани находился перевалочный пункт на дороге из Казахстана в Кашгар через Тескей Ала-Тоо. Саймалы-Таш Саймалы-Таш (в переводе с кыргызского — рисованный камень) — одна из самых крупных в мире галерей петроглифов. На северо-восточном склоне Ферганского хребта (недалеко от Казармана) найдено 91900 рисунков. У перевала Кёгарт, на высоте более 3000 м — Саймалы-таш-2 — 15625 изображений. Всего 107525 петроглифов, относящихся к III-II тысячелетию до н.э. Добавив всё это я хотел сделать вывод, что рекреационные ресурсы Кыргызстана включают в себя: социально-экономические ресурсы, природные ресурсы (климатические, геоморфологические, водные, лесные) и социально- культурные ресурсы. 3. ОСОБЕННОСТИ РАЗВИТИЯ ТУРИЗМА КЫРГЫЗСТАНА 3. 1. Основные виды туризма 1. Пляжный – оз. Исык – Куль Здоровый климат, живописные ландшафты, отличные пляжи и гостеприимство — главные составляющие успеха нашей жемчужины оз. Исык – Куль. В переводе с национального языка озеро знаменуется как «горячее», а по древнетюркскому называется «священным». Его площадь достигает 6,2 тысячи квадратных километров. Максимальная глубина – 700 метров. Вода в озере соленая с синеватым оттенком. По прозрачности до 16 метров. Зимой водоем не замерзает.Береговая линия озера содержит 20 красивейших заливов и бухт. Богатство республики Кыргызстан – Иссык-Куль. Озеро, которое имеет целебные свойства. Вода в водоеме слегка соленая. Ее состав близок к минеральным источникам Кавказа, что очень полезно для купающихся. Сочетание натрия, магния, калия, железа и других веществ оказывает благоприятное влияние на весь организм. Именно сюда направляют лечить страдающих аллергией, нарушением нервной и опорно-двигательной системы. Оздоровительный эффект вода также окажет при проблемах с желудком и дыхательных путей. Отлично подходит для рекреации здоровья наших гостей. 2. Сельский туризм. Сельский туризм – это особый вид туризма, объединяющий формы организованного и неорганизованного отдыха туристов в сельской местности. Развитие сельского туризма в Кыргызстане следует рассматривать на государственном уровне в силу своеобразия культуры, истории, географии. И поэтому существует ряд национальных моделей сельского туризма. Одной из них является «UNITED ACTION» — это участие туристов к ежедневному жизни с фермеров, сельчан и т.д. Для нас это не так то уж интересное занятия но для это можно считать типом развлечение. В Кыргызстане агротуризм развивается с 2009 года. И есть уже первые результаты. Если в 2015 году Кыргызстан посетили 208 агротуристов, то в 2016 году уже 443 человека. Об этом на круглом столе по проекту «Агротуризм» сказал председатель Ассоциации туроператоров Кыргызстана Анвар Юсупов. Агротуризм начал развиваться в Кыргызстане в 2009 году и уже последние три года реализовывается при поддержке GIZ. 16 3. Событийный. Событийный туризм – направление сравнительно молодое и чрезвычайно интересное. Уникальные туры, сочетающие в себе традиционный отдых и участие в самых зрелищных мероприятиях планеты, среди которых, например, гонки Всемирные игры кочевников, чемпионаты по различным видам спорта и Олимпиады. Яркие шоу и концерты звёзд с мировым именем, красочные карнавалы и фестивали, конкурсы красоты и показы мод, художественные и деловые выставки – всё это относится к событийному туризму. Наиболее заметные события Кыргызстана: • Праздник «Нооруз» ( март, ежегодно) • День Победы и памяти героев отечество ( май, ежегодно) • День независимости КР ( август, ежегодно) • Праздник «Курбан Айт» (август, ежегодно) • WORLD of NOMAD GAMES ( сентябрь, каждые 2 год) Событийный туризм – это непреходящая атмосфера праздника, индивидуальные условия отдыха и незабываемые впечатления, хранящиеся в памяти вечно. Ведь главная особенность событийного туризма – множество ярких и неповторимых моментов. 4. Отдых на озерах Многочисленные озера Кыргызстана – ее истинное украшение. Большие и маленькие озера сливаются в целые регионы, а неповторимые водные пейзажи открывают для туристов не виданные ранее красоты. Некоторые из этих озёр просто гигантские, а некоторые настолько малы, что вы не найдете их на карте. Озеро Иссык-Куль На сегодняшний день это озеро является самым популярным и посещаемым в Кыргызстане. Озеро Иссык-Куль является вторым по величине высокогорным озером в мире, площадь его поверхности – 6236 квадратных километра. Голубая вода Иссык-Куля никогда не замерзает, дажев самую холодную зиму. Озеро окружено в величественными горами Тянь-Шаня, и летом вид на белоснежные вершины просто завораживает. Озеро Иссык-Куль является настолько большим, что в дни, когда из-за погоды не удается увидеть горы на другом его берегу, создается впечатление, что смотришь на океан! Кстати, добраться до Иссык-Куля из Бишкека очень просто – на такси, на общественном транспорте или на поезде. Кумысолечение применяют с лечебной целью при туберкулезе легких или лимфатических узлов, истощении, анемии, при язве желудка и двенадцатиперстной кишки, в стадии затухания процесса, а также дает хорошие результаты при дизентерии и брюшном тифе. Установлена бактерицидность кумыса в отношении кишечной палочки и других патогенных микробов. ЛЕЧЕБНЫЕ ГРЯЗИ Лечебные грязи представлены двумя типами: иловыми и торфяно- иловыми. Месторождения иловых лечебных грязей сосредоточены на акватории и в прибрежной части озера Исык-Куль (сёла Сары-Ой, Кара-Ой, Кюрмёнтю, Жыргалан, Кызыл-Суу, Тамга, Чолпон-Ата). Месторождения торфяно-иловых лечебных грязей сосредоточены в Чуйской долине (село Камышановка), также в Ошской и Жалал-Абадской областях (в Чымбае, Кыймыле, Кадамжае, Арстанбапе, Жалал-Абаде) и в Алабуге-Нарыне. Среди бальнеологических ресурсов Чуйской области важное место принадлежит лечебным грязям. На данной территории разведаны следующие месторождения. Камышановское месторождение лечебной грязи, расположенное в Сокулукском районе на берегу реки Чу. Оно находится в 56 км к северо-западу от г. Бишкека. Грязи слабоминерализированы, сероводородные. Толщина полезного слоя 1,5–2 м. Запасы составляют 670 тыс. т. Широко используются в лечебных учреждениях г. Бишкека и курорта Иссык-Ата. Луговское месторождение грязи находится в северо-восточной части с. Луговое Аламединского района. Запасы 611,1 тыс.т. Также эта илово-торфяная грязь используется в лечебных учреждениях г. Бишкека и на курорте Иссык– Ата. 4. СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ ТУРИЗМА И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ Кыргызстан ежегодно посещают около 4 млн туристов. 70% из них составляют граждане стран СНГ, которые предпочитают пляжный отдых на Исык-Куле. Туристы из дальнего зарубежья больше интересуются горным, приключенческим, познавательным и культурно экскурсионными видами активного туризма. Кыргызстан обладает значительным туристическим — рекреационным потенциалом и имеет большие возможности для развития туризма, как внутреннего, так и международного. Так, например, характеризуют нашу республику зарубежные эксперты: “…мало стран на земле с таким удивительным сочетанием природных и культурных черт, как Кыргызстан. Без 20 сомнения, в горных районах можно увидеть одни из наиболее привлекательных пейзажей в мире” Республика имеет уникальные природные ресурсы, обуславливающие развитие рекреационной сферы регионов. Большая часть территории Кыргызстана занята горами, составив около 94 процента, из них высокие горы 70 процентов, остальные горы и равнины 30 процентов. И этот привлекательный ландшафт, красивейшие горные вершины и озера, быстрые реки и расположение Кыргызстана вдоль древнего Великого Шелкового пути, обеспечивают большие возможности для туризма и отдыха. Мы обладаем сильными конкурентными преимуществами. В первую очередь, это богатая живая самобытная культура и традиции, история, сохранившаяся экология. Кроме этого, у страны есть основа для формирования материальной базы туризма. И плюс к этому я расположены в центре Евразии, на стыке перспективных авиационных, транспортных и экономических артерий между Европой и Азией, Севером и Югом. Главная задача в этой области — сделать республику доступной для зарубежных туристов. Современный туризм — высокодоходный, многоотраслевой комплекс, в потенциале способный обеспечить высокий уровень занятости и благосостояние людей, вовлеченных в сферу туризма. По данным Всемирной туристской организации, туризм составляет около 10 % от всей мировой экономики, среднегодовые темпы роста достигают порядка 4–5 %. Однако, несмотря на это, удельный вес сферы туризма в валовом внутреннем продукте (ВВП) республики на протяжении последних лет оставался незначительным. Так, по предварительной оценке, в 2014г. валовая добавленная стоимость в сфере туризма составила 18904,9 млн. сомов или 4,8 процента к ВВП. В республике прием и обслуживание туристов в истекшем году осуществляли 416 учреждений отдыха и организаций туризма, в том числе 66 пансионатов отдыха, 26 детских оздоровительных комплекса, 18 санаториев, из них 5 — детских, 9 домов отдыха, 10 санаториев-профилакториев, 6 баз отдыха, 7 турбаз, 4 спортивно-оздоровительных лагеря и 2 пансионат с лечением, 87 туристических фирмы и туроператоров, 3 бюро путешествий и экскурсий, 174 гостиниц, 10 природных парков и заповедников, и других туристических объектов. Численность отдохнувших за истекший год составила 1237,5 тыс. человек, из них в организованном секторе туризма 690,5 тыс. человек. За 2014г. экспорт туристских услуг (доходы от приема иностранных граждан) составил 408,1 млн. долларов и по сравнению с 2010г. вырос в 2,8 раза, в том числе из стран СНГ, соответственно, 379,4 млн. долларов (рост в 2,3 раза), из стран вне СНГ — 28,7 млн. долларов (рост в 1,5 раза). По оценочным данным, в 2014г. численность иностранных туристов, посетивших Кыргызскую Республику, составила более 3,1 млн. человек, что больше уровня 2010г. в 2,2 раза. Из стран СНГ в республику прибыло около 2,9 млн. человек (95,1 процента от общего числа иностранных туристов) и стран вне СНГ — 152,8 тыс. человек (4,9 процента). Основной поток иностранных туристов отмечался из Казахстана, России, Узбекистана, Таджикистана, Китая, Германии, Турции, США. Таким образом, туризм стал одним из наиболее динамично развивающихся секторов экономики Кыргызской Республики. Существуют проблемы в развитии туристических услуг рыночного характера как развитие соответствующей инфраструктуры, подготовка кадров, повышение качества услуг, создание безопасности обслуживания, маркетинг и свободный доступ в республику; государственного характера как приоритетности отрасли, визовое регулирование, административные барьеры, вопросы экологии и др. Для решения этих проблем необходимо осуществить следующие задачи: ▲ реанимировать деятельность по продвижению Кыргызстана как страны туризма и внести корректировки с учетом полученного опыта; ▲ усовершенствовать законодательную базу, в частности, в области визового регулирования; 22 развитие смежных отраслей экономики. СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ 1. Атышов К. А., Турдумамбетов Б. У. Экотуризм: Учебное пособие. Бишкек, 2005. 2. Артыкбаева С. Ж. Повышение качества обслуживания и подготовка кадров для туристической отрасли южных регионов Кыргызской Республики /Актуальные проблемы физической культуры, спорта и туризма.-2015.-С.65–72. 3. Апишева П. К., Артыкбаева С. Ж. Анализ финансового состояния предпринимательской деятельности сфере туризма Ошской области Кыргызской Республики/ Молодой ученый. 2016.№ 2 (106). С. 424–427. 4. Артыкбаева С. Ж. Особенности развития туристического рынка Кыргызской Республикии его перспективы/ Молодой ученый. 2015.№ 3 (83). С. 909–913 5. Артыкбаева С. Ж. Проблемы антикризисного регулирования и управления социально-экономическими процессами Кыргызской Республики/Экономика и предпринимательство. 2014.№ 11–4 (52–4). С. 147–149. 6. Артыкбаева С. Ж. Оценка качества жизни населения как форма изучения социально — географического пространства Кыргызской Республики/ Международный журнал прикладных и фундаментальных исследований. 2015.№ 11–1. С. 84–88. 7. Воскресенский В. Ю. Международный туризм. Инновационные стратегии развития: Учебное пособие. — Москва: ЮНИТИ-ДАНА, 2007. — 255с. 8. В.А. Квартальнов (Энциклопедия туризма, 2000) 9. Кайыргалиева М. Г.,Бекбусинова Г. К., Жакыпова А. Ж., Оспанбаева А. Ж. Современный туристский рынок и перспективы его развития в Казахстане / В сборнике: Рынок и государство в системе экономических отношений. сборник статей международной научно-практической конференции. Под общей редакций А. В. Яковлевой. 2016. С. 58–62. 10. Кыргызстан в цифрах, Статистический сборник — Бишкек, 2015. 11. Туризм в Кыргызстане, Годовая публикация — Бишкек, 2015. 12. Низамиев А. Г.,Артыкбаева С. Ж. Култаева А. К. Развитие и размещение туризма в Кыргызстане: Эколого-экономическое обоснование / Молодой ученый. 2015.№ 8 (88). С. 360–364. 13. https://moluch.ru/archive/122/33682/ 14. https://works.doklad.ru/view/F_HQYbNs7AE.html 26

17 августа 2011 Государственная служба регистрации и нотариата информирует об открывшемся наследстве

Фамилия, имя, отчество умершего (-ей)

Дата смерти

Синятинская Лариса Владимировна

01.05.2011 г.

Перижняк Михаил Петрович

31.10.1980 г.

Лабонина Валентина Васильевна

10.01.2011 г.

Тимановская Наталья Павловна

28.12.2010 г.

Ватаженко Петр Иванович

26.09.1997 г.

Половинкин Владимир Анатольевич

29.06.2009 г.

Крушеницкая Марфа Илларионовна

07.01. 2011 г.

Пашкевич Евгения Ивановна

17.01.2008 г.

Рыдикова Евдокия Алексеевна

15.11.2010 г.

Некрасова Анна Александровна

15.01.2011 г.

Тымчек Нина Афанасьевна

18.04.2010 г.

Тымчек Бронислав Ильич

06.01.2011 г.

Россомаха Нина Васильевна

23.06.2011 г.

Антипин Вадим Андреевич

19.03.2011 г.

Михалаки Александр Михайлович

20.03.2011 г.

Елховская Лариса Петровна

20.02.2011г.

Ротта Дмитрий Иванович

08.12.2010 г.

Завалишка Алексей Иванович

26. 03.2011 г.

Литвиненко Надежда Федоровна

29.01.2011 г.

Волынец Иов Степанович

12.10.2005 г.

Кравцов Виктор Михайлович

03.10.1995 г.

Бысик Вера Мироновна

14.12.2002 г.

Никитина Роза Евгеньевна

19.06.2011 г.

Твердохлеб Алексей Андреевич

04.04.2011 г.

Хорошко Евдокия Финогеновна

16.05.2011 г.

Фомина Мария Николаевна

28.09.1996 г.

Чебанюк Владимир Федорович

26.05.2011 г.

Церуш Светлана Яковлевна

10.07.2011 г.

Лозанова Елизавета Тимофеевна

06. 03.2011 г.

Сиротюк Людмила Федоровна

01.04.2011 г.

Жарко Валентина Владимировна

25.01.2011 г.

Сокольвак Евгений Иванович

22.02.2011 г.

Логина Наталья Афанасьевна

15.07.2011 г.

Бариняк Николай Федорович

17.12.2000 г.

Волобуева Зинаида Ивановна

28.02.2011 г.

Аксененко Анна Ермиловна

11.11.2010 г.

Комаченко Владимир Иванович

12.02.2011 г.

Басанов Виктор Александрович

04.02.2000 г.

Поперечный Михаил Николаевич

04.02.2011 г.

Миногина Клавдия Никифоровна

17. 06.2011 г.

Готко Екатерина Васильевна

12.10.2010 г.

Артеменко Виктор Антонович

20.07.2011 г.

Лупашку Сергей

04.07.2011 г.

Зизюкина Анна Петровна

05.06.2011 г.

Синятинская Лариса Владимировна

01.05.2011 г.

Буженко Сергей Дмитриевич

11.06.2011 г.

Верлан Зоя Ахматовна

31.07.2007 г.

Веретенникова Зинаида Николаевна

15.12.1993 г.

Яковлева Ксения Семеновна

09.12.2010 г.

Макарович Екатерина Тимофеевна

11.09.2010 г.

Романенко Надежда Васильевна

05. 01.2011 г.

Пугач Владимир Иванович

26.04.2011 г.

Пугач Валентина Ивановна

06.05.2011 г.

Тищенко Валентина Максимовна

25.06.2011 г.

Береза Александр Иванович

13.07.1995 г.

Войтенко Леонид Васильевич

16.08.2010 г.

Игнатьева Евдокия Кирилловна

17.08.1998 г.

Пахомова Светлана Евменовна

18.12.2010 г.

Балан Иван Дмитриевич

19.07.2010 г.

Лаврикова Лариса Ивановна

18.06.2011 г.

Полищенко Мария Семеновна

29.10.2009 г.

Проданчук Мария Иосифовна

11. 12.2010 г.

Кулиш Валентина Кирилловна

14.01.2000 г.

Стеценко Виталий Васильевич

02.09.2010 г.

Ковалева Лидия Андреевна

08.09.2010 г.

Николайчук Вера Петровна

27.12.2010 г.

Франчук Николай Владимирович

05.12.2010 г.

Воляник Дмитрий Иванович

27.12.2010 г.

Политыло Мария Ивановна

23.06.1999 г.

Деменчук Регина Александровна

21.09.2008 г.

Гончарова Людмила Михайловна

17.02.2011 г.

Гудзь Мария Григорьевна

24.04.2011 г.

Левина Анна Михайловна

11. 05.2011 г.

Хорева Нина Ивановна

10.01.2007 г.

Кунгурцева Валентина Васильевна

22.06.2011 г.

Подсевальников Иосиф Поликарпович

05.02.2011 г.

Коваленко Мария Назаровна

04.09.2010 г.

Лысова Любовь Федоровна

25.12.2010 г.

Марченко Петр Николаевич

25.02.2011 г.

Зайченко Екатерина Дмитриевна

28.01.1992 г.

Полторецкий Георгий Васильевич

13.11.2010 г.

Рыбарук Сергей Васильевич

02.07.2011 г.

Ружецкая Юлия Петровна

25.10.2010 г.

Мощенко Геннадий Александрович

02. 12.2009 г.

Маньков Юрий Михайлович

15.02.2011 г.

Давидный Иван Григорьевич

09.04.2011 г.

Мокряк Василий Кузьмович

22.02.2008 г.

Бычкин Сергей Николаевич

07.10.2010 г.

Лесницкая Ольга Васильевна

22.05.2011 г.

Рыбалка Мария Ефимовна

27.06.2011 г.

Ещеулов Виктор Павлович

12.01.2011 г.

Кондрашев Александр Андреевич

01.05.2011 г.

Шокот Николай Алексеевич

29.05.2011 г.

Троскин Сергей Васильевич

01.05.2011 г.

Шор Людмила Владимировна

28. 03.2010 г.

Галанюк Стефан Петрович

24.03.2010 г.

Марценковская Акулина Фирсовна

10.05.2011 г.

Павлушин Роман Игоревич

04.02.2011 г.

Топчий Галина Кузьминична

06.07.2011 г.

Вербовская Мария Ивановна

25.09.2005 г.

Кожухарь Людмила Федосеевна

04.04.2011 г.

Коровин Иван Владимирович

09.06.1992 г.

Бойко Александр Львович

16.10.2010 г.

Малацковская Лидия Федоровна

08.04.2011 г.

Калаврин Михаил Михайлович

17.11.2010 г.

Пасниченко Андрей Федорович

10. 02.2011 г.

Табак Василий Иванович

24.01.2011 г.

Попатенко Виктор

23.07.2006 г.

Пинтяк Тамара Ивановна

19.07.2005 г.

Макаренко Антонина Григорьевна

13.02.2011 г.

Осенцев Николай Григорьевич

09.03.2011 г.

Баклаженко Наталья Тихоновна

19.06.2011 г.

Умрихин Валерий Васильевич

20.01.2011 г.

Вагин Семен Ионович

24.06.2011 г.

Драпак Иван Моисеевич

12.01.2011 г.

Смирнова Евдокия Николаевна

13.04.1999 г.

Большова Валентина Николаевна

12. 06.2011 г.

Ананенкова Татьяна Николаевна

03.02.2011 г.

Сидоренко Елена Михайловна

11.06.2010 г.

Шеверов Виктор Владимирович

06.07.2011 г.

Моисеев Алексей Петрович

16.09.2010 г.

Гаспарян Ануш Оганесовна

19.07.2011 г.

Клименко Нина Павловна

12.10.2010 г.

Шемчук Анатолий Васильевич

09.05.2011 г.

Чернецкая Августа Тихоновна

07.12.2002 г.

Калинников Владимир Дмитриевич

11.01.2005 г.

Будяк Мария Николаевна

21.02.2011 г.

Шепелявцев Василий Сидорович

19. 01.2011 г.

Гандапас Сергей Степанович

25.05.2011 г.

Масленников Иван Геннадьевич

26.06.2009 г.

Королева Виктория Ивановна

19.07.2011 г.

Богаченко Анна Яковлевна

12.02.2011 г.

Иванько Валентина Ивановна

28.01.2011 г.

Коновалов Петр Ильич

03.04.2011 г.

Неустроева Галина Ивановна

28.07.2011 г.

Пирожкова Тамара Григорьевна

18.04.2011 г.

Михайленко Нина Прохоровна

16.03.2011 г.

Кравченко Михаил Сергеевич

02.05.2011 г.

Карабасов Сергей Васильевич

03. 02.2011 г.

Збирня Ерофей Романович

26.02.2006 г.

Брага Марфа Марковна

26.03.2011 г.

Шпакова Галина Лукьяновна

22.11.2009 г.

Найко Александра Фоковна

29.01.2011 г.

Кулинич Василий Николаевич

15.01.2011 г.

Апостолов Владимир Васильевич

07.11.2010 г.

Подгорный Михаил Петрович

04.02.2011 г.

Панасюра Ольга Васильевна

23.03.2010 г.

Олареску Михаил Илларионович

18.01.2011 г.

Агаркова Наталья Николаевна

26.06.2011 г.

Короткая Лидия Петровна

02. 02.2011 г.

Рудой Николай Емельянович

22.02.2011 г.

Гинжул Евгения Антоновна

14.07.2011 г.

Полторецкий Виктор Георгиевич

17.06.2011 г.

%d0%b7%d0%b0%d0%bd%d0%b8%d0%bc%d0%b0%d0%b5%d0%bc%d0%b0%d1%8f%20%d0%ba%d0%b0%d0%ba%d0%b8%d0%bc-%d0%bb — с английского на все языки

Все языкиРусскийАнглийскийИспанский────────Айнский языкАканАлбанскийАлтайскийАрабскийАрагонскийАрмянскийАрумынскийАстурийскийАфрикаансБагобоБаскскийБашкирскийБелорусскийБолгарскийБурятскийВаллийскийВарайскийВенгерскийВепсскийВерхнелужицкийВьетнамскийГаитянскийГреческийГрузинскийГуараниГэльскийДатскийДолганскийДревнерусский языкИвритИдишИнгушскийИндонезийскийИнупиакИрландскийИсландскийИтальянскийЙорубаКазахскийКарачаевскийКаталанскийКвеньяКечуаКиргизскийКитайскийКлингонскийКомиКомиКорейскийКриКрымскотатарскийКумыкскийКурдскийКхмерскийЛатинскийЛатышскийЛингалаЛитовскийЛюксембургскийМайяМакедонскийМалайскийМаньчжурскийМаориМарийскийМикенскийМокшанскийМонгольскийНауатльНемецкийНидерландскийНогайскийНорвежскийОрокскийОсетинскийОсманскийПалиПапьяментоПенджабскийПерсидскийПольскийПортугальскийРумынский, МолдавскийСанскритСеверносаамскийСербскийСефардскийСилезскийСловацкийСловенскийСуахилиТагальскийТаджикскийТайскийТатарскийТвиТибетскийТофаларскийТувинскийТурецкийТуркменскийУдмуртскийУзбекскийУйгурскийУкраинскийУрдуУрумскийФарерскийФинскийФранцузскийХиндиХорватскийЦерковнославянский (Старославянский)ЧеркесскийЧерокиЧеченскийЧешскийЧувашскийШайенскогоШведскийШорскийШумерскийЭвенкийскийЭльзасскийЭрзянскийЭсперантоЭстонскийЮпийскийЯкутскийЯпонский

 

Все языкиРусскийАнглийскийИспанский────────АрмянскийАфрикаансБаскскийБолгарскийВенгерскийВьетнамскийГаитянскийГреческийГрузинскийДатскийДревнерусский языкИвритИндонезийскийИрландскийИсландскийИтальянскийЙорубаКазахскийКаталанскийКвеньяКитайскийКлингонскийКорейскийКурдскийЛатинскийЛатышскийЛитовскийМакедонскийМалайскийМальтийскийМаориМарийскийМокшанскийМонгольскийНемецкийНидерландскийНорвежскийПалиПапьяментоПерсидскийПольскийПортугальскийРумынский, МолдавскийСербскийСловацкийСловенскийСуахилиТагальскийТайскийТамильскийТатарскийТурецкийУдмуртскийУйгурскийУкраинскийУрдуФарерскийФинскийФранцузскийХиндиХорватскийЦерковнославянский (Старославянский)ЧаморроЧерокиЧешскийЧувашскийШведскийЭрзянскийЭстонскийЯпонский

Смерть Ивана Ильича

Льва Толстого

ЛИТЕРАТУРНОЕ ПРОИЗВЕДЕНИЕ

Повесть, действие которой происходит в Петербурге и в губернии России с 1850-х по 1882 год; опубликовано на русском языке (как Смерть Ивана Ильича ) в 1886 году, на английском языке в 1887 году. жизнь. Однако эти заботы растворяются после того, как небольшая авария в его доме приводит к загадочной болезни, которая медленно уносит его жизнь.

События в истории во времена Новеллы

Новелла в фокусе

Дополнительная информация

У Льва Толстого было достаточно причин, чтобы вести счастливую жизнь. Родился в аристократической и богатой семье в 1828 году, его материальные потребности легко удовлетворялись. Его величайшие романы, Война и мир и Анна Каренина (также в Литература и ее времена ) принесли ему восхищение современников и непреходящую славу одного из величайших писателей мира.Тем не менее, несмотря на свои успехи, он перенес большие душевные муки. Он тосковал по матери, которая умерла в младенчестве, и в детстве потерял отца и других важных членов семьи. Страх собственной смерти преследовал его, иногда подталкивая его к религиозной ортодоксальности, а иногда вызывая почти психотический уровень тревоги. Тема смерти часто всплывает в его произведениях, но наиболее полно и с наибольшей эмоциональной глубиной она раскрыта в «Смерти Ивана Ильича» .

Бюрократия в России девятнадцатого века

На протяжении девятнадцатого века цари и министры неоднократно пытались реорганизовать растущую администрацию России, чтобы идти в ногу с изменениями, с которыми сталкивается нация. Им нужна была административная система, которая, среди прочего, поддерживала бы имперскую экспансию, руководила освобождением крепостных, регулировала управление провинциями и модернизировала национальные законы и их соблюдение. Хотя Россия добилась определенных успехов в решении каждой из этих задач, бюрократия оставалась неэффективной.Коррупция была обычным явлением. Ожидалась оплата за пустые высокопоставленные должности, требующие небольшого труда. Многие отделы и офисы оказались лишними, а некоторые оказались вообще бесполезными. Тем не менее, несмотря на свою неэффективность и продолжающиеся попытки реформ, система оставалась практически нетронутой до русской революции.

Трудность реформирования российской бюрократии была связана с ее замыслом в предыдущем столетии, когда Петр Великий (1682-1725) пересмотрел государственное устройство, подражая административным органам Западной Европы. Следуя шведской модели правления, он учредил «колледжи» или министерства для таких отраслей, как финансы, юстиция, торговля и иностранные дела. Вместо одного главного министра каждое министерство управлялось советом из 12 человек. То Коллегии подчинялись Сенату, который не обладал независимой совещательной властью, а служил советом для выполнения указаний царя, который был бесспорным центром политического контроля. Над всем этим аппаратом Петр Великий учредил должность генерал-прокурора — специфически русскую должность, которой были даны широкие полномочия по надзору за тем, чтобы Сенат и другие министерства исполняли царскую волю.Другой важной практикой, созданной по образцу западноевропейской, была структура размещения и продвижения по службе в министерствах. В 1722 г. Петр разработал Табель о рангах, состоявший из 14 степеней и указывающий чин на гражданской службе, в армии и при дворе (в каждой области службы можно было иметь разные чины). Несколько демократическая система требовала, чтобы дворяне и недворяне в равной степени начинали с низшего ранга, а недворяне, достигнув восьмого класса службы, получали наследственные права дворянства.

Хотя эта система ранжирования и продвижения по службе с течением времени была несколько пересмотрена, она оставалась неизменной до 1917 года.

Ни административная система колледжей, ни Табель о рангах не обеспечивали машиноподобной точности, к которой стремились ее основатели. Теоретически структура колледжа с руководством из 12 человек должна была обеспечить преобладание коллективного разума при принятии политических решений. На практике это приводило к частым тупиковым ситуациям и отсутствию личной ответственности. В начале девятнадцатого века царь Александр I заменил колледжи министерствами, возглавляемыми одним министром, хотя некоторые структуры системы колледжей сохранились.В целом структура руководства и количество министерств менялись или, вернее, продолжали меняться на протяжении всего девятнадцатого века, в то время как рядовой состав государственной службы мало реформировался, живя и умирая по системе ранжирования, которая способствовала ругани, ожесточению, и застой.

Дворянство монополизировало высшие должности. Многие дворяне, уже занимавшие более высокие должности, как правило, выбирали других дворян для продвижения по службе. Некоторые дворяне даже прыгнули вперед на несколько чинов, потому что они были записаны на государственную службу при рождении и получали регулярное продвижение по службе, когда были еще детьми.Подобная практика вызывала возмущение, особенно среди низших чинов, которые выполняли основную часть работы и в качестве тактики мести учились делать ее как можно неэффективнее.

На протяжении девятнадцатого века коррупция, упор на слежку и чрезмерная централизация преследовали государственную администрацию. Особенно в провинции, вдали от Москвы и Санкт-Петербурга, граждане страдали от взяточничества и вымогательства со стороны государственных чиновников, которым якобы платили за обслуживание.Каждый царь создавал все более мощные органы наблюдения, которые не только пытались подавить политическое и религиозное инакомыслие, но и следили за другими полицейскими органами.

Атмосфера паранойи и официозности побуждала людей все документировать, что увеличивало объем бумажной работы, которую необходимо было тщательно изучить и принять меры. Такой климат также сделал их менее склонными брать на себя ответственность за свои решения, что привело к все более централизованной бюрократии, вовлекающей высшие уровни министерства и даже самого царя в тривиальные детали управления.Однако вместо того, чтобы рухнуть под собственным весом, потребовалась революция, чтобы разрушить систему. Как предсказывал В. Ленин, пролетариат «сломит бюрократический аппарат… раздробит его до основания, пока не останется камня на камне» (Ленин в М. Н. Покровском, стр. 68).

Реформы в министерстве юстиции

Несмотря на систематическую неуступчивость бюрократического аппарата России, в 1860-е гг. были проведены «Великие реформы», которые включали освобождение крепостных крестьян, учреждение выборных собраний на губернском и уездном уровнях (называемых земствами). ), и изменения в армии. Но, пожалуй, самый Выдающейся из всех реформ был тщательный пересмотр национальной правовой системы. Всего за несколько лет российская судебная система превратилась из одной из худших в Европе в, пожалуй, одну из лучших.

В самом деле, в первой половине девятнадцатого века слово «система» почти не применялось к хаотичному скоплению судов и процедур, отвечающих за соблюдение столь же хаотичного закона страны. По всей стране полномочия и юрисдикция различных судов были мало согласованы, и процедуры судебного разбирательства в одном суде могли не применяться в другом.Апелляции могли отсрочить рассмотрение дела на годы, а медлительность процедуры часто губила состояние сторон до того, как их дела были улажены. Присяжных не существовало. Судьба участников процесса находилась в руках судей, которых часто назначали из-за их политических связей, а не из-за их знания права. Невежественные и склонные к коррупции, многие судьи поддались политическому влиянию, поскольку их можно было легко заменить, если их решения были непопулярны среди чиновников, от которых зависели суды.

В течение десятилетий до 1860-х годов было много разговоров о правовой реформе, но очень мало действий. В 1833 году граф Михаил Сперанский провел столь необходимую кодификацию российского права, но сама правовая система осталась неизменной. К 1862 г. С. И. Зарудный и К. Н. Замятнин сформулировали ряд «Основных принципов» реорганизации судебной системы, и эти принципы были одобрены учеными юристами, университетскими властями, а также царем Александром II и его Государственным советом. В соответствии с этими принципами были сформулированы Уставы, и в 1864 году они были приняты впервые в Москве и Петербурге.Петербурге, а затем и по всей стране.

Эти судебные реформы 1864 г. дали России правовую систему по образцу тех, которые существовали в Западной Европе, особенно во Франции. Он создал постоянное судейство и судебную систему, независимую от других министерств. Были урегулированы процессуальные вопросы, были учреждены суды присяжных, и в некоторой степени было признано равенство всех граждан перед законом. Последовательность и порядок стали характеризовать и систему судов. В губерниях мировые судьи рассматривали дела о выговорах, штрафах до 300 рублей или тюремных сроках от трех месяцев до года.Более важные дела рассматривались областными судами во главе с судьями, назначаемыми царем по рекомендации судебного министерства, что обеспечивало более образованное и компетентное судейство. Апелляционный процесс также был улучшен за счет создания отдельных судов для рассмотрения гражданских и уголовных дел, в то время как Сенат, действующий в качестве Верховного суда, оставался последним апелляционным органом. Наконец, устав учредил официальную коллегию адвокатов, которая установила стандарты образования и дисциплины для профессиональных участников судебного процесса.

РАЗОЧАРОВАНИЕ БЮРОКРАТИИ

В своих мемуарах барон Корф рассказывает о смятении чиновника, временно возглавлявшего секретариат царя Николая I:

Среди дел первостепенной важности, на которых внимание Если бы он сосредоточился, то нагрузили его бесчисленным множеством мелких дел, а между тем как просто и удобно было бы облегчить труды императора хотя бы наполовину, не причиняя никакого вреда делу правительства.

(Korf in Seton-Watson, стр. 210)

Несмотря на эти радикальные изменения, некоторые ограничения остались. Военные и церковные суды по-прежнему обладали большой властью, решая широкий круг вопросов, от уголовных дел до бракоразводных процессов. Более того, понятие равенства перед законом не прижилось основательно. Цари, министры, реакционеры и революционеры считали себя выше закона, когда это соответствовало их политическим целям. На другом конце спектра находились группы, которые считались «под законом», то есть не заслуживающими его льгот.К 1880-м годам некоторые правовые реформы были свернуты, особенно те, которые касались освобожденных крепостных, и были наложены ограничения на привилегию изгнания «неугодных». Тем не менее изменения, принятые в 1864 г., приобрели большое политическое значение, превратив суды в центр общественного интереса, участники которого пользовались большей свободой слова, чем где-либо еще в российском обществе. Из всех Великих реформ реформы судебной системы считались наиболее успешными.

Сюжет

В перерыве между судебными процессами четыре члена петербургского суда обсуждают другое, более известное дело. Один из четыре раза просматривает только что принесенную газету и сообщает, что их коллега, Иван Ильич Головин, умер. Новость заставляет их внешне выражать печаль; внутренне они обдумывают, как его смерть может привести к продвижению по службе или новым должностям для них самих. Один из четверых, Петр Иванович, учился у Ивана Ильича на юридическом факультете и был его старейшим другом.Тем не менее, даже он, кажется, обеспокоен смертью, раздражен тем, что теперь он должен отдать последний долг, а не идти на ужин и играть в карты со своими друзьями.

Отдавая дань уважения, он встречает жену Ивана Ильича, которая хочет поговорить с ним наедине. Явно смущенный, Петр Иванович делает несколько сочувственных замечаний, которые интересуют жену гораздо меньше, чем то, как она могла бы получить от государства большую пенсию, чем она уже предлагала после смерти ее мужа. Когда выясняется, что она знает об этих делах больше, чем Петр Иванович, они вежливо, но неловко заканчивают интервью.Во время панихиды, которая следует за их обсуждением, Петр Иванович узнает других членов дома Головиных: дочь, которая, кажется, возмущается неудобствами этих действий; ее невеста, которая выглядит столь же раздраженной; и сын, чьи красные глаза выражают его горе. Выйдя из дома, Петр Иванович снова изо всех сил пытается найти социально приемлемое замечание по поводу смерти Ивана Ильича крестьянскому мальчику Герасиму, ухаживавшему за Иваном Ильичем в последние недели его жизни.Помогая Петру Ивановичу сесть в карету, Герасим безмятежно отвечает, что смерть Ивана Ильича есть воля Божия и что все мы когда-нибудь должны умереть. Пётий Иванович продолжает концентрироваться на моменте. Вырвавшись из атмосферы смерти и поняв, что вечер еще молод, он присоединяется к своим друзьям за игрой в карты.

Теперь, когда нам показали широкий спектр социальных реакций на смерть Ивана Ильича, новелла обращается к самому человеку, показывая, как он жил и с каким ужасом он столкнулся с собственной смертностью. Он был сыном бюрократа, получившего синекуру (оплачиваемую должность, требующую небольшой работы) в одном из многих бесполезных министерств в российском правительстве. Как и его отец, Иван Ильич стал государственным служащим. Он учился в юридической школе, заработал репутацию симпатичного и добродушного человека и следовал тенденциям и манерам людей с высоким социальным положением. Он окончил юридический факультет со степенью, позволявшей ему занять место в десятом разряде государственной службы, а отец дал ему денег на мундир и нашел ему должность в неназванной губернии (помощником губернатора).В своей работе он культивировал деловые и временами суровые манеры, но в обществе он был приятен и приветлив, всегда искал самое модное и самое приличное, всегда брал пример с высших слоев общества. И в работе, и в общественной жизни Иван Ильич держал твердый курс, руководствуясь, с одной стороны, своекорыстным удовольствием, а с другой — общественными приличиями.

Так прожил Иван Ильич около пяти лет, после чего получил повышение во время масштабной реформы системы правосудия в 1864 году. У него была репутация «нового человека», который был нужен правительству для поддержания порядка и разума в реформированной судебной системе, поэтому его назначили на судебную должность в новой провинции. Как и прежде, он стремился к эффективности, хорошей репутации и, прежде всего, ощущению силы, которое давала ему его работа. Он гордился тем, что был выше коррупции и сводил свои дела к их абсолютной сути, не оставляя в них следов своих личных суждений или симпатий. Так же быстро он приспособился к новому кругу общения, где и познакомился с Прасковьей Федоровной.Она влюбилась в него, и хотя он не собирался жениться, тем не менее сделал ей предложение. Ведь Прасковья Федоровна была хороша собой, из хорошей семьи и имела немного денег — хорошая партия, подумал Иван, если не та ослепительная, на которую он надеялся бы, если бы женился.

Иван Ильич планировал провести свой брак по тем же ценностям удовольствия и приличия, которые так хорошо служили ему до сих пор. Но вскоре он понял, что его брак, каким бы правильным он ни был, не будет приятным. Он был встревожен необоснованной ревностью и требованиями жены, ее критикой и ее вспышками, которые усиливались с рождением каждого ребенка. Отчужденный от жены и детей, он нашел убежище в своей работе; от своей домашней жизни он искал только ожидаемых удобств хорошей еды, благоустроенного жилища и сексуальных удовольствий.

Через три года после женитьбы он был назначен помощником прокурора, а позже снова назначен прокурором новой провинции.Несмотря на его более высокую зарплату, в его семье всегда не хватало денег. Его жена презирала новый город, а воспитание детей было постоянным источником конфликтов. Он терпел эти неприятности в течение многих лет, в течение которых он становился все более одержим продвижением по службе и зарплатой и отказывался от многих предлагаемых ему должностей в надежде на более престижную должность. В 1880 году он надеялся получить должность председательствующего судьи в университетском городке, но уступил место близкому соратнику.Разгневанный Иван Ильич спорил с этим сподвижником и с начальством, вызывая на себя большую обиду. Видя, что ему могут отказать в дальнейшем продвижении по службе, он стал искать любую должность, которая давала бы жалованье в 5000 рублей.

Он имел удивительно быстрый успех. С целью поиска работы в Петербурге он получил должность в Министерстве юстиции, которая ставила его на два ранга выше его коллег в провинции, давала 5000 рублей жалованья и дополнительно 3000 рублей на переезд.Торжествуя, Иван Ильич сообщил известие обрадованной семье и начал надеяться, что еще может получить ту приятную и правильную жизнь, которую, как он считал, ему причиталась. Он снял квартиру и взял на себя все приготовления по меблировке и отделке их нового дома. Однажды, показывая обойщику, как именно он хочет повесить драпировку, он соскользнул со стремянки. Он избежал серьезных травм, но получил синяк на боку. Боль, однако, быстро отступила, и Иван Ильич не стал думать об этом происшествии иначе, как пошутить над ним в кругу семьи.Какое-то время его счастье было больше, чем когда-либо. Его дом был безупречен, его семья вращалась в лучших социальных кругах, а его трудовая жизнь была легкой и упорядоченной.

Ранение Ивана Ильича, однако, оказалось не шуткой. Он начал замечать странный привкус во рту и ощущал давление в боку, которое, хотя и не было болезненным, вызывало дискомфорт. Постепенно дискомфорт перерос в тупую постоянную боль, он стал раздражительным и рассеянным. Его растерянная жена уговорила его посетить известного врача, и визит прошел так, как он и ожидал.Доктор был так же бойок и равнодушен в смотровой, как Иван Ильич в зале суда, но при всей излучаемой им уверенности не мог определить болезни Ивана Ильича. Когда судья спросил, серьезно ли его состояние, врач счел вопрос неуместным и выпроводил испуганного магистрата из кабинета.

Его состояние ухудшилось. Дыхание Ивана Ильича сделалось решительно зловонным. Аппетит у него пропадал, и он терял силы. Он спросил мнение другого знаменитого врача, который дал не больше ясности и надежды, чем первый.За ним последовали другие врачи, но безрезультатно. Иван Ильич понял, что болезнь его смертельна, что жизнь, полная удовольствий и приличий, — единственное, что имело для него значение, — подходит к концу. Перспектива его смерти стала постоянным ужасом, и он испытал абсолютный разрыв между собой и живыми. Он не чувствовал никакой связи даже со своей семьей, которая не могла смириться с его скорой смертью. В самом деле, у Ивана Ильича выработалось презрение к живым, потому что они счастливо не подозревали о собственной смертности.Только Герасим, один из дворовых крестьян, стал источником утешения. Мальчик менял Ивану Ильичу постельное белье, давал лекарства и терпеливо позволял инвалиду положить свои ноги на плечи мальчика, чтобы облегчить боль. Из всех, говоривших с Иваном Ильичем, только Герасим не видел стыда в смерти и не замечал факта смерти.

В свои последние дни Иван Ильич испытал душевные и душевные страдания, не уступавшие его физической боли, но он также достиг осознания спасения.По мере прогрессирования болезни он осознал, что его жизнь, руководимая приличиями и удовольствиями, была вовсе не жизнью, а заблуждением. Агония этих переживаний достигла апогея однажды вечером, когда жена уговорила его причаститься. Впоследствии, когда она спросила, чувствует ли он себя лучше, он сначала сказал «да», но позже, поняв, что ответ был неверным, закричал «нет» и продолжал кричать три дня подряд. На третий день, однако, сын протянул руку, чтобы взять его за руку, и этот жест помог Ивану Ильичу понять, что он все еще может иметь настоящую жизнь, делая что-то для других, даже если ему остается только умереть.При этом осознании свет пронзил его духовную тьму. Помимо слов, он пытался попросить свою семью простить его, и хотя ему не удалось связаться с ними, он понял, что Бог услышал его. И с этим осознанием он умер.

Перемены в русской семье

В последние минуты своей жизни Иван Ильич испытывает новое горе — на этот раз не за себя, а за жену и сына, которые смотрят, как он умирает. Видя их слезы, он понимает, что, цепляясь за жизнь, он причиняет им сильную боль и что его смерть освободит их для поиска лучшей жизни.Это сочувствие к собственной семье в последнюю минуту неотделимо от духовного прорыва, который дает ему мужество отпустить жизнь, но лежит в самой основе его трансформации. Делая что-то для своей семьи — даже умирая — он переворачивает свое глубоко укоренившееся убеждение, что семья сосредоточена на нем, существует для его удобства и требует его присутствия для своего существования. Эти убеждения были далеко не единственными для Ивана Ильича, а относились к целому ряду представлений и обычаев о семье, которые претерпевали постепенные изменения на протяжении девятнадцатого века.Традиционная русская семья состояла из супружеской пары, их детей и неженатых взрослых родственников, и часто в одном домашнем хозяйстве проживало более одной супружеской пары. Типичная семья была ориентирована на отца, или, точнее, она была патриархальной, иерархической и авторитарной, где старший отец имел власть над остальными мужчинами. Мужчины занимали более высокое место в семье, чем женщины, и оба оценивались выше, чем дети. На протяжении большей части девятнадцатого века российское законодательство поддерживало такое семейное устройство, наделяя мужчиной-главой семьи всеми юридическими полномочиями, практически не предоставляя правовых прав женщинам и поощряя строгое послушание детей посредством телесных наказаний. В то время как семья стремилась к коллективному благу в целом, именно отец диктовал, как семья будет работать для достижения этого блага. Однако усиливающаяся модернизация и урбанизация изменили как размер традиционной семьи, так и отношения внутри нее. Требования городского труда и работы на государственной службе способствовали тому, что мы сегодня называем современной нуклеарной семьей — супружеской паре, их детям, а иногда и незамужним родственникам. По сравнению с традиционной семьей, уходящей своими корнями в преимущественно аграрное российское общество, эти более современные семьи могли лучше реагировать на переводы в другую работу или другие внезапные изменения на рынке труда.В этих небольших, более мобильных семьях сохранились многие патриархальные и авторитарные принципы традиционной семьи, но роли стали менее четкими. Постепенно авторитет отца ослабевал на протяжении всего девятнадцатого века. Жены стали более активно заниматься домашними делами и стали пользоваться большей защитой закона после того, как в 1845 году избиение жен стало уголовным преступлением. Детей по-прежнему можно было наказывать физически, но в целом в отношениях между отцом и потомством преобладала строгая политика. послушание и многое другое через привязанность.В Смерть Ивана Ильича, Толстой дает своему вполне современному человеку вполне современную семью, которая, за исключением прислуги, мало чем отличается от нуклеарной семьи, ставшей нормой в развитых странах всего мира. У Ивана Ильича и его жены Прасковьи Федоровны двое детей, дочь и сын, и живут они несколько безродно, следуя за Иваном Ильичем по его различным правительственным назначениям. Их контакт с расширенной семьей минимален.Жена и дети, чтобы сократить расходы, как-то летом остаются у зятя и невестки Ивана Ильича, которые принимают их прохладно и рады их отъезду. В самой семье опыт Ивана Ильича как отца и мужа отражает снижение значимости этих ролей. Его жена открыто критикует его и постоянно ставит под сомнение их финансы. То дочь также имеет много свободы. Кажется, она навещает своего жениха с минимальным надзором, и она явно стремится отказаться от своей связи с родителями и братом. Сын остается очень неразвитым как характер, но ясно, что его отношение к отцу формируется больше привязанностью, чем послушанием. В целом семья Ивана Ильича отражает современный идеал, который Толстой признает, но, будучи в этом отношении глубоко традиционным, не одобряет. Сам он идеализировал старую модель, все еще проявляющуюся в образе жизни русских сельских крестьян; Толстой стремился создать свою семью по образцу их семьи.

Источники Толстого

Как и во многих других своих художественных произведениях, Толстой синтезировал широкий спектр событий, личных переживаний и убеждений в Смерть Ивана Ильича .Предпосылкой повести послужила смерть в 1881 году Ивана Ильича Мечникова, судьи в Туле, уездном городке близ имения Толстого. Толстой узнал о смерти от брата Мечникова, и из этого известия Толстой развил идею рассказа под названием «Смерть судьи ». Первой идеей Толстого было рассказать историю через дневник судьи, в котором от первого лица раскрывалась бы борьба человека с собственной смертностью. В конечном счете, однако, Толстой решил написать повествование от третьего лица, предоставив больше возможностей социальной реакции на неминуемую смерть своего персонажа и предоставив более широкий взгляд на его обычную, материалистическую жизнь.Толстой, возможно, имел отдельный интерес к профессии Мечникова, как предполагает его первоначальное название рассказа. Это был судья, который должен был судить самого себя и предстать перед высшим судьей всех. Учитывая жизнь Толстого, его собственная деятельность поддерживает его такой интерес. В год смерти Мечникова Толстой часто навещал заключенных в тульской тюрьме, иногда сопровождая их на перрон поезда, когда их депортировали в Сибирь. В своем дневнике он удивляется произволу депортаций, находя, что, хотя некоторые депортированные действительно были коррумпированы, других постигла та же участь за незначительные правонарушения или вообще без правонарушений.

В то время как поводом для рассказа послужила смерть губернского судьи, Толстой много черпал из своей жизни, чтобы дать Ивану Ильичу контуры его характера, особенно перед лицом смерти. За много лет до сочинения «Смерть Ивана Ильича» Толстой пережил ужасающую встречу с собственной смертностью, которая периодически всплывала на поверхность до конца его дней. Вечером 3 сентября 1869 года Толстой был далеко от дома по деловому предприятию, когда он внезапно потерял рассудок, потеряв всякую цель в своей поездке.Он и слуга, с которым он ехал, остановились на ночлег в деревне Арзамас. Тревога Толстого росла, и ему тревожила сама комната, в которой он должен был остановиться, — ее размеры, ее белые стены, ее темно-красная мебель. Когда позже он проснулся в темноте, не зная, где он и что он там делает, его полностью охватил страх смерти. Он чувствовал не только ее неизбежность, но и ее присутствие в каждом моменте жизни. Ужас этой ночи не покидал Толстого до конца его дней.За пять лет до начала года «Смерть Ивана Ильича», года Толстой пытался облечь ужас Арзамаса в рассказ. Он так и не закончил повесть, но ужас смерти вместе с опустошительным сознанием потраченной впустую жизни не покидал Толстого до тех пор, пока не стал тематическим ядром его успешной новеллы.

Из жизни Толстого, по-видимому, происходят и другие случайные подробности. Вечная вражда между Иваном Ильичем и его женой аналогична борьбе Льва и Сони Толстых, особенно в годы, предшествовавшие году. Смерть Ивана Ильича года.В это время интерес Толстого к философии и его громкая критика русского православия отдалили его от собственной семьи, которая, по его мнению, заботилась только о материальном богатстве и удовольствиях. И наоборот, отказ Толстого от литературной карьеры и его желание жить рядом с крестьянами встревожили его жену, которая осталась одна, чтобы управлять имением и воспитывать детей. Их разногласия вызывали частые и, возможно, даже ожесточенные споры. Наконец, обстоятельства ранения Ивана Ильича взяты из собственного опыта автора.Его жена стремилась к городской жизни, а его старшие дети также нуждались в дополнительном образовании в городе, поэтому в одну из своих немногих капитуляций перед семьей он помог им переехать в Москву в 1881 году. В следующем году Толстой поставил себя руководил покупкой дома в городе и погрузился во все детали ремонта — обои, столярные изделия, мебель. И здесь мы видим, как Толстой подробностями собственной жизни украшает мир своего незадачливого судьи.

Приемная

Повесть Толстого сразу же имела успех.Это была первая содержательная художественная литература, опубликованная Толстым после ослепительного триумфа Анны Карениной десятью годами ранее, и она стала считаться одной из лучших новелл всех времен. Чего ему не хватает в обширном объеме романов Толстого, он выигрывает в интенсивной фокусировке и сжатости. После прочтения повести русский композитор Петр Ильич Чайковский отмечал в своем дневнике, что «более чем когда-либо я убежден, что величайший писатель-живописец, который когда-либо жил, — это Лев Толстой» (Чайковский в «Трояте», стр.462). В том же духе русский критик Владимир Стасов писал Толстому, утверждая, что «ни у одной нации в мире нет такого великого произведения, как это. Все мелко и мелочно по сравнению с этими семьюдесятью страницами» (Стасов в «Трояте», стр. 462). Мир в целом был склонен согласиться. Французский писатель Ромен Роллан, один из первых биографов Толстого, сказал, что новелла произвела заметное впечатление даже на обычно уравновешенную, непоколебимую французскую буржуазию. Из тех, кто отозвался менее чем благосклонно, возможно, наиболее примечательным был брат судьи, на котором Толстой основывал свой рассказ.Хотя он и не любил карьеристов вроде своего брата, другой Мечников утверждал, что просвещенность судьи была гораздо больше, чем мог дать даже такой мастер, как Толстой.

Однако большая часть литературного мира была удовлетворена достижением Толстого. Предпосылка повести Толстого, наряду с деликатным обращением, которое он дал своему главному герою, повлияла на произведения последующих авторов, от Артура Миллера Смерть коммивояжера (также в Литература и ее времена ) до Александра Солженицына Раковое отделение .В этих и многих других произведениях авторы обязаны толстовскому изображению смерти среднего человека, не производящего большого шума в свете, но чье страдание и спасение раскрывают его человечность и достоинство.

— Джефф Моррис

Блайт, Рональд. «Введение.» Смерть Ивана Ильича . New York: Bantam, 1981.

Charques, RDA Краткая история России . Нью-Йорк: Баттон, 1956.

Флоринский, Майкл Т. Россия: Краткая история.Нью-Йорк: Macmillan, 1964.

Миронов, Борис Н., с Беном Эклофом. Социальная история Императорской России . Том. 1. Боулдер, Колорадо: Вествью, 2000.

Покровский М. Н. Россия во всемирной истории: Избранные очерки . Эд. Роман Шпорлюк. Анн-Арбор: University of Michigan Press, 1970.

Рясановский, Николай В. История России . 5-е изд. Оксфорд: Издательство Оксфордского университета, 1993.

Сетон-Уотсон, Хью. Российская Империя : 1801-1917 .Оксфорд: Clarendon, 1967.

Толстой, Лев. Смерть Ивана Ильича . Нью-Йорк: Бантам, 1981.

Тройя, Анри. Толстой . Нью-Йорк: Doubleday, 1967.

Это случается со всеми нами

Одно общее для всех людей, это смерть. Это может быть клише, но с того момента, как мы делаем первый вдох, мы начинаем умирать. Какой фаталистический взгляд на вещи. Если бы у нас с самого начала было осознание того, что у нас есть цель в жизни, тогда мы бы стремились искать ее, а затем достигать ее.или мы бы. Можем ли мы отказаться от всего и стремиться к цели, в которой была уготована наша жизнь?

«Ты был создан Богом и для Бога, и пока ты не поймешь этого, жизнь никогда не будет иметь смысла»… Рик Уоррен.

Фото: Пушкинский Дом 2014

Я только что закончил читать «Смерть Ивана Ильича» Льва Толстого. Я ненавидел историю, я любил историю. Мой конфликт возникает из-за того, что в нем описана смерть человека, страдающего от (я предполагаю) рака. Мой собственный отец умер от рака несколько лет назад.Я знал, что для него это была долгая болезнь и время от времени очень болезненное, мучительное время для него. Толстой, кажется, хорошо знает мысли и боли умирающего человека.

Я видел, как мой отец превратился из сильного способного человека в человека, который состарился далеко не по годам; до своего времени. Он был слишком молод, чтобы умереть. В отличие от Ивана Ильича, мой отец добился. Он преуспел не только в своей профессиональной жизни. Он был любимым отцом четырех мальчиков, дедушкой для многих до своей смерти.Его обожали многие и любили все. У моего отца была профессиональная жизнь, которой завидовали все мальчики в моем классе. Он смог взять нас на многие полеты на вертолетах и ​​самолетах в качестве авиационного инженера. Он стремился сделать жизнь моей матери и его семьи лучше. Он достиг этой цели. Когда он рано вышел на пенсию из-за болезни, он решил передать свои знания, чтобы помочь школьникам узнать о теории и практике полета. Он пошел в среднюю школу города, в котором вышел на пенсию, и предложил помочь ребятам построить настоящий самолет.Такой, который можно было бы зарегистрировать и летать. Он достиг этой цели.

Еще в отставке он познал красоту дерева. В австралийском кустарнике у некоторых деревьев на стволе образовались прыщики. Их называют бурлами. Их отличает внутренний рисунок не колец, а скорее закорючек по всей древесине. Мой отец научился делать из дерева всевозможные вещи, от ручек до подставок и мисок, а также гораздо более крупных изделий.

Авторы и права: Клифф Бейкер, Ассоциация токарных станков Западной Вирджинии

Но я видел, как он зачах.Он бросил курить, возможно, в попытке продлить свое пребывание на Земле, но в последние несколько месяцев я заметил, что он снова начал курить. Подобно Ивану, он смирился со смертью как с неизбежностью.

Иван Ильич стремился добиться положения в обществе. Он стремился накапливать «вещи». он сделал это не только для себя, но и для своей семьи. Может быть, и для собственной выгоды, потому что, если бы он добился благосклонности жены, то мог бы избавиться от ее нытья.

Эта книга не только заставила меня задуматься о собственной смертности и тщетности накопления вещей, но и убедила себя в том, что цель моей жизни теперь находится на пути к достижению цели.Оглядываясь назад, я вижу, что в прошлом мои действия и бездействие, моя потребность в богатстве и поиске благосклонности общества (что пытался сделать Ильич, устраивая свой дом в Петербурге) причиняли боль другим. Моя цель в жизни сейчас не в том, чтобы накопить богатство, а в том, чтобы поделиться красотой с теми, кто не может увидеть ее своими глазами. Я делаю это с моим искусством, фотографией и писательством на полупрофессиональном уровне, а также работая волонтером в целях и организациях социальной справедливости, чтобы помочь тем, кому повезло меньше, чем мне.

Я не смог быть рядом с отцом в последние дни. Это то, что огорчило меня, когда я с сожалением смотрю на прошлое. Иван Ильич тоже смотрел на свою жизнь с сожалением. Я надеюсь, что после моей смерти я смогу оглянуться на свою жизнь не с сожалением, а с небольшой долей смиренной гордости.

Есть 3 викторианских романа, которые я просмотрел в своих исследованиях художественной литературы 19-го века. «Тяжелые времена» Чарльза Диккенса, «Сайлас Марнер» Джорджа Элиота и «Смерть Ивана Ильича» Льва Толстого.Все три главных героя имеют одну и ту же потребность, искупление, хотя не все трое видели эту потребность.

Томас Грэдграйнд в «Тяжелых временах» нуждался в избавлении от своей негибкости. «Всех мужчин должно забавлять», — заметил мистер Слири, а Грэдграйнду достаточно одного-двух ударов, чтобы он сбился с пути.

Изображение предоставлено: Чарльзом Рейнхартом, найдено на http://www.victorianweb.org/art/illustration/reinhart/ht2.html

 

Джордж Элиот писал, что Сайлас Марнер нуждался в искуплении.В то время как некоторые видят в книге указание на его потребность в религиозном искуплении, именно его одержимость золотом и его накоплением требовала искупления. Это искупление пришло в виде его милой приемной дочери Эппи. Золотой металл был обменян на золотые локоны на ее голове. Она вырвала из него депрессию из-за потери и дала ему новую цель в жизни — заботиться об Эппи. Интересно отметить, что, когда его металлическое золото было возвращено ему, его золотоволосый ребенок забрал другой.Ребенок не будет вырван из его рук, как это было с его золотыми монетами, и справедливость восторжествовала, когда он мог, чтобы его ребенок предпочел остаться с ним, а не соблазниться соблазном золота. Эппи стала для него важнее безжизненного металла.

Фото кадр из фильма 1985 года

Лев Толстой изобразил Ивана Ильича как человека, нуждающегося в искуплении от жизни. Жизнь для него была мучительным существованием; до и после травмы, которая в конечном итоге привела к его смерти.Жизнь в присутствии его жены была в лучшем случае обыденной. Он сделал все возможное, чтобы проводить с ней как можно меньше времени. Я верю, что он любил своих детей, хотя и видел, как многие из них умерли раньше него. Его оставшаяся дочь, к сожалению, становилась младшей версией его жены, с ее потребностью быть чопорной и корректной, в то время как его сын искренне сострадал своему отцу. Это его сын плакал, когда его отец испускал последний вздох. Для всех остальных его смерть или то, что он медлил с этим, была простым неудобством.В самом начале книги мы видим, что после его смерти его коллеги рассматривали вопрос о том, кто должен занять его место, что принесло за это изрядное жалованье. Ильич осознает свою потребность в искуплении, когда испытывает сильнейшую боль. Он хотел облегчения боли, облегчения от своей жены и других. Он видел себя обузой для других, и для человека, который был в основном независимым и одиноким, это было разрушительно. Иван Ильич хотел освободиться от всего этого.

Любил и благодарил молодого слугу Герасима, терпеливо заботившегося о своем господине на закате жизни.Герасима можно сравнить с паллиативным персоналом, который ухаживал за моим отцом в его последние дни.

Это случается со всеми нами, смерть. Со всеми нами случается осознание необходимости искупления. С тремя персонажами в наших книгах искупление пришло в разное время. Градграйнд был спасен. Сайлас Марнер вовремя нашел свое искупление, чтобы изменить свое будущее. К сожалению, Иван Ильич слишком поздно обнаружил свою потребность. Я умоляю вас искать искупление, пока оно еще возможно, пока не стало слишком поздно.

«И все же, когда я осмотрел все, что сделали мои руки

и то, чего я достиг,

всё было бессмысленно, погоня за ветром,

ничто не приобреталось под солнцем» Екклесиаст 2:11

Дэйв

 

 

 

 

Нравится:

Нравится Загрузка. ..

Иван Ильич, мой отец и Ибн Кайим Книга души – Висячие оды

Эти размышления в такой же мере о моем отце, как и о том, как герой Толстого борется со своей смертью во второй половине этой знаменитой новеллы.Оставляя в стороне высшие смыслы, особенно склонность Толстого к выстраиванию запутанного повествования, вплетая в него самые заветные темы исторического детерминизма, человеческой природы и осмысленности жизни, это краткое изложение скорее останавливается на некоторых более прямых и психологических частях. С другой стороны, я продолжаю размышлять о собственном существовании и сбивающих с толку вопросах, связанных с жизнью и смертью.

Прошло еще две недели. Иван Ильич теперь уже не вставал с дивана. Он не ложился в кровать, а лежал на диване.И большую часть времени он лежал лицом к стене и в одиночестве терпел все необъяснимые муки, и в одиночестве размышлял всегда над одним и тем же неразрешимым вопросом: «Что это? Неужели это правда, что это Смерть?» И внутренний голос ответил: «Да, это правда». – «К чему эти мучения?» И внутренний голос ответил: «Ни за что — они просто такие». Дальше и кроме этого ничего не было. -(Лев Толстой, Смерть Ивана Ильича )

Странное и интересное стечение обстоятельств, что я читал маленький шедевр Толстого примерно в то же время, когда Аббу (мой отец) умер прошлым летом; или, я должен сказать, пока он умирал, понемногу, в течение этих душных собачьих дней.Потому что чтение одновременно об изысканном опыте смерти страница за страницей не является в какой-то ужасно реалистичной форме синонимом тех последовательно связанных случаев смерти в реальном времени, которые по каким-то абсолютно неясным божественным причинам предопределены для некоторых избранных индивидуумов посредством тщательно продуманный процесс? Это, конечно, в отличие от тех, которые просто перестают существовать внезапно, в одно мгновение; невозможно прочитать внезапную смерть черным по белому.

Находясь у руля дел, обычно связанных с такими фатальными случайностями, я не осознавал тогда этого необычайного совпадения, но через несколько часов после кончины Аббу я осознал чистую психологическую и пророческую проницательность Толстого. Всего через несколько дней после смерти Аббу, когда я начал оглядываться назад, я понял, что переживал страницу за страницей то, что день за днем ​​переживал мой отец на смертном одре. Подобно Ивану Ильичу (да и большинству из нас), Аббу никогда не хотел расставаться с этим прекрасным миром, пробуждающим непреходящее желание своей ослепительностью и характерным магнетизмом. Он играл в теннис, когда впервые почувствовал боли в паху и ноге. Следующие несколько дней он отчаянно хотел, чтобы эта боль как-то исчезла; по крайней мере, во время его вечерней игры.После нескольких клинических сессий ему, наконец, стало известно, что у него рак предстательной железы, и, по прогнозам, он уже находится в критической стадии. Но его врач заверил его, что ему повезло в том смысле, что, несмотря на то, что рак распространился на его кости, рак предстательной железы является одним из наименее смертельных видов рака в мире, и они начнут с обычной вакцинотерапии и будут искать какое-либо улучшение и, возможно, перейдут к гормональная терапия через несколько месяцев при улучшении состояния. «Если приходится выбирать, следует выбрать рак простаты», — пошутил его врач в небрежной и несколько остроумной манере, слегка добавив, что люди действительно продолжают жить годами и годами с предписанными ежемесячными вакцинами.

Врач сказал, что тот-то и тот-то симптом указывал на то-то и то-то неладное с внутренностями больного, но если этот диагноз не подтвердился анализом того-то и того-то, то надо предположить то-то и то-то. Если тогда предположить то-то и то-то, то… и так далее. Для Ивана Ильича был важен только один вопрос: серьезно ли его дело или нет? Но доктор проигнорировал этот неуместный вопрос. С точки зрения врача, это был побочный вопрос, который не рассматривался; реальная задача состояла в том, чтобы выбрать между плавающей почкой, хроническим катаром или аппендицитом.

Представляете, какая первая реакция отца на это откровение? Как и в случае с добрым врачом, это удивительно соответствовало толстовскому нарративу. Он спросил, сможет ли он продолжить свою игру вечером. Врач парировал: «Сэр, вы признаете, что у вас рак четвертой стадии, и это просто чудо, что ваши кости не трескаются сами по себе, когда вы ходите?» Когда в тот вечер мы обменивались обычной статистикой ожидаемой продолжительности жизни по телефону, мой отец — явно потрясенный, но, тем не менее, уверенный в себе — сказал мне, что, по мнению врачей, он может прожить еще следующие десять лет.

Аббу всегда обладал талантом к жутким тайнам и щегольством превращать маленькие жуткие события своей жизни в большие истории, которые можно было неоднократно рассказывать его верной, а иногда и сопротивляющейся аудитории. Я до сих пор помню, как смотрел с ним « Tales from Dark Side », когда это шоу транслировалось по пакистанскому телевидению в восьмидесятых. Почти каждое утро после спектакля он рассказывал о странных, а иногда и гротескных кошмарах, в которых какие-то неописуемые существа преследовали его до того, что будили.Всю свою жизнь, почти ритуально, он будил мою мать и рассказывал ей свои сны, так как мог забыть некоторые важные детали по утрам. В отличие от меня, его интерес к письменному слову был довольно умеренным, но, если бы у меня был выбор на моей книжной полке, он всегда брал бы в руки книгу, в которой каким-то образом обсуждалось бы какое-то таинственное измерение жизни. Последнее, что я помню, он рассказывал мне какие-то кошмары после прочтения Китаб ар-Рух (Книга Души) Ибн Каййима. Помнится, я спросил его в тот день о том, что его так интригует в смерти; и хотя он не решался подобрать подходящие слова, он сказал мне, что, возможно, это страх перед неизвестным. Я помню, как в тот вечер у меня был несколько продолжительный разговор с Аббу; Моя главная мысль в том, что если смерть для него так загадочна, то почему не рождение? Потому что, насколько мы можем вспомнить, никто из нас также не помнит опыта рождения. Но я никогда не мог осмысленно сформулировать то, что таилось в моем уме, относительно связи между эпистемическим и онтологическим измерениями нашего восприятия.

Несмотря на то, что мы были очень хорошими друзьями и постоянно разговаривали, мы в значительной степени оставались привязанными к нашим собственным словарям или парадигмам мышления из-за наших очень разных академических склонностей. Непрестанно думая о смерти со второго дня августа — дня, когда я в последний раз видел или прикасался к Аббу — теперь я понимаю, что все мы говорим о смерти так, как будто это полностью осмысленная концепция, но никто из нас на самом деле не обладает реальным «знанием» о ней. его, за исключением его абсолютно определенной возможности в какой-то момент в будущем.По своей сути переживание смерти несет в себе необходимую двойственность там, где оно жестко переплетено с жизнью. Как, вероятно, в конце концов окажется, пока мы иллюзорно переживаем жизнь в одеянии минут, часов и дней, мы также медленно угасаем к этой конечной возможности. Конечно, возможно, окончательно, по отношению к нашему нынешнему представлению о времени и пространстве. Кроме тех случаев, когда это как бы «подчеркнуто» предсказывается, как в случае Аббу и отчасти Ивана Ильича в части его самореализации.В этом случае каждый видит, что это происходит; возможно, воплощенный, с распростертыми объятиями, медленно приближающийся, чтобы заявить о своих окончательных требованиях.

«Дело не в аппендиксе или почке, а в жизни и… смерти. Да, когда-то была жизнь, а теперь она уходит; ускользает, и я не могу остановить его. да. Зачем обманывать себя? Разве не для всех очевидно, кроме меня, что я умираю, и что это всего лишь вопрос недель, дней… это может случиться сию же минуту. Был свет, но теперь тьма.Я был здесь, но теперь я ухожу. Где?» Его охватил холодный озноб, дыхание его остановилось, и он слышал только биение своего сердца. «Меня больше не будет, что же тогда будет? Ничего не будет. Тогда где я буду, когда меня не станет? Может ли это умереть? Нет, я этого не допущу!» Он вскочил и попытался зажечь свечу, пошарил дрожащими руками, уронил свечу и подсвечник на пол и снова упал на подушку.

Я разговаривал по телефону с Аббу по скайпу, когда впервые увидел холодное узнавание этого приближающегося конца в его глазах.Он поехал в Чикаго, чтобы увидеть моего брата после того, как принял двойную, чем обычно, дозу прописанной вакцины. Отчасти принадлежа к старой школе, он не хотел умирать и быть похороненным в штатах; кроме того, будучи жестоко прагматичным, он как бы не хотел, чтобы он увеличил мое административное бремя, согласившись быть похороненным в Пакистане после смерти в штатах. Кроме того, я почти наверняка уловил оттенок недавно прочитанного эсхатологического смысла Ибн Кайима, когда он сказал мне по скайпу, что во время переезда в Пакистан для погребения он подвергнется ненужным неприятностям. Поверьте мне, ужасно странно слышать, как ваш собственный отец говорит о дальней перевозке своих останков и все еще использует настоящее время для описания этого предположительно неприятного опыта. В конце концов, на следующей неделе он вернулся в Лахор в ужасно изуродованном виде, с распухшими и заблокированными лимфатическими узлами. В последние три дня после нескольких быстрых сеансов химиотерапии он потерял всякую надежду и просто ждал, когда она приблизится, хотя всегда крепко цеплялся за йоту оптимизма, что на следующий день все может закончиться хорошо. Когда я сейчас закрываю глаза и пытаюсь визуализировать его состояние, мне кажется, что он отчаянно хочет, чтобы эта тайна наконец-то раскрылась, а битва между надеждой и страхом наконец закончилась.

Для него все это произошло в одно мгновение, и смысл этого мгновения после этого не изменился. Для присутствующих его агония длилась еще два часа. В его горле хрипело, его истощенное тело дергалось. Затем хрипы и хрипы стали слышны с более продолжительными интервалами. «Все кончено!» сказал кто-то рядом с ним. «Он поймал слова и повторил их в душе. «Смерть закончилась, — сказал он себе. «Его больше нет!» Он вдохнул, остановился посреди вздоха, вытянулся и умер.

Сегодня вечером, лёжа в отцовской постели, я как-то подобрал традиционный шедевр Ибн Каййима о состоянии и путешествиях души и полистал, пока ещё раз не дошёл до раздела, где он упоминает о возможности общения душ живых и мертвых.В Коране упоминается, что Аллах забирает души (или личности) умерших и тех, кто не умирает, во время их сна. Но кого он намеревается оставить в живых на положенный срок, их души возвращаются обратно в их тела ( 39:42 ). В своей несколько детской надежде на правдивость утверждений Ибн Каййима я иногда продолжаю лежать без сна в своей постели далеко за полночь, с непреодолимым намерением в последний раз пообщаться с Аббу, пока я засыпаю. Возможно, я здесь эгоистичен, но его переживания меня больше беспокоят собственные непрекращающиеся недоумения.Я почему-то чувствую, что испытал множество смертей; путем глубокого наблюдения за моим отцом, проходящим через это, и в то же время на страницах захватывающего повествования Толстого.

Мне трудно поверить, что переход от существования к исчезновению является чисто абстрактным с точки зрения возможности созерцания, скорее эмпирически. Здесь должна быть сложная и многоуровневая онтологическая структура с основополагающими руководящими принципами. Но если оно есть, почему я не могу испытать его, несмотря на все свои усилия? Если бы мне предоставили хоть одну возможность и позволили бы задать один вопрос моему отцу, я хотел бы спросить его, действительно ли эта жизнь является иллюзией и является ли смерть той точкой, за которой лежит реальный опыт, который мы должны иметь. Так тяжело быть на иголках не знаю как долго…

Нравится:

Нравится Загрузка…

Родственные

Иван Ильич с Джерри Брауном

Иван Ильич с Джерри Брауном

Мы Люди, КПФА — 22 марта 1996 г.

Браун: В этот час мы имеют особую привилегию и возможность. У нас тут в студии в Лос-Анджелесе Иван Ильич и Карл Митчем, два моих друга, которых я надеюсь, вам понравится наша беседа.Послушайте. Вы найдете это поучительным. Иван Ильич — автор очень известной в 1970-х годах книги под названием Deschooling Society , еще одна книга под названием Medical Nemesis . Он также является автором книг Celebration of Awareness , Tools for Веселье , Гендер , а теперь его последняя книга под названием In Виноградник текста, комментарий ученого XII века и святой, Хью св.Виктор. Вместе с нами здесь, в студии, Карл Митчем, профессор гуманитарных наук, в настоящее время приглашенный научный сотрудник Университета Колорадо. Горная школа и на более постоянной основе профессор Пенсильванского университета. где Иван Ильич и его друзья и коллеги-ученые встречаются каждый год в течение нескольких месяцев, чтобы изучить эти идеи, которые в течение следующего часа мы собираемся сделать все возможное, чтобы разъяснить и поделиться. Иван, почему бы нам просто не начать с книгу, с которой я впервые столкнулся, когда узнал о вас, и которая это книга Deschooling .Можете ли вы подумать о том, что вы думали о том, когда вы написали это и как вы могли бы увидеть эту реальность сегодня, потому что мы все еще боремся со школами в этом обществе. Есть еще зависимость на профессионалов, которые, кажется, контролируют то, как мы учимся или не учимся и мне просто нужно задаться вопросом, достигли ли мы какого-либо прогресса в создании контекста где у людей появляется ощущение, что они несут ответственность за свое собственное обучение?

Ильич: Во время позже 60-х мне довелось за полтора года дать десяток разных обращений к людям, которые занимались образованием и школьным образованием в который я смотрел как историк. Я спросил себя, с каких это пор люди родился нуждающимся? Нуждается, например, в образовании. С каких это пор мы должны выучить язык, на котором мы говорим, благодаря тому, что нас кто-то учит. я стоял впереди группы и спросил, кто из вас помнит, у кого ваш ребенок научился гулять пешком? Из ста человек наверняка тридцать поднимут руки и я бы сказал, я гарантирую, что вы все выпускники учебных заведений. Я хотел выяснить, откуда пришла идея, что во всем мире люди должны быть собраны в определенные группы не менее чем по пятнадцать человек, а то не класс, не больше сорока, а то малоимущие, в год, не менее 800 часов, иначе не наберутся, не более 1100 часов, иначе считается тюрьмой, на четыре годовые периоды кем-то другим, кто подвергался этому в течение более длительного времени.Как получилось, что такой безумный процесс, как школьное обучение, стал необходимо? Потом я понял, что это что-то вроде инженерных людей, что наше общество производит не только вещи-артефакты, но и людей-артефактов. И что он не делает этого по содержанию учебной программы, по тому, что нас учат, но проводя их через этот ритуал, который заставляет их считают, что обучение происходит в результате обучения.Это обучение можно разделить на отдельные задачи. Это обучение можно измерить и части могут быть добавлены одна к другой. Это обучение обеспечивает ценность для объекты, которые затем продаются на рынке. И это правда. Чем дороже образование человека, тем больше денег он заработает в ходе его жизнь. И это несмотря на уверенность с точки зрения социальных наук в том, что считают, что нет абсолютно никакой связи между содержанием учебной программы и что люди на самом деле делают удовлетворительно для себя или общества в жизнь.Это мы знаем из прекрасной книги Ивара Бирга [?], . Великое ограбление на тренировке . А пока есть по крайней мере тридцать или сорок других исследований, все из которых показывают то же самое. Учебная программа контент абсолютно не влияет на то, как люди работают. Скрытые функции школьного обучения, то есть скрытая учебная программа, которая формирует людей в нуждающихся людей, которые знают, что теперь они немного удовлетворили свои потребности в образовании гораздо важнее.Так вот почему Я вошел в него.

Браун: Так Лишение школы была основана на понимании того, что школьная индустрия учит людей, а не учит их, но манипулирует ими, заставляя думать, что у них есть определенные потребности, которые может удовлетворить только школа?

Ильич: Что они иметь потребности. Не у всех людей, которых я знал в молодости, были потребности. Мы были голодны, но мы не могли перевести голод в потребность в еде вещи.Они жаждали тортильи, comida , а не калорий. Идея о том, что люди рождаются с потребностями, что потребности могут быть воплощены в права, что эти права могут быть переведены в права, является развитие современного мира, и это разумно, это приемлемо, это очевидно только для людей, у которых были какие-то свои образовательные потребности пробудили или создали, потом удовлетворились, а потом узнали, что у нас меньше чем другие. Школьное образование, которым мы занимаемся и якобы создает равные возможности, стал уникальным, никогда ранее не испробованным способом разделения все общество на классы. Все знают, на каком уровне его двенадцать или шестнадцать лет обучения он бросил, и вдобавок знает, какой ценой облагается полученное им высшее образование.

Браун: Итак, вы получаете точное определение того, где вы находитесь в социальной иерархии, насколько школьное образование у вас было или сколько у вас не было школьного образования, поэтому вы не знать, что вам нужно четырнадцать лет и аспирантура или выйти средней школы в зависимости от того, где вы жили.

Ильич: Это история унижения большинства людей.

Браун: Итак, вы берете кто-то, кто беден, и вы модернизируете бедность, не только имея человек, у которого не так много материальных благ, но теперь отсутствует умственное уверенность в себе, которая была у его отца или деда до этого.

Ильич: А я могу создать для него мир, в котором он постоянно нуждается в чем-то, в тот раз я искал слово, которое не нашел, контекстно-зависимая помощь.Вы знаете, когда вы находитесь перед компьютером и когда вы находитесь в этом программу и положить в Word Perfect, он скажет вам, какая помощь вам нужна в этом точка, в которой вы находитесь. Это инструкция по применению. это инкорпорация обучения объекту, с которым вы сталкиваетесь в его высшей точке. Мы создали мир, в котором люди постоянно благодарны, если они берут за руку, чтобы уметь пользоваться ножом или кофе maker или как продолжить написание текста.

Браун: В общем, что у вас есть, так это то, что мы получаем мир, который все больше и больше делает людей зависимы, и зависимость не от природы или их друзей, а от те, кто управляет учреждением, будь то школа или …

Ильич: не хочу зайти так далеко в моей паранойе. Сказать те, кто управляет учреждением, это именно то, что Митчем интенсивно исследовал на протяжении многих лет.В том, что люди все чаще живут в артефакте и становятся артефактами. себя, чувствуют себя удовлетворенными, чувствуют себя пригодными для этого артефакта в той мере, в какой они собой манипулировали. Вот почему мы вдвоем в нескольких десятках наших близких интрижек [?], наш невидимый стол — я не как колледж — заботиться о вещах в мире, как он есть сегодня как детерминанты возможности дружбы, быть действительно лицом друг к другу.Обычно люди, занимающиеся философией вещи, артефакты, технологии, обеспокоены тем, какие технологии делает с обществом, например. Неизбежно поляризуются современные технологии. общество. Это загрязнило окружающую среду. Он отключил очень просто врожденные способности и сделали их зависимыми от объектов.

Браун: Как автомобиль.

Ильич: Автомобиль что убирает потребительную стоимость с ваших ног. Как автомобиль, который делает мир недоступным, когда на самом деле это означает на латыни использование вашего ноги куда-то добраться. Автомобиль делает это немыслимым. Я недавно был вопрос: «Ты лжец!» когда я сказал кому-то, что я шел по хребту Анд. Каждый испанец в 16, 17 веке сделал это. Идея, что кто-то может просто ходить! Он может бегать трусцой, возможно, в утром, но он не может никуда ходить! Мир стал недоступным потому что мы туда ездим.

Браун: Итак, объекты, как автомобиль или даже как школа, изменить, кто мы.

Ильич: Кто ты и еще более глубоко они меняют то, как работают ваши чувства. Традиционно взгляд был задуман как способ ощупывания, прикосновения. Древние греки говорил о поиске как о способе отправки моих психоподий [?], конечности моей души, прикоснуться к твоему лицу и установить отношения между двое из нас, что это отношения, и эти отношения назывались зрение. Потом, после Галилея во времена Кеплера, развилась идея что глаза являются рецепторами, в которые свет приносит что-то из снаружи, отделяя тебя от меня, даже когда я смотрю на тебя. Даже если Я смотрю на тебя. Даже если мне нравится твое лицо. Люди стали догадываться их глаза как некая камера-обскура. В наш век люди зачинают своих глаз и на самом деле используют их, как если бы они были частью механизма. Они говорят об интерфейсе.Любой, кто говорит мне, я хочу иметь интерфейс с вами, я говорю, пожалуйста, идите куда-нибудь еще, в туалет или еще куда хочешь, к зеркалу. Любой, кто говорит, я хочу общаться с тобой, Я говорю, ты не можешь говорить? Ты не можешь говорить? Разве ты не понимаешь, что есть глубокая инаковость между мной и тобой, такая глубокая, что было бы оскорбительно чтобы я был запрограммирован так же, как и ты.

Браун: Карл, были ты собираешься прыгнуть сюда?

Митчем: Я думаю, что когда Иван говорит о важности артефактов или предметов, и как они влияют на то, как мы воспринимаем себя и на то, как мы относимся к другим. вещь в работе Ивана, которая всегда была самой сложной для меня, потому что, когда я пытался размышлять и думать о мире, в котором Я живу, мир, в котором сто лет назад, даже пятьдесят лет назад, когда Я росла, вокруг преобладали природные объекты.Горные породы, деревья, животные, куры. Даже в городе было преобладание естественная растительность и все изменилось. Мы живем в мире, в котором искусственность нашей среды подавляет естественную основу или контекст прошлого. Как указал Иван, эта уловка претерпевает фундаментальные изменения. преобразование в то, что он назвал контекстно-зависимыми экранами справки. Сейчас мы проводим больше времени перед тем или иным экраном, чем мы привыкли проводить лицом к лицу с другими человеческими существами — либо экран телевизора, экран компьютера, экран моего маленького цифровые часы прямо здесь, передо мной.

Браун: А потом даже город, который мы видим, — это своего рода экран с рекламными щитами, здания. Это зеркало технологических изменений и манипуляций природы. Мы видим это—что это за вещь, которую мы видим?

Митчем: И мы начинаем познавать мир, например, когда мы едем в машине, лобовое стекло становится своего рода экраном. Мир становится плоским на этом экране.Какой термин использовала Барбара, Иван?

Ильич: Лобовое стекло взгляд, но я нашел в библиотеке штата Пенсильвания отчет о встрече в Техасе мастеров по лобовым стеклам. В прошлом году у нас было три тома с примерно 870 вклады о том, как спроектировать вид лобового стекла, который всегда делает ты будешь там, где тебя еще нет.

Браун: Итак, вы ищете предстоящий.

Ильич: Ты ищешь на то, что впереди, где мы еще не находимся, что, конечно, делает нас с ужасное чувство, как будто ты с кем-то, и он всегда хочет знать, где мы будем на следующей неделе, где мы будем в следующий час, вместо этого быть здесь. Это делает противостояние друг другу все более трудным потому что люди больше не могут оторваться от мысли о том, что мы смотрим, кто-то манипулировал и запрограммировал.

Браун: Но люди всегда подвергались господству в той или иной форме в обществе. Теперь это другая форма такого рода контроля.

Митчем: Это не так господство. Это трансформация.

Ильич: Остановимся на мгновение и отнеситесь к этому серьезно, потому что вы даете мне некоторое представление о кто нас слушает. Определенно то, что я должен был сделать, было до недавнего времени во всех известных нам культурах определяется идеей иерархии, естественно, будучи данностью. Состояние человека, которое может быть состоянием тропиках или климате с холодным климатом, который может быть очень сложным Греческий политиа [?], с рабством или Бог знает какими ужасами, или какими может быть монастырем в 12 веке. Быть чем-то данным в котором я живу, в котором я должен научиться страдать. Люди не говорили культуры. Слова не существовало. Но они говорили о стиле искусство страдания, которое есть у нас здесь, а не где-то еще. Где-то еще знает, как страдать его человеческое состояние. Все это было взорвано прочь, но что было общего во всех этих формах страдания человеческого состояния была своего рода иерархия, которая привела их к идее.Двое из нас, мы не виделись уже год, и когда мы увидели друг друга мы кланялись друг другу, и у меня было это ясное чувство, как только я был глубоко впечатлен некоторыми вещами, которые я недавно прочитал из вас. У вас тоже был подобный лук. Сама идея поклона. Не кланяйся перед экраном. Это невозможно для людей или очень сложно, которые постоянно видят нелица на экране.Я помню тот день, когда этот ребенок сказал мне: «Да, но я действительно видел сегодня вечером Кеннеди, а потом президент Буш, а затем и инопланетянин». Ради бога, я не что-то как они. Я тот, кто хочет уважать тебя, кто хочет смотреть вверх тебе. Это было глубоко подорвано. Вот почему я говорю эта вещь с доминированием важна. Злоупотребление этим приводит к доминированию.

Митчем: Злоупотребление экрана ведет к доминированию?

Ильич: Доминирование следует различать.

Браун: Это было действительно иерархия. Я говорил о большей иерархии. Вы думаете о средневековье период, короли и священнослужители и крестьяне, и тогда мы имеем это мир демократии, где якобы мы все равны, а оказывается совсем не то.

Ильич: Но господство, скажем превосходство, манипуляция. С равенством, имея дело с другим, сверху становится манипуляцией.

Браун: Так ты говоришь в контексте равенства, если вы склоняетесь перед кем-то, кто уже не прав.

Ильич: Уже неправильно и, вероятно, он будет манипулировать вами. Он будет использовать устройства и инструменты. Он будет управлять вами. Есть огромная разница между управлением кем-то при предположениях о равенстве и возможности эксплуатировать, командовать, отказывать другим лицам в условиях иерархии.Сама идея мощность — это что-то грамотное, как деньги или ватты [?], которые можно зарядить в любом месте, это очень современная идея. Это заставляет вас поверить, что женщины и мужчины может бороться за власть. В традиционном обществе, где людьми были Адам и Ева, где их отношения были пропорцией, как в музыке. Квинта [?]. Вы слышите квинту. Вы не слышите два звука, которые объединяются в квинту.

Браун: Что такое квинт? Заметка?

Ильич: Записка, да.

Митчем: две записки что гармонируют.

Браун: Аккорд.

Ильич: Если взять аккорд, разделите его на два на три, а затем послушайте, и вы получите то, что люди на протяжении всей истории наслаждались не только красотой, но и музыкой. До Баха. Это единственная вещь, которой мы можем наслаждаться, это музыка. А потом из Современная музыка 1730–1890 годов отражает совершенно новый взгляд, который вы можете делать то, что они называли музыкой, из темпет [?] тонов, то есть тонов которые искусственно, с помощью логарифмов, определены таким образом, что они все немного непропорциональны, но дают возможность симфонического договоренности о международном использовании.я действительно пристрастился именно к этот ужасный, нечистый шум, который является современной музыкой, но я знаю, что это ничего общего с традиционным григорианским, с традиционным греческим, с любая музыка прошлого, в которой люди не слышали отдельных тонов, вместе дают правильное расположение. Но они только могли слышать отношения между двумя сторонами хорды. Потеря чувства соразмерности, потеря ощущения, что наша дружба — это не Джерри плюс Иван и какие-то взаимодействие между ними, как если бы они были двумя экранами, двумя программами, двумя машины, а ирреальность [?], которая прекрасна сама по себе. Это чувство мне кажется то, что я хотел бы сохранить. Я не могу делать это в политике. Я не могу делать это в общественной жизни. Я могу сделать это, только совершенствуя, мы получаем вместе вокруг спагетти и бокал вина.

Браун: Итак, теперь в вашем раньше вы больше думали и писали о такие вещи, как медицина или медицинский мир или школы или инструменты или энергия или транспорт, и теперь то, что вы только что сказали, что у вас действительно есть сосредоточиться на дружбе, на людях, вокруг стола.Есть что-то что изменилось в тебе или что-то, что изменилось в мире, что принесло вы с этой точки зрения?

Ильич: Наверное, и то, и другое. Меня впервые в жизни окружают люди старше 25 лет, которые родились в год или вскоре после года, в течение которого у меня был двухнедельный опыт того, что с медицинской точки зрения в Америке называют депрессией. Я назвал это меланхолией. Я назвал это acedia.

Браун: Аседия существо один из семи смертных грехов.

Ильич: Какой бездеятельность, происходящая от того, что человек видит, как чрезвычайно трудно для человека, чтобы сделать правильную вещь.

Коричневый: также называется лень в некоторых переводах.

Ильич: На хорошем английском. Лень. У меня был период очень черной лени, и я не хотел продолжать написание этой книги Инструменты для веселья .Я сказал себе, у тебя самой нет детей. Если бы у вас были дети сейчас, вероятно, вы бы не сделать это, потому что вы не могли представить своих собственных детей. Но ты будешь продолжать и закончить это. Я понял, что такое пепел [?], что значит иметь перейти в мир технологической оболочки, о которой мы говорили ранее. И теперь эти люди рождаются в том возрасте. Я могу говорить по-другому этих людей, чем я мог говорить с людьми шестидесятых годов. В 68-м, когда Я информировал людей об ужасах, неявно неизбежных лекарство, потому что оно создает больше больных, чем может помочь, отупляя образование, о котором мы только что говорили, трудоемкое ускорение движения так что большинству людей приходится проводить гораздо больше часов в пробках джемы, чтобы заставить таких людей, как мы с вами, и, возможно, даже Митчема вездесущие, это было нашей главной заботой.Сегодня меня больше всего волнует, в каком Кстати, и эти люди это понимают, технологии опустошили дорогу от одного к другому, к дружбе, а потому и не наша задача выбежать в мир, чтобы помочь другим, кто менее привилегирован чем мы. Некоторые люди должны это делать, и я должен сотрудничать с этим. Настоящая задача состоит в том, чтобы убрать этот экран из моей головы. Ты и Митчем говорил всего несколько минут назад, что делает твое лицо недоступным для меня, что удаляет тебя, которым ты являешься, и от чьих взглядов, чьих зрачков в глазах я получаю себя недоступным для меня.

[перерыв радио]

Браун: Иван только что упомянул вы были сосредоточены на этих более крупных социальных проблемах, и теперь вы идете чтобы в последние годы сосредоточиться на более непосредственной дружбе. я очень поражен тем фактом, что вы всегда, когда я использовал слово общение и тогда вы говорите, что компьютеры общаются, но люди говорят, люди разговаривают. Я думаю, то же самое относится и к слову «отношения».Ты сможешь отношения между инструментами или между инструментами, но вы дружба может быть только между двумя людьми или между людьми. я думаю, один из очевидных моментов в современном сложном мире быть технологическими терминами, которые вторгаются в наше понимание самих себя и наша непосредственная жизнь. В этой книге, написанной Иваном под названием In Виноградник Текста он обратил мое внимание на сноску 53, которая это от лат. Кто автор?

Ильич: Это Хью святого Виктора, который пишет своему другу.

Браун: Хорошо, это Хью Сен-Викторский, человек, живший в 12 веке, и вот что он говорит. Он говорит: «Милосердие». Теперь, когда он говорит о благотворительности, он в смысле любовь?

Ильич: Да.

Браун: Хорошо, я собираюсь использовать это. Когда он говорит, что любовь никогда не заканчивается.«Дорогому брату Ронольф из Хью, грешник. Любовь никогда не заканчивается. Когда я впервые услышал это Я знал, что это правда. Но теперь, дорогой брат, у меня есть личный опыт полностью зная, что любовь никогда не заканчивается. Ведь я был иностранцем. я встретил тебя в чужой стране. Но эта земля не была действительно странной, потому что я нашел друзей там.» И это продолжается. Хочешь, я продолжу еще?

Ильич: Как красиво.

Браун: «Но Земля не была действительно странной, потому что я нашел там друзей. я не знаю Сначала я подружился или подружился, но там я нашел любовь и полюбил это, и я не мог устать от этого, потому что это было сладко для меня, и я наполнил свое сердце с ним и было грустно, что мое сердце могло вместить так мало. я не мог взять во всем, что было, но я впитал столько, сколько мог. я заполнил все пространство, которое у меня было, но я не мог вместить все, что нашел, поэтому я принял то, что Я мог и отягощен этим драгоценным подарком, я не чувствовал никакой тяжести потому что мое полное сердце поддерживало меня.И вот, проделав долгий путь Я нахожу, что мое сердце все еще согрето, и ни один из даров любви не потерян. никогда не кончается.»

Ильич: Не правда ли? чудесное маленькое письмо?

Браун: Это прекрасно.

Ильич: Сегодня мы бы сразу скажу если мужчина так пишет мужчине он должен быть геем. Почему нет? Но в любом случае, если он напишет женщине, они скажут, какая чудесная сексуальные отношения. Но нужны ли мне эти отчуждающие понятия? я бы хотел просто вернитесь к великому раввинскому, а также, как видите, монашескому, христианскому развитие, выходящее за рамки того, о чем уже знали греки, такие как Платон или Цицерон. Дружба. Что именно от твоего глаза я нахожу себя. есть немного вещь там. Они назвали его ученица , марионетка, которую я вижу в твой глаз. Черная штука в твоем глазу.

Браун: Это ученик.

Ильич: Ученик, марионетка, человек, глаз. Это не мое зеркало. Либби [?] так говорила об этом. Это ты даришь мне то, что Иван для тебя. Это тот кто говорит здесь «я». Я намеренно не говорю, это мой человек, это моя индивидуальность, это мое эго. Нет, я говорю, что это тот кто отвечает вам здесь, кого вы ему дали. Вот как Хью объясняет это здесь.Вот как это объясняет раввинистическая традиция. Что я не могу стать полностью человеком, если только я не получил себя в дар и не принял себя в подарок кому-то, кто, ну сегодня мы говорим, исказил меня как ты исказил меня, любя меня. Теперь о дружбе в греческой традиции, в римской традиции, в старой традиции всегда рассматривался как высшая точка, которой может достичь добродетель. Добродетель означает здесь привычное возможность совершать добрые дела, чему способствует то, что греки называется politaea , политическая жизнь, общественная жизнь.я знаю, что это было политической жизни, в которой я не хотел бы участвовать, с рабы вокруг и с исключенными женщинами, но я все еще должен идти к Платону или к Цицерону. Они воспринимали дружбу как цветение, высшее цветение. взаимодействия, происходящего в хорошем политическом обществе. Это что делает долгий опыт с тобой таким болезненным, что каждый раз, когда мы вместе вы заставляете меня чувствовать себя очень некомфортно из-за того, что я не такая, как вы.Я знаю, что это не мое призвание. Это ваше призвание. Структурирование сообщества и общество в политическом плане. Но я не верю, что дружба сегодня может расцвести, может выйти из политической жизни. Я верю, что если есть что-то вроде политической жизни, чтобы быть, чтобы остаться для нас, в этом мир технологий, то он начинается с дружбы. Поэтому моя задача состоит в том, чтобы культивировать дисциплинированную, самоотверженную, заботливую дружбу, основанную на вкусе.Взаимная дружба всегда. Я и ты и я надеюсь на третью, из которой возможно, сообщество может расти. Потому что, возможно, здесь мы можем найти то, что хорошо это. Короче говоря, когда-то дружба в нашей западной традиции была высшим цветком политики, я думаю, что если общественная жизнь, если это вообще существует сегодня это в некотором роде следствие дружбы культивируется каждым, кто его инициирует. это конечно вызов к идее демократии, которая выходит за рамки всего, что люди обычно говорить о том, говоря, что каждый из вас несет ответственность за дружбу он может развиваться, потому что общество будет таким же хорошим, как и политический результат из этих дружбы будет.

Браун: Итак, мы начинаем с миром, где хорошее общество создает добродетель и добродетель лежит в основе дружбы. Теперь наоборот. Теперь, кажется, мы должны создать дружбу и в контексте дружбы практикуется добродетель и это могло бы привести к сообществу, которое могло бы привести к обществу, которое может быть совершенно другой вид политики.

Ильич: Да.

Митчем: Дай рискнуть комментарий к этому, потому что мне кажется…

Браун: Не могли бы вы сказать мы поняли друг друга?

Ильич: Мы поняли друг друга.

Митчем: В каком-то смысле это то, что ты пытаешься сделать, Джерри, с We the People . Так как Я посетил ваше место в Окленде, вы создали контекст, в котором то, что на первом месте ваша дружба с другими людьми и дружба, отношения, между людьми в этом сообществе. И из этого может вырасти немного политики, но то, что я испытал, когда посетил We the People в Окленде — это прежде всего ваше гостеприимство и гостеприимство других там с тобой.

Ильич: Вот правильное слово. Гостеприимство было условием хорошего общества в политика, politaea , и к настоящему времени может быть отправной точкой politaea , политики.Но это трудно, потому что гостеприимство требует порога над которым я могу вести вас и телевидение, интернет, газета, идея общения, упразднил стены, а значит, и дружбу, возможность вести кого-либо через дверь. Гостеприимство требует стола вокруг на котором можно сидеть, и если люди устают, они могут спать. Вы должны принадлежат к субкультуре сказать, у нас есть несколько матрасов здесь. Это все еще считается крайне неправильным воспринимать это как идеальные моменты в день или год.Гостеприимству глубоко угрожает идея личности, школьного статуса. Я думаю, что если бы мне пришлось выбирать одно слово, к которому надежда может быть связана это гостеприимство. Практика гостеприимства восстанавливается порог, стол, терпение, слушание и оттуда создание грядок за добродетель и дружбу с одной стороны. С другой стороны, излучающий для возможного сообщества, для возрождения сообщества.

[перерыв радио]

Браун: Позвольте спросить вы об институционализации гостеприимства.Я помню фразу когда-то «госпитализация заменила гостеприимство» и этот бизнес институционализации ценностей. Я знаю, что вы писали об истории добрый самаритянин, который мой сосед, и теперь мы подошли к этому миру о потребностях, правах и институте, который позаботится обо всем этом. Основываясь на том, что мы только что сказали, не могли бы вы немного рассказать о том, что институционализации, и в моем уме я отождествляю это с образом прогресса, а потом эта реальность дружбы, которую мы обсуждаем, любви, основывать все, что мы хотели бы назвать сообществом, на этом самом непосредственный непринужденный, неинституциональный способ быть вместе.

Ильич: Хорошо. Я дойду до прогресса, прежде чем дойду до последней точки, в которой мы находимся. теперь, когда прогресс немного улыбается.

[Сторона Б]

Ильич: Позвольте мне быть где-нибудь еще. Гостеприимство, то есть готовность принять кого-либо кто не из нашей хаты, с этой стороны нашего порога, вот эта кровать, кажется быть среди характеристик, которые антропологи могут определить, одна из самых универсальных, если не самых универсальных.Но гостеприимство, Я иду снова к грекам, которых знаю, Ксения [?], Ксенос, это слово для также гостеприимство.

Браун: Ксенос, слово для незнакомца, гостеприимство.

Ильич: Ксенос был Зевс, поскольку он бог гостеприимства.

Браун: А также тот же корень ксенофобии, боязнь незнакомца. Таким образом, вы можете любить незнакомец или страх перед незнакомцем.

Ильич: Да. ксенофобия означает гостеприимство. Но гостеприимство, где бы оно ни появлялось, отличает между теми, кто не обязательно йононы [?], или памфилионы [?], области греческие, а эллины и болтливые [?], варвары. Гостеприимство в первую очередь относится к эллинам. Это поведение, которое знает есть внешнее и внутреннее. Это вообще не для человека. потом приходит тот самый расстраивающий парень, Иисус из Назарета, и, говоря о что-то необычайно великое и демонстрация этого на примере что-то разрушает базовый.Когда его спрашивают, кто мой ближний? Он рассказывает об избитом еврее в ограблении, а палестинца называли самаритянином, оно пришло из Самария [?], это палестинец. Первые два еврея проходят мимо и не замечают ему. Потом проходит палестинец, видит этого еврея, берет его в свою собственным оружием, делает поэтому то, к чему не обязывает гостеприимство, и угощает его как брата. Это нарушение ограничения гостеприимства по отношению к ингруппе, максимально широкой ингруппе, и, говоря, вы определяете, кто ваш гость, может быть воспринят как ключевое послание христианства.Потом, в 300 с чем-то, наконец Церковь получила признание. Епископы были превращены в нечто вроде магистратов. Первое, что эти ребята эти новые епископы создают дома гостеприимства, институционализируют чем может быть только то, что было дано нам как призвание Иисусом, как личное призвание, институционализируя его, создавая ксенодокеи [?], крыши, убежища, для иностранцев. Сразу, очень интересно, не мало великих Христианские мыслители того времени, 300 года, 1600 лет назад, Иоанн Крезостамос [?] один, кричите, если вы сделаете это, если вы узаконите благотворительность, если вы превращаете благотворительность или гостеприимство в акт не-личности, сообщества, Христиане перестанут славиться тем, чем славимся теперь мы, за то, что у меня всегда был лишний матрац, корка старого хлеба и свеча, для того, кто может постучать в их дверь. Но по политическим причинам Церковь стала, начиная с 400, 500 года, главным устройством для тысячи примерно лет доказывали, что государство может быть христианином, платя Церковь институционально позаботилась о небольших фракциях тех, кто нужды, избавляя рядовой христианский дом от самых неудобных обязанность иметь дверь, иметь порог, но быть открытой для того, кто может постучать и кого я могу выбрать.Это то, что я называю институционализацией. благотворительности. Исторический корень идеи услуг, сервисной экономики. Я не могу себе представить, чтобы такую ​​систему можно было реформировать, даже если бы она могла быть вашей задачей и задачей мужественных людей, которыми я очень восхищаюсь невыполнимая задача, которую они берут на себя, чтобы работать над его реформой, над созданием пороки, которые система обслуживания несет с собой, сведены к минимуму. Что я выбрал бы и как Митчем и другие друзья выбрали вместе поскольку наша задача состоит в том, чтобы пробудить в нас чувство того, что это за палестинец, я говорю всегда вместо того, чтобы говорить самаритянин, имел в виду пример. Я могу выбрать. у меня есть выбирать. Я должен решить, кого я возьму в свои объятия, чтобы кого я потеряю себя, с кем я буду обращаться как с этим лицом в которую я смотрю, в которую я любовно прикасаюсь своим пальчиковым взглядом, из кого я принимаю таким, какой я есть, как дар.

Браун: Это очень тяжело добавить к этому. Позвольте мне немного отступить назад и просто задать этот вопрос назад. Весь этот мир услуг, школ, больниц, социального обеспечения, обслуживание потребностей.И сервис не только это. Есть развлечения. Есть много вещей, которые определяют современную экономику, и это то, что вы говорите, душит личность и единственную живую возможность быть человеком в ответ, в я-ты, в я здесь и сейчас, любить, быть с. Эта реальность разрушается тем, что кажется благо служения людям через институты современного общества.

Ильич: А вот неужели это для меня самое неприятное, болезненное — в минуты я чувствую эту ненавистную обязанность находиться также среди школ, больниц, транспортных системы, радио!

Браун: Это не именно услуга.

Ильич: оставляю вам решать. Я ни на мгновение не предлагаю, никто из нас не предлагает, что вы можете… Раньше мы говорили о манихейцах по-пуритански, уход в утешение дружбы. Но только там ты может стать в отношениях Я-Ты, в которых есть взаимное уважение и поклоны, тот человек, который знает, у которого есть чувство добра. Не для ценностей. Значения совершенно разные.Во благо, что соразмерно. И поэтому знать, где вы находитесь, когда переходите к критике систем обслуживания, экономики, экономических отношений классовой структуры.

Браун: Итак, дружба это почва, из которой приходится ходить в большом мире.

Ильич: Желаю были почвой. Я хотел бы, чтобы там была еще почва. И это не дружба если только в нем нет ничего грязного.Грязный ты не говоришь на английском. Знаете, грязь в хорошем смысле. Земляной.

Коричневый: Мясистый.

Ильич: Потому что глаза мясистые. Этот образ там, в твоем зрачке , меня мясистый.

Браун: Итак, когда вы — сказал манихей, и, может быть, люди, слушающие, не узнают, что такое манихейский есть, но эта идея, эта идея, что есть злой дух и добрый дух и ваш взгляд на мир услуг, безусловно, продукт какого-то злого духа.Вы отвергаете это и говорите, да, дружба является чистым источником творчества или быть полностью человеком, и все же мы находимся в мир.

Ильич: Я пользуюсь слово грязное, потому что грязь — хорошее слово.

Браун: это источник того, что реально, и из этого источника мы все еще должны быть в мире и сделай что-нибудь с миром..

Ильич: Это перевоплощение наших суждений и нашего опыта.Под перевоплощением я подразумеваю страну [?] что делает и радио. Люди должны были слушать нас, не видя наши лица.

Браун: И пока это limited это замечательная вещь, что мы можем это сделать. И Иван спасибо вам очень за это. Люди, теперь, когда вы слышали, как мы разговариваем, я надеюсь вы будете говорить со своими друзьями.


Назад к индексу архива

Смерть Ивана Ильича (Bantam Classics) Льва Толстого

Это завершает серию очерков о ремесле, которые я в частном порядке называю «Искусство…: серия».(Вы можете понять, почему имя осталось закрытым.) Предыдущие записи включают эпиграфы, вступительное предложение, закрытие письма и главы.

(Спойлеры, спойлеры, бла-бла-бла.)

Известных заключительных строк меньше, чем начальных, вероятно, потому, что мы начинаем читать больше книг, чем заканчиваем, т. е. вариантов меньше. Не говоря уже о том, как много контекста иногда требуется, чтобы понять смысл (буквальный и образный) окончания книги. Вы не можете просто сказать: Эй, зацените это: «Он любил Большого Брата. Для тех, кто не знаком с «1984» Джорджа Оруэлла, что, черт возьми, это может означать? Какой-то мужчина является поклонником реалити-шоу? Кроме того, меньше давления на финальную линию, не так ли? Если вам удалось удержать внимание читателя до конца, то вы уже многого добились. Другими словами, успех книги зависит не только от качества последнего предложения, тогда как начало должно приковывать, тянуть, цеплять, волновать, приглашать.

Наиболее известные аккорды, как правило, представляют собой лирические пассажи с прямым завершением.В «Повесть о двух городах» есть часто цитируемая фраза: «То, что я делаю, намного лучше, чем когда-либо; это гораздо, гораздо лучший отдых, который я когда-либо знал», и «Великий Гэтсби» в равной степени упоминается (последний раз в названии книги Морин Корриган о Гэтсби, «И так мы читаем»): «Итак, мы победили на лодках против течения, непрестанно несущихся в прошлое». Другие известные финишеры разъясняют смысл названия, как в книге Джона Ирвинга «Мир согласно Гарпу», которая заканчивается тем, что дочь Гарпа рассматривает своего отца: «В мире, согласно ее отцу, знала Дженни Гарп, у нас должна быть энергия. Ее знаменитая бабушка, Дженни Филдс, когда-то считала нас Внешними, Жизненно важными Органами, Отсутствующими и Кончившимися. Но в мире, по словам Гарпа, мы все неизлечимо больны». Или в «Сердце тьмы» Джозефа Конрада, которое заканчивается словами: «Путь был прегражден черной грядой облаков, и спокойный водный путь, ведущий к самым дальним краям земли, мрачно протекал под пасмурным небом — казалось, он ведет в самое сердце бездонная тьма». И, наконец, шедевр Габриэля Гарсиа Маркеса «Сто лет одиночества» (один из немногих, у которого, как и у Гэтсби, есть знаменитое начало и конец):
Однако, еще не дойдя до последней строчки, он уже понял, что никогда не покинет эту комнату. , ибо было предсказано, что город зеркал (или миражей) будет стерт ветром и изгнан из памяти людей именно в тот момент, когда Аурелиано Вавилонья закончит расшифровку пергаментов, и что все написанное на них будет неповторимо, поскольку в незапамятные времена и во веки веков, потому что расы, обреченные на сто лет одиночества, не имели второй возможности на земле.
Мой личный фаворит среди знаменитых доводчиков — «Разве не прекрасно так думать?» Эрнеста Хемингуэя. из «И восходит солнце». Эта строка не только метко резюмирует темы романа, но и представляет собой чудесное пробуждающее воспоминания высказывание о жизни в целом — красота нашего воображения редко может сравниться с уродством реальности.

Большинство великих последних строк не являются извлекаемыми или изолируемыми цитатами; как я уже сказал, они требуют контекста. И иногда их красота исходит больше от того, что буквально описывается, чем от эффективности языка.Концовка «Эпохи невинности» Эдит Уортон сама по себе не является поэтической строкой. Его сила исходит из сцены, в которой он заканчивается. У Ньюленда Арчера, старшего, ныне вдовца, есть шанс снова увидеть мадам Оленскую, поскольку она женщина, по выражению сына Ньюленда, «за которую вы бы бросили все, но не сделали этого». Когда они идут ей навстречу, Ньюленд вместо этого предпочитает сидеть возле отеля, говоря: «Возможно, я пойду за тобой». Он смотрит на балкон, который, как он знает, принадлежит Оленской, надеясь мельком увидеть. Но он только видит, как слуга закрывает ставни.Затем: «Тогда, как будто это был сигнал, которого он ждал, Ньюленд Арчер медленно встал и пошел один в свой отель». Трагедия этой строки неразрывно связана со сценой, которую она завершает. Успех Уортона заключается не только в правильном окончании, но и в словах, которые его описывают.

Конец Льва Толстого в «Смерти Ивана Ильича» тоже простой, но мастерский: «Вдохнул, оборвался на середине, вытянулся и умер». Этот небольшой роман рассказывает о жизни Ильича в простом стиле, отказываясь от абстракции смерти, и финал подчеркивает это.Смерть — суровый факт, к которому Ильич не был готов, и, к сожалению, она происходит так же легко и бесцеремонно, как и последняя фраза Толстого. Филип Рот, обыгрывая Ивана Ильича в своей короткой притче «Обыватель», проводит своего безымянного главного героя через все болезни его жизни, используя близкие звонки смерти как способ рассказать о жизни, ибо что такое жизнь, в конце концов, чем постоянное сопротивление смерти? Каждый его человек гибнет так: «Он чувствовал себя далеко не падшим, совсем не обреченным, жаждущим еще раз исполниться, но, тем не менее, он так и не проснулся. Остановка сердца. Его больше не было, он освободился от бытия, вошел в никуда, даже не подозревая об этом. Как он и опасался с самого начала.

Roth особенно хорош в качестве завершающих строк (а также вступительных). Американский Пастораль после деликатного и замысловатого описания того, как семейная жизнь шведа буквально взрывается от взрыва его дочери, похожей на Пэтти Херст, заканчивает отчетливо американскими вопросами: «А что не так с их жизнью? Что может быть менее предосудительным, чем жизнь Левовых? Но, возможно, мой любимый Рот-Эндер происходит из его последнего романа.«Немезида» рассказывает историю о вспышке полиомиелита в Нью-Джерси в 1944 году. Баки Кантор, тяжелоатлет и метатель копья с благими намерениями, отважно пытается помочь своему сообществу, пока эпидемия опустошает его граждан. В конце концов Баки бежит из Нью-Джерси в Индиан-Хилл, летний лагерь, где его девушка Марсия работает вожатой. Свежий воздух сулит здоровье, тихую гавань, но вскоре один из вожатых заболевает, и Баки приходит к выводу, что именно он является переносчиком полиомиелита в лагере. Когда он тоже заболевает и его нужно госпитализировать, он заканчивает отношения с Марсией, своей любовью, потому что «я был обязан ей свободой… и я дал ее ей.Я не хотел, чтобы девушка чувствовала себя привязанной ко мне. Я не хотел портить ей жизнь. Она не влюблялась в калеку, и она не должна застрять с ним. Спустя годы с ним сталкивается бывший ученик Баки из Нью-Джерси. Вид бывшего тяжелоатлета с «иссохшей левой рукой и бесполезной левой рукой», с «корсетом на всю ногу под брюками» шокирует, но еще больше его глубоко укоренившейся горечи. «Бог убил мою мать при родах, — говорит он, — Бог дал мне вора в отцы.Когда мне было немного за двадцать, Бог дал мне полиомиелит, который я, в свою очередь, заразил по меньшей мере дюжиной детей, а может, и больше… Как же я должен быть озлобленным? Кому ты рассказываешь.» Книги заканчиваются ярким воспоминанием бывшего ученика о Баки на пике карьеры, когда дети наблюдали, как он метал копье: и ворчание, и каждый, к нашему удовольствию, приземлился на несколько ярдов дальше по полю, чем предыдущий. Бегая с дротиком в воздухе, вытягивая метательную руку назад за тело, протягивая метательную руку, чтобы выпустить дротик высоко над плечом, — и выпуская его затем подобно взрыву, — он казался нам непобедимым.
Последняя группа коротких романов Рота («Обыватель», «Негодование», «Смирение» и «Возмездие», вместе именуемые «Немезиды») посвящена этой теме, теме деликатности и уязвимости всех нас, тому, как, несмотря на наши намерения, независимо от нашей этики или наших выбор, жизнь может уничтожить вас, когда захочет и по любой причине.

Тони Моррисон также может открыть и закрыть книгу силой. Ее Песня Соломона приводит героя Молочника в город Шалимар в поисках золота. Лучший друг Молочника, Гитара, пытается убить его, но вместо этого убивает Пилату, мистическую сестру Молочника. Спев ей перед смертью, Молочник понимает, «почему он так ее любил. Не отрываясь от земли, она могла летать». Обещание (и неудача) полета человека проходит через всю «Песнь Соломона», начиная с ее неповторимой вступительной строки: «Агент взаимного страхования жизни Северной Каролины пообещал вылететь из Милосердия на другой берег Верхнего озера в три часа. В то время как обещание этого человека оказывается не более чем хвастовством, Пилат летит в более истинном, более значительном смысле. Молочник идет за Гитарой после смерти Пилата, и роман заканчивается двусмысленно и убедительно:
Молочник перестал махать и сузил глаза. В темноте он мог разглядеть только голову и плечи Гитары. — Тебе нужна моя жизнь? Молочник уже не кричал. «Вам это нужно? Здесь.» Не вытирая слёз, не делая глубоких вдохов и даже не сгибая колен, — он прыгнул.Быстрый и яркий, как путеводная звезда, он повернулся к Гитаре, и не имело значения, кто из них испустит дух в смертоносных объятиях его брата. На данный момент он знал то, что знал Шалимар: если ты сдашься воздуху, ты сможешь на нем оседлать.
Неизвестно, кто из людей выйдет победителем, но настоящий смысл здесь в понимании Молочником воздуха. Человеку невозможно летать в буквальном смысле, и Молочник, наконец, это понимает — его упрямая гордость высвобождается, когда он позволяет себе руководствоваться «воздухом», или, точнее, правильным выбором. Книги Моррисон почти всегда намекают на магический реализм, а иногда и передают его, но обычно магия остается там, где живет, в воображении, и ее герои должны искать другие способы спасти себя.

Обратите внимание на последние несколько примеров, как аккуратно их авторам удается объединить темы и сюжеты книг в единый момент. Откровенный стиль Толстого усиливает прозаичность смерти, детское воспоминание Рота вызывает наивную веру в человеческую силу, а «полёты» Моррисона отвечают на вопрос, поставленный первой строкой.Мастерство здесь заключается в том, чтобы дать ощущение связного целого, прибыть в место, которое одновременно удивительно и неизбежно. Удивление приходит, когда вы читаете это; ощущение неизбежности приходит после того, как вы рассмотрели концовку в контексте всего повествования. Иван Ильич холодно объявлен мертвым на первой странице, но его смерть не происходит в сцене до финала, где мы теперь чувствуем сочувствие. Рот напоминает нам о силе Баки в его юности, и этот факт делал его горьким, когда он был пожилым, дряхлым взрослым. Человек обещает летать тому, кто не может, а затем Молочник находит свой собственный способ сделать это.

Помимо подведения персонажа к ключевой точке или возврата к началу, а также лиризма, резюмирующего точку зрения романа, какие еще есть способы, которыми романисты заканчивают свои книги удовлетворительным образом? Некоторые предпочитают вообще не заканчивать свои романы. «Поминки по Финнегану» Джеймса Джойса имеют циклическую структуру, в которой последнее предложение (которое заканчивается в середине предложения) зацикливается, чтобы завершить вступительное предложение (которое начинается в середине предложения).Но так как я не читал эту книгу и не верю, что мог бы по праву ее анализировать, я остановлюсь здесь на книгах, которые находятся в пределах моих интеллектуальных возможностей. (Джойсу выпала честь иметь не одну, а три знаменитых концовки: «Поминки по Финнегану», монолог Молли Блум в «Улиссе» и идеальное заключительное предложение его рассказа «Мертвые».) «Правила притяжения» Брета Истона Эллиса также начинаются и заканчиваются в средства массовой информации. Цель Эллиса состоит не в том, чтобы предложить цикличность, а в том, чтобы предположить, что мы, читатели, лишь на мгновение присоединились к повествованию, которое происходило задолго до этого и будет продолжаться еще долго после.Кроме того, его персонажи студенческого возраста маниакальны, неустойчивы и неуверенны во всем. Выбор Эллиса отрезать их вполне уместен: если бы он этого не сделал, они продолжались бы вечно. Первый роман Дэвида Фостера Уоллеса «Метла системы» (опубликованный за месяц до его 25-летия) представляет собой игривое, развернутое изложение витгенштейновских теорий языка. (Заметьте, это роман, в котором говорящий попугай по имени Влад Цепеш в конечном итоге проповедует на христианском телевидении.) Последняя строка представляет собой на самом деле диалог, произносимый Риком Вигорусом, боссом и любовником главной героини Ленор: «Вы можете доверять я», Р.— говорит В., глядя на ее руку. «Я свой человек». Для нарратива, сосредоточенного на языке (в первую очередь на утверждении Людвига Витгенштейна о том, что философские проблемы возникают из-за путаницы в языке, проистекающей из ложных предположений о том, как работает язык), заканчиваться опусканием слова «слово», которое имеет двойное значение, поскольку здесь этот термин обозначает доверие. , клятва, уверенность в том, что книга тратит много энергии на то, чтобы мы не забыли, сомнительна с лингвистической точки зрения, если не невозможна — может показаться слишком умной наполовину, но к тому времени, когда читатель доходит до этого места, никакое другое окончание не кажется подходящим (конечно, не так, как указано).

Роман Джонатана Сафрана Фоера «Все освещено» заканчивается подобным вырезанием, хотя и направленным на совершенно другую цель. «Бесхитростный», обожающий тезаурус Александр Перхов — действительно один из самых привлекательных персонажей современной фантастики — ведет Джонатана Сафрана Фоера в их поездке в Трахимброд в поисках женщины, которая спасла деда Фоера от нацистов. Дед Александра сопровождает в качестве водителя (хотя он утверждает, что слеп), и вскоре становится очевидным, что у него есть собственные призраки, которых нужно искать в их украинском путешествии.Дедушка, оказывается, предал своего лучшего друга Гершеля нацистам (раскрыто в романе в душераздирающем, без знаков препинания разделе), и в конце он пишет письмо Джонатану и Александру (также называемому Сашей) объяснить свое решение покончить с собой. Письмо заканчивается так же, как и дедушка:
Пишу это в свечении телевизора, и мне очень жаль, если это сейчас трудно читать, Саша, но у меня так рука трясется, и не от слабости Я пойду в баню, когда буду уверен, что ты спишь, и не потому, что не могу терпеть.Вы понимаете? Я полон счастья, и это то, что я должен сделать, и я это сделаю. Вы понимаете меня? Я буду ходить без шума, и я открою дверь во мраке, и я
Как и концовка Уоллеса, эта строка — прерванное обещание, но здесь оно содержательно-искренне и неполно совсем по другой причине. «Я буду» — это сильная фраза с подлежащим и глаголом, и, оставив ее незаконченной, Фоер заканчивает свою книгу почти безграничным оптимизмом — настоящий подвиг, учитывая, что она написана в предсмертной записке.

Я осознаю, как и во всех этих очерках, что не сказал ничего нового или проницательного по поводу окончаний вообще. Позвольте мне попробовать кое-что сейчас. В отличие от почти всех других элементов художественной литературы, заключительные строки не участвуют в проекте, заставляющем читателя читать. Может показаться, что это дает писателю полную свободу, как последние два года президентства, состоящего из двух сроков, — отсутствие предстоящих перевыборов якобы допускает широкомасштабные, к черту общественное мнение инициативы.Но на самом деле последние минуты романа — самые тонкие и важные. Если вступительные строки можно уподобить крикам карнавального ларька прохожим, то финальные строки — это больше, чем приз в игре. Подумайте о том, как много читатель дает романисту — он соглашается потратить тысячи слов, слушая и впитывая рассказ писателя. Они дают романисту редкую возможность довести их через сотни страниц до точной точки, невероятно конкретного момента, которого может достичь только художественная литература со всей ее сложностью и длиной.При достаточном доверии писатель может вести нас куда угодно, а инструменты повествования допускают поразительную конкретность — точный момент распада брака, последствия войны для одной семьи или трагическая смерть человека, на которую, казалось, указывала вся его жизнь. . Для писателей последние предложения вовсе не связаны с ответственностью читателя — это выпадающий раз в жизни шанс перестать беспокоиться о том, что будет дальше, потому что ничего не происходит. Нет больше заинтересованности читателя, нет больше опасений по поводу раздачи игры.Это игра. Это лучшее время для писателя, чтобы стать реальным, изобразить реальность такой, какой он ее видит, без компромиссов, без страха. Читатель застрял с вами — дайте ему что-нибудь правдивое, что-то честное и несомненно ваше. Возьмите их от обещания вступительной строки до тех гиперконкретных моментов в жизни, для создания которых требуются десятки тысяч слов — доведите их, как это сделал Жюно Диас, до красоты! Красота!

Видишь? Это просто.

Теперь всем —

См. также: Конец конца: Писатели на последних строчках

Изображение предоставлено: Wikimedia Commons

Поступление в Университет Пуэрто-Рико | Иван Ильич

Это время кризиса института школы, кризиса, который может означать конец «эпохи школьного обучения» в западном мире. Я говорю о «эпохе школьного образования» в том смысле, в каком мы привыкли говорить о «феодальной эпохе» или о «христианской эпохе». «Эпоха школьного обучения» началась около двухсот лет назад. Постепенно росла идея, что школьное образование является необходимым средством стать полезным членом общества. Задача нынешнего поколения — похоронить этот миф.

Ваша собственная ситуация парадоксальна. В конце и в результате вашего обучения вы сможете увидеть, что образование, которое ваши дети заслуживают и будут требовать, требует революции в школьной системе, продуктом которой вы являетесь.

Выпускной обряд, который мы торжественно отмечаем сегодня, подтверждает прерогативы, которые пуэрториканское общество с помощью дорогостоящей системы субсидируемых государственных школ наделяет сыновей и дочерей своих самых привилегированных граждан. Вы принадлежите к наиболее привилегированным десяти процентам своего поколения, к той мизерной группе, которая окончила университет. Государственные инвестиции в каждого из вас в пятнадцать раз превышают инвестиции в образование среднего члена беднейших десяти процентов населения, который бросает школу, не закончив пятого класса.

Сертификат, который вы получили сегодня, подтверждает законность вашей компетенции. Она недоступна для самоучек, для тех, кто приобрел компетентность средствами, официально не признанными в Пуэрто-Рико. Все программы Университета Пуэрто-Рико должным образом аккредитованы «Ассоциацией колледжей и средних школ Средних штатов».

Степень, которую сегодня присуждает вам Университет, подразумевает, что за последние шестнадцать или более лет ваши старшие обязали вас подчиниться, вольно или невольно, дисциплине этого сложного школьного ритуала.На самом деле вы были ежедневными служителями, пять дней в неделю, девять месяцев в году, в пределах священной территории школы и продолжали такое посещение год за годом, обычно без перерыва. У правительственных и промышленных служащих, а также у профессиональных ассоциаций есть веские основания полагать, что вы не нарушите порядок, которому вы добросовестно подчинялись в ходе выполнения ваших «ритуалов инициации».

Большая часть вашей юности прошла под опекой школы. Ожидается, что теперь вы отправитесь на работу, чтобы гарантировать будущим поколениям предоставленные вам привилегии.

Пуэрто-Рико — единственное общество в Западном полушарии, которое выделяет 30 процентов своего государственного бюджета на образование. Это одно из шести мест в мире, где на образование выделяется от шести до семи процентов национального дохода. Школы Пуэрто-Рико стоят дороже и обеспечивают больше рабочих мест, чем любой другой государственный сектор. Ни в какой другой общественной деятельности не участвует столь большая доля всего населения Пуэрто-Рико.

За этим событием по телевизору наблюдает огромное количество людей. Его торжественность, с одной стороны, подтвердит их чувство образовательной неполноценности, а с другой, поднимет их надежды, во многом обреченные на разочарование, на то, что однажды они сами получат университетский диплом.

Пуэрто-Рико прошел школу. Я не говорю образованный, а, скорее, вышколенный. Пуэрториканцы больше не могут представить себе жизнь без школы. Стремление к образованию фактически уступило место принуждению к школьному обучению.Пуэрто-Рико принял новую религию. Его доктрина состоит в том, что образование является продуктом школы, продуктом, который можно определить в цифрах. Есть числа, которые показывают, сколько лет студент провел под опекой учителей, и другие, которые представляют долю его правильных ответов на экзамене. С получением диплома образовательный продукт приобретает рыночную стоимость. Таким образом, посещение школы само по себе гарантирует включение в число дисциплинированных потребителей технократии — точно так же, как в прошлые времена посещение церкви гарантировало членство в сообществе святых.От губернатора до jibaro Пуэрто-Рико теперь принимает идеологию своих учителей, как когда-то принимал теологию своих священников. Школа теперь отождествляется с образованием, как когда-то церковь была с религией.

Нынешние аккредитационные агентства напоминают о королевском покровительстве, ранее оказываемом церкви. Федеральная поддержка образования теперь параллельна вчерашним королевским пожертвованиям церкви. Сила диплома в Пуэрто-Рико росла так быстро, что бедняки винят в своих несчастьях именно отсутствие того, что гарантирует вам, нынешним выпускникам, участие в общественных привилегиях и полномочиях.

Исследования показывают, что в Пуэрто-Рико выпускников средних школ вдвое больше, чем в Штатах, желающих продолжить обучение в университетах; в то время как вероятность окончания колледжа для выпускника средней школы Пуэрто-Рико намного ниже, чем в Штатах. Это растущее несоответствие между устремлениями и ресурсами может привести лишь к еще большему разочарованию жителей острова.

Чем позже ребенок из Пуэрто-Рико бросает школу, тем острее он чувствует свою неудачу.Вопреки распространенному мнению, усиление внимания к школьному обучению фактически усилило классовый конфликт в Пуэрто-Рико, а также усилило чувство неполноценности, которое пуэрториканцы испытывают по отношению к Соединенным Штатам.

На ваше поколение ложится обязанность разработать для Пуэрто-Рико образовательный процесс, радикально отличающийся от нынешнего и не зависящий от примера других обществ. Вам решать, действительно ли Пуэрто-Рико хочет безвозвратно превратиться в пассивный продукт учительской профессии.Вам решать, будете ли вы отдавать своих детей в школу, которая стремится к респектабельности в североамериканской аккредитации, ее оправдании в квалификации рабочей силы и ее функции в том, чтобы позволить детям среднего класса не отставать от Джонсов. округ Вестчестер, штат Нью-Йорк.

Настоящей священной коровой в Пуэрто-Рико является школа. Сторонники Содружества, государственности и независимости принимают это как должное. На самом деле ни одна из этих политических альтернатив не может освободить Пуэрто-Рико, которое по-прежнему делает ставку на школьное образование.Таким образом, если это поколение хочет настоящего освобождения Пуэрто-Рико, ему придется изобрести образовательные альтернативы, которые положат конец «эпохе школьного обучения». Это будет трудная задача. Школьное образование породило внушительный фольклор. Начинающие академические профессора, свидетелями которых мы сегодня стали, вызывают в памяти древнее шествие священнослужителей и ангелочков в день Тела Христова. Церковь, святая, кафолическая, апостольская, соперничает со школой, признанной, принудительной, неприкасаемой, универсальной.Альма-матер заменила Мать-Церковь. Сила школы спасти обитателя трущоб так же сильна, как сила церкви спасти мавра-мусульманина от ада. (Геенна на иврите означает и трущобы, и ад.) Разница между церковью и школой в основном состоит в том, что школьные обряды теперь стали гораздо более строгими и обременительными, чем обряды церкви в худшие дни испанской инквизиции.

Школа стала устоявшейся церковью светских времен. Современная школа берет свое начало в стремлении к всеобщему школьному обучению, которое началось два века назад как попытка включить всех в индустриальное государство.В промышленном мегаполисе школа была интегрирующим институтом. В колониях школа прививала господствующим классам ценности имперской власти и подтверждала в массах их чувство неполноценности по отношению к этой обученной элите. Ни нацию, ни промышленность докибернетической эпохи невозможно представить без всеобщего крещения в школе. Отсев этой эпохи соответствует исчезнувшему маррано в Испании XI века.

Мы, надеюсь, пережили эпоху индустриального государства.Мы в любом случае не проживем долго, если не заменим анахронизм национального суверенитета, промышленной автаркии и культурного нарциссизма, которые смешаны в похлебку из остатков школы. Только в их священных стенах можно было подавать такую ​​старую похлебку молодым пуэрториканцам.

Я надеюсь, что ваши внуки будут жить на острове, где большинство придает столь же мало значения посещению занятий, как сейчас придается посещению мессы. Мы все еще далеки от этого дня, и я надеюсь, что вы возьмете на себя ответственность за его осуществление, не опасаясь осуждения как еретиков, подрывников или неблагодарных существ.Вас может утешить тот факт, что те, кто берет на себя ту же ответственность в социалистических странах, будут так же осуждены.

Наше пуэрториканское общество разделяет множество противоречий. Индустриализация угрожает природным ресурсам, коммерциализация оскверняет культурное наследие, публичность унижает достоинство, а насилие, характерное для средств массовой информации, подрывает воображение. Каждый из них является темой для широкой общественной дискуссии. Есть те, кто хочет меньше промышленности, меньше английского языка и меньше Coca-Cola, и те, кто хочет большего.Все согласны с тем, что Пуэрто-Рико нужно гораздо больше школ.

Это не означает, что образование не обсуждается в Пуэрто-Рико. Наоборот. Трудно найти общество, чьи политические и промышленные лидеры так же озабочены образованием. Все они хотят большего образования, направленного на сектор, который они представляют. Однако эти разногласия лишь укрепляют общественное мнение в отношении схоластической идеологии, которая сводит образование к комбинации классов, программ, фондов, экзаменов и оценок.

Я ожидаю, что к концу этого века то, что мы сейчас называем школой, станет историческим пережитком, созданным во времена железной дороги и частного автомобиля и выброшенным вместе с ними. Я уверен, что скоро станет очевидным, что школа столь же маргинальна для образования, как знахарь для общественного здравоохранения.

Отрыв образования от школьного образования, по моему мнению, уже происходит, его ускоряют три силы: третий мир, гетто и университеты. Среди наций третьего мира школьное образование дискриминирует большинство и лишает права самоучек.Многие члены «черных» гетто видят в школах «отбеливающее» средство. Протестующие студенты говорят нам, что школа утомляет их и стоит между ними и реальностью. Без сомнения, это карикатуры, но мифология школьного образования затрудняет восприятие лежащих в их основе реалий.

Критика, которую нынешние студенты делают по отношению к своим учителям, так же фундаментальна, как и критика их дедами духовенства. Отделение образования от школьного образования имеет свою модель в демифологизации церкви.Теперь мы боремся во имя образования против профессии учителя, которая невольно представляет экономический интерес, как в прошлом реформаторы боролись против духовенства, которое часто невольно входило в состав древней элиты власти. Участие в «производственной системе», какой бы она ни была, всегда угрожало пророческой функции Церкви, как теперь оно угрожает образовательной функции школы.

Студенческий протест имеет более глубокие причины, чем предлоги, выдвинутые его лидерами.Они, хотя часто и политические, выражаются в требованиях различных реформ системы. Однако они никогда не получили бы массовой поддержки, если бы студенты не потеряли веру и уважение к воспитавшему их учебному заведению. Студенческие забастовки отражают глубокую интуицию, широко разделяемую молодым поколением: интуицию о том, что школьное образование опошило образование, что школа стала антиобразовательной и антиобщественной, как в другие эпохи Церковь стала антихристианской или идолопоклоннической по отношению к Израилю.Я полагаю, что эту интуицию можно сформулировать ясно и кратко.

Протест некоторых студентов сегодня аналогичен инакомыслию тех харизматических лидеров, без которых Церковь никогда не была бы реформирована: их пророчества привели к мученической смерти, их богословские прозрения — к преследованиям как еретиков, их святая деятельность часто приводила к костру . Пророка всегда обвиняют в ниспровержении, богослова — в непочтительности, а святого списывают со счетов как сумасшедшего.

Жизнеспособность Церкви всегда зависела от чуткости ее епископов к призывам верующих, которые видят в жесткости ритуала препятствие своей вере.Церкви, неспособные к диалогу между их правящими клириками и их диссидентами, стали музейными экспонатами, и это легко может произойти с современной школьной системой. Университету легче приписать инакомыслие эфемерным причинам, чем приписать это инакомыслие глубокому отчуждению студентов от школы. Студенческим лидерам также легче оперировать политическими лозунгами, чем атаковать священных коров. Университет, который принимает вызов своих студентов-диссидентов и помогает им рационально и связно сформулировать тревогу, которую они испытывают из-за того, что отказываются от обучения в школе, подвергает себя опасности быть осмеянным за свою мнимую легковерность.Студенческий лидер, который пытается привить своим товарищам сознание глубокого отвращения к своей школе (а не к самому образованию), обнаруживает, что он создает уровень беспокойства, с которым мало кто из его последователей хочет столкнуться.

Университет должен научиться различать бесплодную критику школьного авторитета и призывы к обращению школы к образовательным целям, ради которых она была основана, между разрушительной яростью и требованием радикально новых форм образования, которые вряд ли мыслимы умы, сформированные в схоластической традиции; между, с одной стороны, цинизмом, ищущим новых выгод для и без того привилегированных, и, с другой, сократовским сарказмом, ставящим под сомнение воспитательную эффективность общепринятых форм обучения, в которые институция вкладывает свои основные ресурсы.Иными словами, необходимо различать отчужденную толпу и глубокий протест, основанный на неприятии школы как символа статус-кво.

Ни в одном другом месте Латинской Америки инвестиции в образование, спрос на образование и информация об образовании не росли так быстро, как в Пуэрто-Рико. Поэтому нет места, где представители вашего поколения могли бы начать поиск нового стиля государственного образования с такой готовностью, как в Пуэрто-Рико. Вы должны вернуть нас, признав, что предшествовавшие вам поколения были введены в заблуждение в своих усилиях добиться социального равенства посредством всеобщего обязательного школьного образования.

В Пуэрто-Рико трое из каждых десяти учеников бросают школу, не закончив шестой класс. Это означает, что только один из каждых двух детей из семей с доходом ниже среднего заканчивает начальную школу. Таким образом, половина всех пуэрто-риканских родителей пребывает в печальной иллюзии, если они считают, что у их детей есть больше, чем внешние шансы поступить в университет.

Государственные средства на образование поступают непосредственно в школы, и учащиеся не имеют над ними никакого контроля.Политическое оправдание этой практики заключается в том, что она дает всем равный доступ в класс. Однако высокая стоимость этого вида образования, диктуемая преподавателями, получившими образование в основном за пределами Пуэрто-Рико, делает концепцию равного доступа публичной ложью. Государственные школы могут приносить пользу всем учителям, но в основном приносят пользу тем немногим учащимся, которые достигают высших уровней системы. Именно наша настойчивость в прямом финансировании «бесплатной школы» вызывает такую ​​концентрацию скудных ресурсов на пособиях для детей меньшинства.

Я считаю, что каждый пуэрториканец имеет право на получение равной части бюджета на образование. Это нечто совсем другое и гораздо более конкретное, чем простое обещание места в школе. Я считаю, например, что тринадцатилетний подросток, проучившийся всего четыре года в школе, имеет гораздо больше прав на оставшиеся образовательные ресурсы, чем учащиеся того же возраста, проучившиеся восемь лет в школе. И чем более «неблагополучным» является гражданин, тем больше он нуждается в гарантии своего права.

Если бы в Пуэрто-Рико решили уважать это право, то от бесплатной школы пришлось бы немедленно отказаться. Годовой квоты на каждого человека школьного возраста, очевидно, не хватит на один год обучения при нынешних затратах. Недостаточность была бы, конечно, еще более драматичной, если бы общий образовательный бюджет всех уровней был разделен между населением от шести до двадцати пяти лет, период между детским садом и аспирантурой, на которую все пуэрториканцы якобы имеют бесплатный доступ. доступ.

Эти факты оставляют нам три варианта: оставить систему такой, какая она есть, ценой справедливости и совести; использовать имеющиеся средства исключительно для обеспечения бесплатного школьного обучения детей, чьи родители зарабатывают меньше среднего дохода; или использовать имеющиеся общественные ресурсы, чтобы предложить всем образование, которое могла бы обеспечить каждому равная доля этих ресурсов. Те, кто побогаче, могли бы, конечно, дополнить эту сумму и продолжать предлагать своим детям сомнительную привилегию участия в том процессе, который вы завершаете сегодня.Бедняки, безусловно, использовали бы свою долю, чтобы получить образование более эффективно и с меньшими затратами.

Тот же выбор применим, a fortiori , к другим частям Латинской Америки, где зачастую на каждого ребенка было бы доступно не более 20 долларов в год из государственных средств, если бы 20 процентов налоговых поступлений, предназначенных в настоящее время на образование, распределялись поровну. всем детям, которые должны учиться в школе в соответствии с существующими законами. Этой суммы никогда не хватило бы на год обычного школьного обучения.Однако этого было бы достаточно, чтобы из года в год предоставить достаточному количеству детей и взрослых один месяц интенсивного обучения. Этого также было бы достаточно, чтобы финансировать распространение образовательных игр, ведущих к навыкам с числами, буквами и логическими символами, и спонсировать последовательные периоды интенсивного ученичества. На северо-востоке Бразилии Пауло Фрейре (который был вынужден покинуть страну) показал нам, что одним вложением этой суммы он смог обучить 25 процентов неграмотного населения до такой степени, что они могли научиться функциональному чтению.Но это, как он ясно дал понять, было возможно только тогда, когда его программа грамотности могла сосредоточиться на ключевых словах, которые являются политически спорными в сообществе.

Мои предложения могут огорчить многих. Но именно от великих позитивистов и либералов мы унаследовали принцип использования государственных средств для управления школами, которыми руководят профессиональные педагоги; точно так же, как раньше десятины давались Церкви для управления священниками. Вам остается бороться с бесплатной государственной школой во имя истинного равенства образовательных возможностей.Я восхищаюсь мужеством тех из вас, кто готов вступить в эту битву.

Молодежь хочет получить образование в учебных заведениях. Они не хотят и не нуждаются в материнской заботе, сертификации или идеологической обработке. Очевидно, трудно получить образование в школе, которая отказывается обучать, не требуя, чтобы ее ученики одновременно подчинялись опеке, бесплодной конкуренции и идеологической обработке. Очевидно, трудно финансировать учителя, который в то же время считается опекуном, судьей, советником и руководителем учебной программы.Неэкономично совмещать эти функции в одном учреждении. Именно слияние этих четырех функций, часто противоположных друг другу, повышает стоимость образования, получаемого в школе. Это также является источником нашей хронической нехватки образовательных ресурсов. Вам решать создавать учреждения, которые предлагают образование для всех по цене в пределах государственных ресурсов.

Только когда Пуэрто-Рико психологически перерастет школу, она сможет финансировать образование для всех, и только тогда действительно эффективные, внешкольные формы образования найдут признание.Между тем, эти новые формы образования должны быть задуманы как временное средство компенсации неудач школы. Для создания новых форм образования нам придется демонстрировать альтернативы школе, которые предлагают предпочтительные варианты для учащихся, учителей и налогоплательщиков.

Нет внутренней причины, по которой образование, которое в настоящее время не могут дать школы, не могло бы быть более успешно получено в условиях семьи, работы и общественной деятельности, в новых типах библиотек и других центрах, которые давали бы средства учусь.Но институциональные формы, которые образование примет в завтрашнем обществе, невозможно четко представить. Ни один из великих реформаторов не мог точно предвидеть институциональные стили, которые возникнут в результате их реформ. Опасения, что новые институты окажутся несовершенными, в свою очередь, не оправдывают нашего рабского отношения к нынешним.

Этот призыв представить себе Пуэрто-Рико без школ должен стать для многих из вас неожиданностью. Именно к удивлению готовит нас истинное образование.Цель народного образования должна быть не менее фундаментальной, чем цель церкви, хотя цель последней более конкретна. Основная цель народного образования должна состоять в том, чтобы создать ситуацию, при которой общество обязывает каждого человека оценивать себя и свою бедность. Образование подразумевает рост независимого чувства жизни и отношения, которые идут рука об руку с расширением доступа и использования воспоминаний, хранящихся в человеческом сообществе. Учебное заведение обеспечивает фокус этого процесса.Это предполагает место в обществе, в котором каждый из нас просыпается от неожиданности; место встречи, где другие удивляют меня своей свободой и заставляют осознать мою собственную. Сам университет, если он хочет быть достойным своих традиций, должен быть учреждением, цели которого отождествляются с осуществлением свободы, чья автономия основана на общественном доверии к использованию этой свободы.

Друзья мои, ваша задача удивить себя и нас тем образованием, которое вам удалось изобрести для своих детей.Наша надежда на спасение заключается в том, что мы удивлены Другим. Давайте учиться всегда получать дальнейшие сюрпризы. Я давно решил надеяться на неожиданности до последнего акта моей жизни, то есть до самой смерти.

Из всех поговорок о жизни одна особенно верна: никто не выходит живым. Писатель и практикующий хирург из Бостона Атул Гаванде рассматривает эту концепцию в своей последней книге « Быть смертным: медицина и что имеет значение в конечном итоге». « Быть смертным — значит бороться с ограничениями нашей биологии, с ограничениями, установленными генами, клетками, плотью и костями», — говорит Гаванде.«Мы ошибались в том, что наша работа в медицине. Мы считаем, что наша работа заключается в обеспечении здоровья и выживания. Но на самом деле это больше, чем это. Это должно обеспечить благополучие. А благополучие — это причины, по которым человек хочет жить».

Я читаю работы Гаванде с тех пор, как впервые наткнулся на его статью 2009 года в New Yorker о стоимости медицинского обслуживания в Макаллене, штат Техас, которая в два раза превышала средние расходы на Medicare по стране. Атул Гаванде — яркий и одаренный писатель, и что отличает его от большинства других врачей/писателей, так это его готовность увидеть обе стороны спора.У него есть твердая приверженность данным. И, в отличие от многих врачей, которые диагностируют проблемы со здоровьем, не рискуя предлагать решения, Гаванде предлагает настоящие «сапоги на земле» предложения полезных изменений. Он признает, что часто изменения должны происходить постепенно, шаг за шагом, исходя из здравого смысла. Его книги являются свидетельством того, что на политиков гораздо эффективнее влияет аргументированная и элегантно написанная проза, чем громкая полемика.

В этой книге Гаванде жестоко противостоит процессу старения, но он также глубоко трогателен.Он описывает неспособность медицинских работников принять реальность смертности и, соответственно, сделать ее центром внимания в том, как они обращаются с немощными пожилыми людьми, неизлечимо больными и умирающими. Во введении он говорит, что единственное, что он помнит в медицинском институте, что близко подошло к теме ведения неизлечимо больных, было обсуждение классического произведения Льва Толстого «Смерть Ивана Ильича ». Гаванде цитирует Толстого: «Больше всего мучил Ивана Ильича обман, ложь, которую почему-то все приняли, что он не умирает, а просто болен, и стоит ему только помолчать и вылечиться, и получится что-то очень хорошее.Гаванде сообщает, что, по мнению студентов-медиков, неспособность окружающих Ивана Ильича утешить или признать, что с ним происходит, была недостаточностью характера и культуры. Он признает, что в течение нескольких лет после завершения своего хирургического обучения и начала своей практики он столкнулся с пациентами, вынужденными столкнуться с реальностью упадка и смертности, и что он не был готов им помочь.

Первая половина книги не вызывает нареканий. Признаюсь, это настораживало. Он обнажает реальность старения и растущей зависимости.В главе «Зависимость» Гаванде говорит: «Старые старики говорят мне, что боятся не смерти. Это то, что происходит перед смертью — потеря слуха, памяти, лучших друзей, образа жизни». Он говорит, что мы не думаем о возможности того, что большинство из нас проведет значительные периоды своей жизни слишком подавленными и ослабленными, чтобы жить независимо. В результате большинство из нас не готовы к этому.

Gawande утверждает, что качество жизни является желаемой целью для пациентов и их семей.Он описывает некоторые социально полезные модели ухода за немощными и зависимыми пожилыми людьми и подробно описывает усилия многих людей по поиску путей и средств улучшения качества своей жизни. Некоторые из анекдотов взяты из собственного опыта его коллег по уходу за престарелыми родителями или супругами. Именно в этом контексте он признает свое новое уважение к работе специалистов паллиативной помощи, которые привержены тому, чтобы последние недели или месяцы человека были настолько богатыми и достойными, насколько это возможно.

Ссылаясь на книгу The Philosophy of Loyalty , написанную гарвардским философом Джосайей Ройсом, Гаванде говорит, что Ройс хотел понять, почему простое существование — почему быть просто жильем, пищей, безопасностью и жизнью — кажется нам пустым и бессмысленным. Что еще нам нужно, чтобы чувствовать, что жизнь стоит того? Он считал, что ответ заключается в том, что все мы ищем причину вне себя. Это было для него внутренней человеческой потребностью. Причиной может быть большой (семья, страна, принцип) или маленький проект или забота о домашнем питомце.Важно было то, что, приписывая ценность делу и видя, что ради него стоит идти на жертвы, мы придаем смысл своей жизни.

В начале книги Гаванде рассказывает о своем деде, который дожил до ста десяти лет и в конце концов скончался в окружении своей большой семьи в Индии, среди любимых людей и в собственном доме. Он говорит: «У отца моего отца была традиционная старость, которая с западной точки зрения кажется идиллической.«Но в мире моего деда, — продолжает он, — то, как он хотел жить, было его выбором, и роль семьи состояла в том, чтобы сделать это возможным». Вторая половина книги — это рассказ доктора Гаванде о битве его отца с мозгом Описывая борьбу семьи с опухолью отца, читатель может быть удивлен, узнав, что трое врачей — автор и его родители — не могут проанализировать варианты, представленные онкологом… врачом-информатором.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.